Значение история

Тема выбранного мной реферата очень актуальна на протяжении многих веков. Чем и затронула меня. История это наше прошлое. Откуда все зарождалось. Как строилось. И что менялось со временем? Какова же все-таки роль в жизни людей? какое место и положение она занимает? Именно эти вопросы я хочу рассмотреть.

Значение истории имеет свой общенаучный смысл, который означает последовательную смену состояний любого объекта, способного развиваться во времени. В этом значении истории, как слова, не содержащем ничего специфически общественного, мы можем говорить не только об истории человечества, но и о геологической истории Земли, имея в виду чередование фаз в формировании ее ландшафта, или об истории болезни человека, состоящей в возникновении и нарастании патологических изменений в организме. Значение истории употребляется, определяя также не только прошлую жизнь людей во времени, но и знание об этой жизни, ту область человеческого познания, которая устанавливает, классифицирует и интерпретирует свидетельства о том, что случилось некогда с людьми на долгом и трудном пути развития человечества, стран и народов.

Существуют, наконец, философские интерпретации значения истории, значительно более широкие, чем привычные многим историкам ассоциации истории с «делами давно минувших дней» и «преданиями старины глубокой». В трудах Гердера, Гегеля, Вебера, Ясперса, Арона и других мыслителей значение истории используется в связи с ключевыми категориями социальной философии, раскрывающими сущность и специфику общественной жизни, реальные формы ее протекания. В различных научных трудах, дипломных и курсовых работах достаточно часто значение истории используется как синоним понятия «социум», социальной реальности вообще. Так бывает, когда философ противопоставляет миру природных реалий «мир человеческой истории», рассуждает, к примеру, о «предыстории человечества», имея в виду фазы процесса «гоминизации», предшествовавшие появлению человека и вместе с ним общества. Философы нередко говорят о значении истории, имея в виду не законосообразность исторических событий, вызывающую острейшие споры среди историков, а законы социума в их субстанциональном отличии от законов природы и т. д.

1. Человек в различных исторических эпохах

На протяжении всей истории философской науки возник целый ряд разнообразных теорий о человеке, существенные различия которых обусловлены особенностями исторической эпохи, а также личными качествами, мировоззренческими установками мыслителей, которые проживали в рассматриваемое время. Данные концепции в настоящий момент обобщены и в значительной мере изучены, но их рассмотрение недостаточно для воссоздания реального образа человека в каждой эпохе. Если ранее образ человека определенного исторического периода строился на основании взглядов мыслителей прошлого, то на современном этапе развития философской антропологии становится очевидным изучение конкретного человека, исходя из того, что каждая культурно-историческая эпоха формирует специфический образ человека как личности, в котором отражается индивидуальность этой эпохи. В связи с тем, что человек — это продукт общества, эпохи, культуры и типа цивилизации, в которых он проживает, реконструкция специфических черт человека, его образа и условий жизни, социального статуса, норм поведения играет важную роль для целостного осмысления сущности человеческой личности. Впервые на значение проблемы человека в различные исторических эпохах обратили внимание исследователи социально-философской антропологии, ведущего направления современной антропологической мысли (1).

4 стр., 1769 слов

Луций Анней Сенека, его жизнь и философская деятельность

... Луций Анней Сенека, его жизнь и философская деятельность 1.1 Родина Сенеки. Его семья ... Сенеки, Марк Анней Сенека, принадлежащий к среднему (дворянскому) сословию римских всадников и известный в истории литературы под именем Сенека-ритор, был человек ... торговым городом. Своего торгового значения она не потеряла и ... приписываемых философу Сенеке трагедий. Из этой краткой характеристики родных Сенеки мы ...

В настоящее время возникла необходимость преодоления недостатков при определении основных характеристик человека в различные эпохи. Подобные недостатки объяснимы прежде всего тем, что многие философские исследователи не учитывали при описании образа человека прежних столетий следующего факта каждая историческая эпоха накладывает неповторимость на развитие конкретного человека, индивидуальные черты которого определяются данной культурно- исторической эпохой, типом цивилизации. Социально-философские антропологи рассматривают человека как существо сочетающего в себе общее и конкретное, родовое и видовое. Таким образом, человек — это, в первую очередь, продукт эпохи, общества, культуры, при этом указывается на факт сохранения атрибутивных, так называемых, родовых характеристик человеческого существа в независимости от того, к какой исторической эпохе принадлежит человек. Каждая историко-культурная эпоха наделяет человека особенными, неповторимыми чертами, присущими только данному времени, поэтому, если » хочешь судить об индивиде, то вникай в его социальное положение», образ жизни и т.д.

Человек во взаимоотношении с определенным типом общества, к которому он принадлежит, будь то античный или средневековый человек, обладает свойствами, интересами, стремлениями, которые определены спецификой рассматриваемого исторического периода. Только при условии изучения основных характеристик личности в различные исторические эпохи возможно формирование наиболее полного представления об реальном индивиде. По этой причине углубление знаний об характерных чертах человека в различные периоды истории человеческого общества, их анализ становятся на современном этапе развития антропологической мысли необходимыми и очевидными. Подобная необходимость объясняется и тем, что только изучив основательно реально существующего человека конкретного индивида, присущие ему качества; проблемы, которые в большей степени тревожат человека в данную эпоху и, которые он заинтересован разрешить, окружающую его социальную действительность, его отношение к ней, к природе и, наконец, к самому себе, — только после подробного рассмотрения этих вопросов можно говорить рассуждать о более масштабных философских проблемах, имеющих антропологическую направленность. Только на основании изучения человека как субъекта и объекта общественных отношений, рассмотрения в единстве его атрибутивных, сущностных и индивидуальных, личностных черт возможно воссоздание образа, реально живущего когда- то, человека. Именно социальная действительность рассматриваемого времени делает личность неповторимой, определяет ее отличительные черты.

13 стр., 6043 слов

Жизнь и творчество Марины Цветаевой

... поэзию «повседневность», «непосредственные черты жизни», предостерегая ее, впрочем, опасности впасть в «домашность» и разменять свои темы на «милые пустяки»: «Несомненно, талантливая Марина Цветаева может дать нам настоящую ... а то и по два. Марина была очень жизнестойким человеком («Меня хватит еще на 150 миллионов жизней!»). Она жадно любили жизнь и, как положено поэту-романтику, предъявляла ...

