Блог музея-заповедника «Тарханы»

Эссе

Значительно дополняет и уточняет восприятие Ахмадулиной личности Лермонтова ее эссе «

» (1965) и новелла «

Лермонтов. Из архива семейства Р.

» (1973), в которой поэтесса обращается к обстоятельствам гибели поэта. Новелла эта, основанная на документальных материалах, содержит и элементы фантастики, но границы между художественным вымыслом и биографически достоверными сведениями в ней не смешиваются. С психологической проницательностью рисует Ахмадулина участников последней дуэли Лермонтова — «внятного» и деловитого в своих объяснениях князя А. И. Васильчикова и равнодушно-великолепного А. А. Столыпина (Монго).

На основании незавершенной исповеди Н. С. Мартынова, мемуаров лермонтовской поры Ахмадулина стремится выявить те внутренние механизмы, которые привели к трагической развязке, воссоздает облик убийцы Лермонтова, не умеющего «отличать самолюбия от чувства чести, отчего площадь его уязвимости была искушающе огромной и требовала неусыпной придирчивой охраны». Образ самого поэта дан через восприятие Мартынова, при этом Бэлла Ахмадулина акцентирует не столько неприязнь, сколько его тупое недоумение перед личностью поэта. В повествование введена и полемическая переписка с воображаемым противником авторского отношения к Лермонтову, два письма Ахмадулиной к П. Г. Антокольскому и его ответы на них, отдельная глава о бабушке поэта Е. А. Арсеньевой, которая «одна дала Лермонтову всю любовь».

В эссе «Пушкин. Лермонтов» Ахмадулина высказала свое понимание последних четырех лет жизни поэта как «мгновенного подвига многолетнего возмужания»; именно в эти четыре года «он бросается, чтобы прожить целую жизнь», подобно путнику в балладе «Тамара». И Лермонтов, по мнению Ахмадултиной, «удалось совершить этот смертельно-выгодный для него обмен: две жизни в плену — „за одну, но только полную тревог“».

С лермонтовской темой в творчестве поэтессы связана миниатюра в прозе «Воспоминание о Грузии» (1965) и цикл стихов 1965—67 «Сны о Грузии».

Глубокий нежный сад, впадающий в Оку

Глубокий нежный сад, впадающий в Оку,

стекающий с горы лавиной многоцветья.

Начнёмте же игру, любезный друг, ау!

Останемся в саду минувшего столетья.

Ау, любезный друг, вот правила игры:

не спрашивать зачем и поманить рукою

в глубокий нежный сад, стекающий с горы,

7 стр., 3469 слов

Тарханы в жизни поэта М.Ю. Лермонтова

... село, старые Тарханы, современное Лермонтове, дымится в ... детства — Тарханы, Их легко узнать в этих строках и сейчас. Войти в стоящий на полугоре усадебный дом, в ... глубокий сырой овраг, бочаги и ржавцы, в ... поэт взял также тарханскую: здесь проживали Калашниковы—его современники. Возможно, кто-либо из Калашниковых участвовал в кулачном бое в Тарханах в 1836 году. Устроителем его был сам Лермонтов. О том в ...

упущенный горой, воспринятый Окою.

Попробуем следить за поведеньем двух

кисейных рукавов, за блеском медальона,

сокрывшего в себе… ау, любезный друг!..

сокрывшего, и пусть, с нас и того довольно.

Заботясь лишь о том, что стол накрыт в саду,

забыть грядущий век для сущего событья.

Ау, любезный друг! Идёте ли?- Иду.-

Идите! Стол в саду накрыт для чаепитья.

А это что за гость?- Да это юный внук

Арсеньевой.- Какой?- Столыпиной.- Ну, что же,

храни его Господь. Ау, любезный друг!

Далекий свет иль звук — чирк холодом по коже.

Ау, любезный друг! Предчувствие беды

преувеличит смысл свечи, обмолвки, жеста.

И, как ни отступай в столетья и сады,

душа не сыщет в них забвенья и блаженства.

Лермонтов и дитя

Под сердцем, говорят. Не знаю.

Не вполне.

Вдруг сердце вознеслось

и взмыло надо мною,

сопутствовало мне стороннею луною,

и муки было в нем не боле, чем в луне.

Но люди говорят, и я так говорю.

Иначе как сказать?

Под сердцем — так под сердцем.

Вот сбылся листопад.

Извечным этим средством

не пренебрег октябрь,

склоняясь к ноябрю.

Я все одна была, иль были мы одни

с тем странником,

чья жизнь все больше оживала.

Совпали блажь ума и надобность журнала —

о Лермонтове я писала в эти дни.

Тот, кто отныне стал значением моим,

кормился ручейком

невзрачным и целебным.

Мне снились по ночам

Васильчиков и Глебов.

Мой исподлобный взгляд

присматривался к ним.

Был город истомлен

бесснежным февралем,

но вскоре снег пошел,

и снега стало много.

В тот день потупил взор

невозмутимый Манго

пред пристальным моим

волшебным фонарем.

Зима еще была сохранна и цела.

А там — уже июль, гроза и поединок.

Мой микроскоп увяз

в двух неприглядных льдинах,

изъятых из глазниц лукавого царя.

Но некто рвался жить,

выпрашивал: «Скорей!»

Томился взаперти и в сердцевине круга.

Успею ль, боже мой,

как брата и как друга,

благословить тебя,

добрейший Шан-Гирей?

Все спуталось во мне. И было все равно —

что Лермонтов,

что тот, кто восходил из мрака.

Я рукопись сдала, когда в сугробах марта

слабело и текло водою серебро.

Вновь близится декабрь к финалу своему.