Прежде, чем приступить к изучению человека древности, необходимо отметить, что каждая историческая эпоха имеет не один, а несколько образов человека, кроме того, нельзя забывать и о том, что индивид постоянно изменялся, поэтому не существует человека первобытной эпохи как единого, неизменного существа, в такой же степени не существует и единого «античного человека». (1, с.282).

По этим причинам в данном исследовании речь будет идти только о наиболее характерных, так или иначе присутствующих на протяжении всей эпохи, свойствах человеческой личности.

Итак, исторические условия конкретного периода определяют основные черты человека, его образ жизни, нормы и образы его поведения.

Для первобытного человека присуще полное подчинение » враждебно противостоящей и непонятной ему окружающей природе», что находит свое отражение в наивных религиозных представлениях первобытной эпохи. Характерные для данного периода неразвитое производство и, следовательно, крайне редкое население на обширном пространстве, поставили человека в условия зависимости от природы и необходимости выживания, в этом смысле, первобытный человек был «полностью погружен в природу» и недалеко ушел от животного мира. Гарантом сохранения жизни в этой ситуации было объединение людей, создание племен. Первобытный человек не мыслил себя вне племени и не отделял себя от других людей. Символом единства людей говорит и тот факт, что первобытные отождествляли себя с каким-нибудь животным, находя в нем определенные черты, присущие их племени. Ассоциация отдельного человека с животным к тому же свидетельствует о растворенности человека в природе. Человек, в полном смысле слова, вел борьбу за существование, добиваясь путем невероятного труда некоторой жизненной обеспеченности. Постоянная угроза жизни человека со стороны хищников, различных природных катаклизмов обусловили восприятие смерти как типичного, естественного явления. Человек первобытной эпохи, борясь с природой, одновременно учился у нее выживанию. Человек присматривался ко всему, что его окружало и все это поражало его. Человек на низших стадиях развития делает массу величайших открытий и часто наделяет их сверхъестественными свойствами.

Протекло бесконечное количество веков, в течение которых родилось бесконечное количество людей; они вложили свою лепту в развитие человеческой личности. Степень этого развития и окружающие условия повлияли, в свою очередь, на быстроту перехода из одного исторического периода в другой. Разделение труда между земледелием и ремеслом, развитием судоходство и торговли, «ведение борьбы за лучшие земли, рост купли-продажи обусловило рождение и становление античной рабовладельческой эпохи». Эра античности тянулась больше тысячи лет и прошла несколько разных эпох. С ходом времени менялись люди, другим делался уклад их жизни, их психология. Таким образом, не имеет смысла говорить об античном человеке, как неизменном на протяжении тысячелетия. Как отмечает И.Д.Рожанский, слишком «велика разница между человеком так называемой архаичной Греции и Греции развитого полиса или эллинистическим человеком». (2, с.282).

9 стр., 4460 слов

Примеры сильного человека из жизни

... трудности, сумел переступить через себя, осознать свои ошибки или смог простить другого человека. Сочинение Примеры сильного человека из жизни ГИА Ответы. 9 класс. Номер сочинение-рассуждение № 15.1, 15.2, 15.3, 2016, 2017 Скачать ...

Поэтому попытаемся описать некоторые черты древнего грека, в особенности афинянина.

Личность в ту пору не противостояло обществу, как что-то особенное и уникальное, она была частью его и не осознавала, что она больше, чем просто часть. Личность человека, то есть его индивидуальность, согласно представлениям древних греков, заключена в душе, обуславливается ею. В древнейшем сознании грека еще нет четкого различия тела и души. Древние греки понимали гармонию тела и души совсем не так, как для обиходного сознания нового времени, что обусловлено особенностями античной культуры. Этому сознанию тело кажется чем-то неодухотворенным, чисто физическим, а психика — чем-то идеально-бестелесным, и они столь же непохожи между собой, что их невозможно смешать. В обиходном же сознании греков душа и тело не отделялись друг от друга с последующей четкостью; слияние их было синкретическим, неразделенным; гармония души и тела была полным их растворением друг в друге. Человек в классической период Греции уже различает свои намерения, мотивы своих действий и независящее от него условия и результаты поступков, тем не менее в мировоззрении и психологии древнегреческого человека по-прежнему господствует убеждение в том, что жизнь человека находится в полной зависимости от воли случая, удачи, богов и судьбы. Причем, в отличие от христианского предопределения, в котором есть высший смысл, древнегреческая судьба мыслится как слепая, темная, могущественная. Для греков той эпохи жизнь полна тайн, и самый ясный ее двигатель — это воля богов. Такую зависимость человека от судьбы, богов можно объяснить тем, что люди были еще «полностью погружены в природу и она в них». Необъяснимые явления природы человек объяснял действиями божественных сил. Древние греки знали страх и ужас существования и, чтобы» иметь возможность жить, греки должны были создать богов». Человек античной эпохи был убежден в том, что нет ничего прекраснее человека, его тела и боги могут быть похожи только на него.

Таким образом, в классический период доминантным был тип человека — гражданина, для которого интересы полиса были выше личных. В эпоху эллинизма ( IV-I вв. до н.э.) человек перестал быть гражданином». В условиях громадных эллинистических монархий, положивших былые полисы от рядового человека государственная жизнь уже совсем не зависела. Такой человек вынужден был уйти в свою частную жизнь, замкнуться на сугубо межличностных отношениях. Социально-политические катаклизмы эпохи ставят индивида перед необходимостью самоопределения, выбора своего жизненного пути, поиска смысла жизни. Мир эллинистического человека уже не ограничивается рамками полиса. «Его гражданская деятельность и его «личная» жизнь совпадают лишь частично.

Исторические перемены, результатами которых стало образование и крушение Древнего Рима, не могли не внести существенные измеменения в человеческие личности. Абсолютная власть отца в каждой семье породила такую же абсолютную власть в государстве. Обычай предков был главным руководством политической жизни, всякое новшество воспринималось, в отличие от древнего грека, с неудовольствием». В Риме ценились, прежде всего, храбрость, мужество, жестокость, то есть все те качества, которые присущи человеку-воину. Рим требовал от гражданина только воинских доблестей, которые были идеалом всех добродетелей. Жестокосердечность римского харатера проявлялась во всех областях жизненного периода. Особенно ярко это иллюстрирует отношение к рабам. Если в Греции, как уже отмечалось ранее, отношение это можно охарактеризовать как человечное, то в Риме положение рабов было крайне тяжелым. В первые времена в Риме раб считался чуть ли не членом семьи, но впоследствии могущество Рима развило и жестокость. Непонятной жестокостью у римлян были пронизаны различные римские игры. Исторические условия сложились так, что греческие олимпийские состязания приобрели у них характер безнравственный. Одной из самых любимых форм увеселений были так называемые гладиаторские зрелища, где судьба гладиатора зависела от настроения зрителей. Взгляд римлян на богов был совершенно отличен от религиозных воззрений грека. «Эллин воплощал богов в человеческие образы; у него боги дрались, мирились, женились,», даже жили среди смертных. Отношение древнего римлянина к своим божествам не лишено практического утилитарного духа, то есть молитва к богу была своего рода взяткой, за которую бог был обязан оказать помощь человеку.

1 стр., 435 слов

Влияние окружающей среды на человека жизни

Благодаря фильтру, установленному под краном, вода проходя через него фильтруется, и когда открываешь кран, то она более чистая и её можно пить. Ещё мы пьём химию. Это как: лимонад, воду с красителями, кока-колу, фанту и другое. Такая вода иногда опасна для организма. Так как после неё будет тошнить, иногда бывает рвота, и отравление. Ещё мы принимаем алкоголь. Это как спиртные напитки: пиво, ...

Сравнивая образ жителя Древнего Рима с древнегреческим человеком, можно отметить, что характер римлянина был слишком жесток, его отличала высокая суеверность, некоторый упадок нравственности, в то же время ему были присущи такие качества, как военная доблесть, патриотизм, храбрость. Рим и его общество, основанное на военном могуществе крепко держались в своей приверженности к традиционной покорности раз выработанных принципов, пока христианский элемент не пошатнул устои древнеримского государства.

Смена исторических эпох — переход от античности к средневековью — началось по сути еще в хронологических рамках самого античного общества. Симптомом начала разложение системы рабовладельческого хозяйства являлись феодальные элементы, распространение христианства и, наконец, изменение самого человека. Распространение христианства в регионах за пределами бывшей Римской империи шло параллельно с процессами их феодализации. Феодальная раздробленность уступало место возвышению королевской власти и в конце концов, сложилась феодальная форма идеологии, классическим выражением которой явилась идея сословности, корпоративности. Характерная черта феодального средневековья — неразрывная связь человека с общиной. Вся жизнь человека была регламентирована от рождения до смерти. Средневековый человек был неотделим от своей Среды. Каждый индивид должен был знать свое место в обществе. С момента своего рождения человек оказывался под влиянием не только родителей, но и всей большой семьи. Затем следует период ученичества; став взрослым, индивид автоматически обретал членство в приходе, становился вассалом или гражданином вольного города. Это налагало на человека многочисленные материальные и духовные ограничения, но и одновременно давало определенное положение в обществе и чувство принадлежности, сопричастности.

Средневековый человек поэтому редко чувствовал себя одиноким, так как он был неотъемлемой частью среды, в которой он жил. Играемая им социальная роль предусматривала полный «сценарий» его поведения, мало места оставляя для инициативы и нестандартности». В результате человек вращался в строго соблюдавшемся круге дозволенного и запретного, очерченным неписаными нормами корпоративной этики. Наряду с общностью средневекового человека ему присущи высокая степень религиозности и суеверия. Поистине не было места и момента в жизни человека когда он чувствовал бы себя в безопасности, во сне и наяву, не только в дороге, в лесу, но и родном селении и собственном доме. Помимо врагов зримых его повсеместно подстерегали «враги незримые»: духи, демоны и т.д. Не меньше и даже более реальная опасность таилась для человека и в обыденных формах социального общения. Феодальная анархия, беззаконие создавали для каждого, кто был лишен замка и оружия, постоянную угрозу стать жертвой притеснений, террора, смерти. Если к этому прибавить степень изолированности селений, первозданное состояние дорог и, наконец, устный по преимуществу способ передачи информации, порождавший самые невероятные вымыслы, то не вызывает удивление тот факт, что «люди той эпохи постоянно находились в состоянии повышенной возбудимости, что им свойственны были быстрая смена настроений, неожиданные аффекты, суеверия». Итак, одним словом средневековый человек одновременно жил даже не в двойном, а как бы в тройном измерении: благочестивыми помыслами — о боге, о рае в мире ином; воображением и суеверием — в мире колдовском и умом практическим — в мире суровой феодальной действительности.

2 стр., 522 слов

Драма незаурядной личности в эпоху «Железного века»

... в романе как типичный представитель целого поколения, речь идет о «взаимоотношениях» человека с эпохой. ... в семье и воспитывать детей. Но он не выбирает ни одну. Печорин – герой промежуточной эпохи, «своего времени», ... определенной цели в жизни, поэтому он ... эпохи: проблему бездеятельности молодого поколения и проблему нравственной состоятельности личности, вступившей в конфликт с обществом. Почему люди ...

Средневековый образ окружающего мира и обусловленный им настрой человека, его черты начинаются разрушаться еще в XIV веке. В эпоху Возрождения культура и человек получают новое значение. Мир перестает быть «тварью» и становится «природой»; человеческое дело перестает быть служением Творцу, и само становится «творением», человек, прежде слуга и раб, становится «созидателем». Стремление к познанию заставляет человека эпохи Ренессанс обратиться к непосредственной действительности вещей. Процесс индивидуализации личности положил конец анонимности, столь характерной для средневековья: Возрождение наделило человека индивидуальными чертами. От сложившегося в это время деятельностного человека, титана мысли требовались «точный расчет, мудрость, осмотрительность, предвидение» — одним словом, постоянный самоконтроль. У человека Возрождения раскрылись не только творческие, позитивные силы, но и самые темные стороны личности. Это было время, когда раскованность человека, его эмоции нередко перерастали в фривольность, неуемная радость соседствовала с истерией, светские интересы серьезно потеснили религиозные, а изучение свободных искусств было занятием более привлекательным, чем изучение теологии.

Все эти перемены, а также «промежуточное положение человека» в мире, вызывают у человека внутреннюю противоречивость, двойственное отношение ко всему. На смену миру пусть узких, но устойчивых общественных связей, человеческих действий пришел мир, в котором традиционные устои рушились, былые ценности перемешались с новыми и, который, наконец, потребовал от человека индивидуального выбора, то есть когда он в своих решениях оставался наедине с самим собой — такова была цена формулы «человек — кузнец своей судьбы». Свобода движения и личной деятельности лишает человека объективной точки опоры, которая в прежнем мире у него была, и возникает чувство оставленности, одиночества и даже угрозы. Индивидуализм, расчет на собственные силы влек за собой риск неизвестности. Отсюда громадная роль в ренессанской ментальности фортуны. Это был единственно доступный сознанию той эпохи способ объяснить все, что происходит в жизни человека за пределами его расчетов и воли. Совершенно иначе человек стал относиться к своей биологической конституции и своим естественным потребностям. К примеру, человеческая красота, как и в Греции, воспринималась равная божественной. В целом ренессанского человека отличает яркое проявление противоречивости характера: «две силы бьются в человеке: одна напряженная, болезненная — сила полудикого варвара; другая — тонкая, пытливая сила мыли человека — творца».

4 стр., 1797 слов

Личность твориться не человек слышит. : личность творится не ...

... церковь и др. Темы эссе. "Личность творится не тем, что человек слышит и говорит, а трудом и деятельностью" (А. Эйнштейн) "Без социализации человек не может существовать как член общества" (Т. Г. Грушевицкая) "Счастье личности вне общества невозможно, как невозможна жизнь ...

Более богатая и многогранная личность Нового Времени нуждается в обособлении других и уже добровольно ищет уединения, но в то же время она острее переживает одиночество как следствие дефицита общения и неспособности выразить богатство своих переживаний. Для этой эпохи человек больше не находится под взором бога: человек теперь автономен, волен делать что хочет, идти куда вздумается, но и венцом творения он уже больше не является, став лишь одной из частей мироздания. Человек в новых условиях исторической действительности лишается возможности достичь «согласия с самим с собой справиться своего бытия, которые раньше обеспечивались надежностью старого традиционного состояния мира». Человек потрясен, выбит из колеи, уязвим для сомнений и вопросов. Когда это случается в эпоху перемен, пробуждаются глубинные стороны человеческого существа. С неведомой ранее силой просыпаются первобытные аффекты: страх, насилие, алчность; в словах и поступках людей появляется нечто стихийное, дикое, в движение приходят и религиозные силы.

Человек Просвещения — это прежде всего человек-гражданин государства, носитель юридических прав и обязанностей, главными чертами которого можно выделить разумность, предприимчивость, повышенный индивидуализм, личностная независимость, вера в науку, высокая продолжительность жизни и т.д. В связи с индустриализацией жизни изменилось и отношение к природе и со стороны человека — приоритетным стало стремление покорить природу. Это влекло за собой рост самосознания личности, осознание конечности личного существования, а следовательно, индивид капиталистической эпохи стал стремиться к тому, чтобы реализовать свои потребности на протяжении своей жизни. Человек торопиться не потому, что ему этого хочется, а потому, что он боится не успеть отстать от других. Он должен постоянно доказывать другим и самому себе свое право на уважение. Обостренное чувство необратимости времени изменило взгляд человека на проблему жизни и смерти. Осознание неизбежности смерти побуждает человека задумываться о смысле и цели жизненного бытия. Человек стремиться успеть все в этой единственной жизни. Таким образом, не только деятельность человека усложнилась, но и его внутренний мир обогатился, стал более разнообразным.

В Новое время потребительский характер общества оказывал отчуждающее влияние на человека, что обезличивало его, заставляя осознавать ограниченность своих сил, острую неудовлетворенность собой и окружающим миром. Именно поэтому человек XIX- нач. XX вв. испытывает острый дефицит устойчивости, тепла и интимности. Недостаток интимного общения, одиночество рождает чувство внутренней пустоты и бессмысленности жизни. Повседневные заботы о хлебе насущном мешают развитию более высоких духовных потребностей людей. В обществе развивается процесс постепенного нивелирования личности. Человек чувствует себя заменимым, ненужным и одиноким среди людей. Сведение «я» к материальному «мое» становится необходимым условием самоутверждения человека капитализма, что в свою очередь означает «овеществление» человека, обеднение его жизнедеятельности, осознание этого факта делает его психологически несчастным. Одновременно с этими негативными явлениями человек стал понимать свои широкие возможности для утверждения себя как высокоразвитой личности. В условиях постоянной конкуренции, стремления достичь высокого социального статуса в обществе для человека важное значение стал играть такой социальный институт как образование.

4 стр., 1948 слов

Жизнь и научная деятельность Ломоносова

... следующие задачи: изучить биографию Михаила Васильевича Ломоносова; ознакомиться с основными открытиями и этапами научной деятельности; Глава I . Жизнь Михаила Васильевича Ломоносова В устье Северной Двины, вблизи города ... и Киевская духовная академия. Однако требования высших кругов общества не позволяли людям из низших сословий научиться более существенному, кроме как читать и писать, ...

В целом человека т.н. капиталистической эпохи отличает противоречивость, переменчивость, непостоянство, что обусловлено временем, в котором он жил.

Человеческая деятельность в XX веке приобрела более глобальный характер. Человек в нашем столетии стал обладателем множества научных открытий и технических средств, использование которых явилось причиной экологических проблем. Увеличение радиоактивного фона, загрязнения среды и другие факторы создают угрозу для жизни человека. Поборов одни болезни и пороки, человек XX века узнал новые, рожденные условиями современного цивилизованного общества. Современный человек живет в эпоху, когда идет переоценка человеческой меры разумности, человек должен быть ответственным перед природой и грядущими поколениями. Новые научные открытия поставили под угрозу саму идею уникальности и неповторимости человеческой личности. Процесс постепенной деградации личности в конце XX века усиливается. В этом существенную роль играет утверждение в мире материалистического мировоззрения.

В результате происходящих в мире социальных и других перемен, в целом, и в российском обществе, в частности, внимание к человеку остается минимальным. Современное общество ориентировано не на личность, а на массы. Начинает преобладать такой тип человека, для которого характерна ориентация на других людей, отсутствие устойчивых жизненных целей и идеалов, стремление адаптировать свое поведение на то, чтобы не выделяться, быть похожим на всех остальных. Общими чертами такого человека можно назвать некритическое принятие и следование господствующим стандартам, стереотипам массового сознания, отсутствие индивидуальности, манипулируемость, консерватизм и др. Выделяют несколько типов человека конформистского характера, присущих для современной потребительской цивилизации: «массовый человек», «человек организации», «авторитарная личность», «автоматически конформная личность» — некоторые из исследовавшихся психологических типов в большей или в меньшей степени близки к типу «одномерного человека». Распространение массового, одномерного человека или «человека толпы» в обществе прежде всего обусловлено феноменом отчуждения личности. Решающую роль в усилении данного процесса играет такое явление современности как массовая культура. «Массовая культура, ориентированная, в первую очередь, на размывание, стирание, устранение в человеке личностного начала, способствует отчуждению и самоотчуждению личности». В современном мире господствует такой тип человека, характерными чертами которого являются отчужденность, некритическое отношение к существующей действительности, отсутствие индивидуальности, конформизм, стремление к удовлетворению материальных потребностей, маргинальность, шаблонное мышление, духовная деградация и т.д.

8 стр., 3751 слов

Л.Н. Гумилёв — человек, совершивший революцию в истории

... исследовал биоэнергетическую доминанту этногенеза (назвал ее пассионарностью). Основные научные труды Льва Николаевича Гумилёва посвящены истории тюркских, монгольских, славянских и других народов Евразии. Одна из ... типа, где первоначальный импульс— заряд энергии и пассионарности, воплощающий ее в людях, постепенно расходуется, а энтропия (угасание толчка) непрерывно увеличивается. Поэтому живое ...

Таким образом:

  • каждая историческая эпоха вырабатывает определенный образ человека, его черты и качества как личности, поэтому изучение конкретного человека необходимо основывать прежде всего, исходя из представления о том, что человек есть продукт эпохи, культуры, общества;
  • для человеческого существа первобытной эпохи характерны — зависимость и растворенность в природе, тяжелейшие условия жизни, отсутствие личной свободы, представлений о будущем, о морали в современном понимании слова;
  • постоянная угроза жизни, низкая ее продолжительность и др.;
  • для античной личности свойственны такие черты как растворенность в полисе, общине, появление гражданства, зависимость от природы, от принадлежности к определенному классу, синкретическое сознание, высокая степень суеверия;
  • важную роль играет человек-гражданин полиса, а в Риме — человек-воин, т.д.;
  • для средневекового человека специфическими качествами могут быть названы такие как строгая регламентация жизни, сословная принадлежность, высокая религиозность, отсутствие ощущения одиночества, ненужности, которые так присущи индивиду Нового времени;
  • для человека Нового времени характерны осознание юридического равноправия, отмена кастовых регламентаций жизни, личностная независимость, повышенный индивидуализм, рациональное восприятие мира, овеществление человека, высокая продолжительность жизни и т.д.;

— для современного человека, в целом, характерны многие черты предыдущих эпох, только они ярче выражены, но можно указать и еще на следующие качества: высокое качество жизни, наличие открытого общества, всесторонность и свобода развития человека, обеспеченность всех прав и свобод личности ( в большинстве стран), но одновременно сейчас человеку присущи потерянность, страх перед экологической и др. угрозой его существования. Негативным фактором современной цивилизации является приоритет материальных ценностей над духовными во всех сферах жизнедеятельности индивида. В итоге потребительская ориентация, гонка за материальными благами лишает человека социально-критического измерения, способствует отчуждению личности, развитию процесса деиндивидуализации и превращения человека в человека одномерного, массового, «человека толпы».

2. Первоначальный смысл термина «История»

Первоначальное значение слова «история» восходит к древнегреческому <#»justify»>4. Методы истории

исторический марксистский демографический экономический

Геродот <#»justify»>5. Современное значение истории в нашей жизни

I Переживаемое нами время является удивительным временем в истории человечества. Сходного с ним приходится искать в далеких столетиях прошлого. Это время интенсивной перестройки нашего научного миросозерцания, глубокого изменения картины мира. Представление об окружающем, с которым человечество Запада вступило в XX в., несмотря на все успехи естествознания, математики, исторических наук, техники, которыми так ярко может характеризоваться XIX столетие, по существу являлось результатом постепенного и неуклонного развития принципов и построений новой эпохи, подготовлявшейся в XVI и ясно вылившейся в XVII столетии, когда окончательно сказались в научной работе еще более ранние достижения Коперника и путь, проложенный Колумбом, новая математика, новая философия, коренная ломка идей о строении и положении в мире человека. XX в. вносит со все увеличивающейся интенсивностью уже коренные изменения в миропонимание нового времени. Это изменения иного масштаба, чем те, которые создавались в прошлом веке. Они аналогичны тем, какие внесли в миросозерцание средних веков философия, наука и техника начала XVII столетия. Возможно, что мы переживаем изменение еще большее. Может быть, переживаемый поворот научного мышления более подобен древнему кризису духовной жизни, тому, который имел место две с половиной тысячи лет назад, в VI и ближайших столетиях до н. э., когда создавалась великая эллинская наука, расцвела техника, и впервые приняла знакомые и близкие нам формы в средиземноморском культурном центре философская мысль, а в религиозных исканиях, в мистериях творилась глубочайшая интуиция, искание смысла бытия. Расцвет, внезапный и яркий, эллинского гения представлялся не раз в XIX и в более ранних веках великим чудом, пока не было выявлено движение мысли предшествовавшего времени. В дали веков перед нами открываются другие такие же резкие перестройки духовного сознания человека, расширения его кругозора и охвата окружающего его мыслью. Во все растущей глуби веков с большой вероятностью должны мы допускать многократное повторение таких же созидательных творческих подъемов, поворотов в биении разума, в росте понимания нас самих и нас окружающего. Перед длительностью жизни человечества ничтожны те две с половиной тысячи лет — восемьдесят-девяносто поколений, в которых сейчас мы можем проследить три резких подъема научного сознания. Уже сейчас мы можем научно изучать несколько — не менее семи-восьми — тысяч поколений и знаем о существовании мыслящего человека на протяжении сотен тысяч лет. В этой дали времен шел тот же процесс роста человеческого разума. Он шел по тем же законам, по каким идет и ныне, так как мы видим всюду, что настоящее есть закономерное проявление прошлого, как бы далеко оно от нас ни отстояло. Мы прошлое познаем по настоящему. Существование в прошлом тех же великих поворотов мышления, какой сейчас развертывается перед нами, несомненно. Достаточно представить себе последствия таких великих открытий человеческого гения, как открытие огня, земледелия или металлов как орудий жизни. Мы присутствуем сейчас при развертывающемся явлении, лишь изредка наблюдаемом в истории человечества, единожды встречающемся в сотни лет, но не единственном, а одном из многих, раньше бывших II Для натуралиста, когда он охватывает любое явление природы, оно неизбежно облекается в формы законностей. Научно мыслить значит вводить сложное природное явление в эти формы. Повторение явлений во времени есть одно из наиболее ярких проявлений закономерности. В тех случаях, когда, как в науках исторических, это повторение независимо от человеческой воли, наблюдение вновь выступающего на историческую сцену цикла явлений приобретает особое, совершенно исключительное значение. Не решая вопроса о тождественности или о различии по существу духовных проявлений человеческой жизни и других явлений природы, охваченных точным научным знанием, ученый-исследователь хода научной мысли все же может утверждать, что значительная часть духовной работы человечества укладывается в те же незыблемые «законы природы», которые он ищет и находит в своей научной работе; она может быть сведена к обычным для него правильностям. Это выявляется огромным влиянием развития научной человеческой мысли на явления живой или мертвой природы, от человека независимые. Научная человеческая мысль могущественным образом меняет природу. Нигде, кажется, это не проявляется так резко, как в истории химических элементов в земной коре, как в структуре биосферы. Созданная в течение всего геологического времени, установившаяся в своих равновесиях биосфера начинает все сильнее и глубже, меняться под влиянием научной мысли человечества. Вновь создавшийся геологический фактор — научная мысль — меняет явления жизни, геологические процессы, энергетику планеты. Очевидно, эта сторона хода научной мысли человека является природным явлением. Как таковая она не может представляться натуралисту-эмпирику случайностью, она неизбежно является его умственному взору неразрывной частью того целого, которое, как он непреклонно знает, все подлежит числу и мере, охватывается его эмпирическими обобщениями. В этой картине природы, научно построенной, должна иметь свое проявление и работа научной мысли, в той же форме и тем же путем, каким входят в нее все другие природные явления, мелкие и грандиозные. Но научная мысль входит в природные явления не только этим своим отраженным проявлением. В ней самой есть черты, только природным явлениям свойственные. Прежде всего это видно в том, что ходу научной мысли свойственна определенная скорость движения, что она закономерно меняется во времени, причем наблюдается смена периодов ее замирания и периодов ее усиления III Такой именно период усиления научного творчества мы и наблюдаем в наше время, в третий раз за последние три тысячелетия. Во все такие периоды есть общие или характерные черты, связанные с чрезвычайной быстротой научного творчества, открывающего не тронутые раньше научною мыслью поля исследования. Научная работа этих эпох имеет яркий созидательный, а не разрушительный характер. Строится и создается новое; оно для своего создания часто использует, перерабатывая до конца, старое. Обычно выясняется, неожиданно для современников, что в старом давно уже таились и подготовлялись элементы нового. Часто сразу и внезапно это старое появляется в новом облике, старое сразу освещается. Это — обычное образное выражение нашего впечатления от происходящего. Оно очень характерно. Это есть образ созидания, но не разрушения, образ не видного нам раньше, но явно закономерно шедшего процесса, ожидавшего для своего выявления своего завершения. Такой ход научного сознания наблюдается всегда, на всем протяжении истории мысли. Он лишь более интенсивен и охватывает большую область в периоде переломов. Всегда для него характерно созидание нового и сохранение ранее достигнутого. Мы совсем на днях, на частном примере, пережили это, когда в картину нашего мира проникли бурным потоком идеи о разложении атома и уничтожении, в процессах природы, материи. И все же ничто из старого не оказалось разрушенным: все осветилось новым пониманием. И сейчас, когда область новых явлений, новых достижений научного творчества охватила нашу научную работу еще в большем масштабе, мы не ощущаем хаоса и разрушения, хотя бы временного. Мы живем в периоде напряженного, непрерывного созидания, темп которого все усиливается. Основным и решающим в этом созидании является открытие новых полей явлений, новых областей наблюдения и опыта, сопровождающееся огромным потоком новых эмпирических фактов, раньше неведомого облика. Бурный рост нового в новых областях гасит в нашем умственном взоре значение старого. Этот бурный поток нового, ускорение хода научных достижений, когда в немногие десятилетия достигается то, что обычно создается в столетия или в тысячелетия, очевидно, является проявлением какой-то силы, связанной с духовной творческой энергией человека. Если нужна для нашего ума какая-нибудь аналогия этого природного процесса, мимо которого миллионы людей обычно проходят, его не замечая, этой аналогией может быть взрыв. Можно говорить о взрыве научного творчества, идущего в прочных и стойких, не разрушающихся рамках, заранее созданных. Для того чтобы удобнее изучать такие взрывы научного творчества в рамках обычных для натуралиста природных процессов, надо выразить их иначе, свести их на присущие им обычные явления материальной среды или энергии. Духовная творческая энергия человека сюда не входит. Научная мысль сама по себе не существует, она создается человеческой личностью, есть ее проявление. В мире реально существуют только личности, создающие и высказывающие научную мысль, проявляющие научное творчество — духовную энергию. Ими созданные невесомые ценности — научная мысль и научное открытие — в дальнейшем меняют указанным раньше образом ход процессов биосферы, окружающей нас природы. Взрывы научного творчества, повторяющиеся через столетия, указывают, следовательно, на то, что через столетия повторяются периоды, когда скопляются в одном или немногих поколениях, в одной или многих странах богато одаренные личности, умы которых создают силу, меняющую биосферу. Их нарождение есть реальный факт, теснейшим образом связанный со структурой человека, выраженной в аспекте природного явления.

Социальные и политические условия, позволяющие проявление их духовного содержания, получают значение только при его наличии. Эти условия не могут вызвать появления самих таких личностей. Ибо мы знаем, что такие личности в общей массе человечества всегда редкое явление, не всегда имеющее место. Надо ждать иногда века, чтобы после ухода из жизни одних, вновь появились люди, способные уловить нить, оставленную ушедшими. Очень возможно, что для выявления самих периодов научного творчества необходимо совпадение обоих явлений: и нарождения богато одаренных людей, их сосредоточения в близких поколениях, и благоприятных их проявлению социально-политических и бытовых условий. Однако основным является нарождение талантливых людей и поколений. По существу этот факт вызывает возможность взрыва научного творчества; без него ничего не может быть.

Если даже такие сосредоточения талантов в немногих поколениях бывали и в промежуточные периоды, но не выливались во взрывы научного творчества из-за неблагоприятных условий, наличность таких пульсаций талантливости в смене поколений все же должна быть, прежде всего, для того чтобы были взрывы творчества. Такое временное сосредоточение талантливых личностей в немногих поколениях и их отсутствие в долгие промежуточные времена — иногда века — есть общее характерное явление хода духовных проявлений человечества. Оно резко и ярко выражено в истории научной мысли. Мы не знаем пока, почему, как и отчего происходит такое нарождение талантливых людей, орудий научной мысли, и их скопление в близких поколениях, отсутствие их в других. Мы должны принимать их за свойство нашей расы, проявление ее природы. Это такой же природный процесс, подлежащий научному исследованию натуралиста, каким является воздействие научной мысли на окружающую живую и мертвую природу, изменение ею энергетики биосферы IV В сущности это задача истории знаний, исследования хода во времени научного мышления и научного искания. Значение этой дисциплины становится чрезвычайным, когда перед нами развертывается захватывающее в себя и нас, входящее в область ее ведения грандиозное природное явление. Мне кажется, что именно такое явление суждено нам сейчас переживать, что мы живем в особую эпоху, находимся на гребне взрывной волны научного творчества. Всматриваясь в него и его изучая, мы не можем не выйти мыслью в будущее, не можем не думать о дальнейшем выявлении в жизни человечества наблюдаемого нами явления.

Мы видим, что мы вступили в особый период научного творчества. Он отличается тем, что одновременно почти по всей линии науки в корне меняются все основные черты научной картины мира. Меняются в корне наши представления о материи, об энергии, о времени, о пространстве; создаются совершенно новые понятия того же основного значения — понятия, всецело отсутствовавшие во всех предшествовавших научных миросозерцаниях. Этим новым понятиям часто мы не находим прямых аналогий в прошлом. Таковы электроны, отличные от атомов, строящие материю, но не являющиеся атомами энергии; таковы кванты. История проникновения квантов в наши научные построения является любопытнейшим явлением в истории мысли, ибо ни сам творец этого представления, М. Планк, ни все увеличивающиеся в числе принимающие квант ученые не могли и не могут дать ему ясное выражение в образах нашего понимания мира. Создание символа квантов без возможности выразить его в ясном, логически непререкаемом геометрическом образе и, особенно, его победоносное шествие в современном научном творчестве есть одно из интереснейших событий в истории научной мысли, изучение которого, может быть, позволит приблизиться к выявлению законов так называемой научной интуиции. Сейчас, по-видимому, мы подходим к новым дерзаниям, может быть, не менее коренным образом меняющим наше мышление. Замена геометрического образа атома новым символом, наподобие кванта, положит еще более резкую грань нового миропонимания будущего от идей о мире времен молодости людей моего поколения. Такое представление будет иметь тем большее значение, что наша мысль неудержимо и неизменно будет пользоваться атомами как прообразами, несводимыми на движение, для выявления всех других мельчайших моделей, какие будут нужны нам для построения картины физико-химических явлений.

Одновременно в наше научное мировоззрение, в самую его суть, уже вошло другое несводимое на движение представление — учение о симметрии. Оно находится в нем, как стороннее включение, не связанное с другими созданными физиками и математиками моделями мира и материи. А между тем эмпирическая основа учения о симметрии является одним из самых прочных достижений науки. Его глубокое значение провиделось Л. Пастером и П. Кюри, на нем строится учение о твердом состоянии материи — кристаллография, оно неудержимо захватывает химию и минералогию, но оно стоит сейчас не только вне области нашей картины мира, оно не затронуто философской мыслью, и не выявлены те следствия и те приложения, которые из него следуют и которые неизбежно приведут к чуждой прошлым векам научной картине Вселенной. Гораздо большее внимание возбуждает учение об относительности, которое приводит к совершенно новой картине мира, резко меняет царящее до сих пор ньютоновское ее построение. Коренное изменение научного понятия о времени и исчезновение из картины мира всемирного тяготения как особой силы или формы энергии — если они окончательно войдут в общее сознание, а они входят, — положат такую же непереходимую грань между нашим пониманием строения космоса и идеями XIX столетия, какую положило в свое время это самое обобщение Ньютона между научными новым и древним или средневековым миропониманиями. Очень часто приходится слышать, что победа теории относительности не внесет бoльших изменений в научную работу, чем вносили в нее другие крупные научные достижения XIX в., такие, например, как учение об энергии. Едва ли можно с этим согласиться. Те открытия не нарушали рамок наших основных физических представлений, но теория относительности, в корне меняя ньютоновские модели мира, вводит нас в новый мир идей; всех последствий этого шага мы не можем себе сейчас даже и представить. Мы знаем, что ньютоновские идеи о силе, действующей мгновенно на расстоянии, нарушали все миропонимание ученых XVII и XVIII вв. Потребовалось несколько (около трех) поколений, для того чтобы они наконец вошли в общее сознание, причем огромную роль в победе ньютоновских идей сыграла не их логическая сила, а элемент общественного характера — их внедрение в школу, воспитание с детства в духе этих непонятных для эмпирического знания представлений. Выросло поколение, привыкшее с детства считаться как с фактом с тем, что людям, мысль которых была более независимой, казалось абсурдом. Сейчас, через четверть тысячелетия, мы к ним так привыкли, что нам трудно от них отойти в мир идей А. Эйнштейна. Я думаю, однако, что идеи Эйнштейна легче могли бы быть жизненно поняты противниками Ньютона; по сути они менее далеки от них, чем от нас.

Отказ от ньютоновских идей является не менее крутым поворотом в ходе научного мышления, чем было их принятие. Он кладет грань между двумя мировоззрениями, как положила такую грань для мировоззрения новых веков и средневековья победа Ньютона. В известной мере это — возвращение к нитям искания истины, оставленным при этом повороте в XVII столетии. На фоне этих глубочайших изменений идей идет не менее коренное изменение основ химии, связанное с отождествлением атома и химического элемента и с введением в наш научный кругозор представлений о зависимости существования химического элемента от времени и о нахождении в его среде изотопов. И здесь мы захватываем нити древних исканий, оставленные в XVII-XVIII вв. и принадлежащие чуждому XVII-XIX вв. научному мировоззрению средневековья. Ярко в этих частностях сказывается огромная творческая работа этой отделенной от нас столетиями полосы жизни человечества, значение которой только сейчас стало нам ясным, благодаря достижениям истории искусства и истории философии. Меняется не только химия, но, благодаря новым представлениям о химическом элементе, наблюдаемая картина звездного неба начинает вскрывать нам негаданные раньше явления. Астрономия переживает брожение идей, которое в ее многотысячелетней истории напоминает (и по масштабу только с ним может сравниваться) то изменение, которое было произведено в ее содержании, когда Галилей направил в начале XVII в. в Падуе и во Флоренции первый телескоп в область Солнечной системы. Но сейчас область изменения представлений, не менее глубокого, охватывает весь доступный нашему умственному взору Космос, а не одну систему Солнца и Земли V Перелом научного мировоззрения, сейчас указанный, охватил область физико-химических наук. В отличие от того, что наблюдалось в XVII и XVIII столетиях, науки математические и биологические, при огромном их росте в XIX в., не вносят в наше научное мировоззрение изменений, вызывающих коренной перелом по сравнению с миропониманием прошлого века. Но в другой области знания — в понимании положения человека в научно создаваемом строе мира — сейчас наблюдается огромный скачок научного творчества, одновременно идущий с ростом физико-химических наук. Два больших новых явления научной мысли наблюдаются в XX в. в этой области знаний. Во-первых, впервые входит в сознание человека чрезвычайная древность человеческой культуры, в частности, древность проявления на нашей планете научной мысли. Во-вторых, впервые сливаются в единое целое все до сих пор шедшие в малой зависимости друг от друга, а иногда и вполне независимо течения духовного творчества человека. Перелом научного понимания Космоса, указанный раньше, совпадает, таким образом, с одновременно идущим глубочайшим изменением наук о человеке. С одной стороны, эти науки смыкаются с науками о природе, с другой — их объект совершенно меняется. С каждым днем вскрывается все большая древность материальных остатков прошлого человечества, рисующих его духовную жизнь в такие эпохи, о которых не помышляли исследователи прошлого века; в то время и в сохранившихся, и в дошедших до нас проявлениях духовного творчества — в языке, в древних преданиях в частности — открываются реальности, которые казались невероятными исторической критике недавнего прошлого. Одно из самых могущественных орудий роста исторических знаний (создание XVII-XIX вв.) — историческая критика и достоверность ее заключений — требует поправок, опирающихся на эмпирический материал, предвидеть который разум не может; природный процесс может, как оказывается, в корне менять достижение исторической критики. Одновременно история смыкается с биологическими науками. На каждом шагу начинает выявляться биологическая основа исторического процесса, не подозреваемое раньше и до сих пор, по-видимому, недостаточно учитываемое влияние дочеловеческого прошлого человечества; в языке и в мысли, во всем его строе и в его быту выступают перед нами теснейшие нити, связывающие его с его отдаленнейшими предками. Все ярче выдвигается общность законностей для разных проявлений знания — исторических и биологических наук. Она, например, ярко чувствуется и ищется в том факте, с которым мы сейчас имеем дело — в одной из исторических наук, в истории знания и научной мысли. Появление пачками и сосредоточение в определенных поколениях умов, могущих создавать переворот в научных исканиях человечества, а следовательно, и в энергетике биосферы, не является случайностью и, вероятно, связано с глубочайшими биологическими особенностями Homo sapiens. Проявлением той же неожиданно древней и сложной истории в современном проявлении человека может считаться в новой форме сложившаяся в XX в. единая история человечества, всемирная история в небывалом охвате, синтезирующая в единое целое работу всех цивилизаций человечества. Раньше концепции и представления о прошлом человечества сосредоточивались в истории европейской, тесно связанной со средиземноморским центром культуры. Эта европейская история казалась всемирной. Уже в течение всего XIX столетия шла неуклонная работа к перестройке этих не отвечающих реальному явлению представлений. Сейчас можно считать, что это ограниченное изучение прошлого кончилось. Исторический процесс сознается как единый для всего Homo sapiens, и в связи с этим, с одной стороны, укореняется связь исторических знаний со знаниями биологическими, а с другой — в строе исторических знаний идет перелом, небывалый по силе и по последствиям в их прошлом бытии. Так в науках физико-химических и в науках о человеке, исторических, одновременно идет исключительный по силе и размаху перелом творчества. Он находится в самом начале. Он представляется натуралисту-эмпирику процессом стихийным, естественноисторическим, не случайным и не могущим быть остановленным какой-нибудь катастрофой. Корни его скрыты глубоко в непонятном нашему разуму строе природы, в ее неизменном порядке. Мы не видим нигде в этом строе, насколько мы изучаем эволюцию живого в течение геологического времени, поворотов и возвращений к старому, не видим остановок. Не случайно, связанно с предшествовавшими ему существами появился человек, и не случайную он производит работу в химических процессах биосферы. Поворот в истории мысли, сейчас идущий, независимее воли человека и не может быть изменен ни его желаниями, ни какими бы то ни было проявлениями его жизни, общественными и социальными. Он, несомненно, коренится в его прошлом

Список Литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://litfac.ru/kursovaya/znachenie-istorii-v-jizni-cheloveka/

В.И. Вернадский. Мысли о современном значении истории знаний от 19.02.03

  • Сабиров А.Г. Социально-философская антропология.- М., 1997.
  • Рожанский И.Д.Античный человек.- В кн.: О человеческом в человеке.

— М., 1991, с.282-298.

Материал из Википедии — свободной энциклопедии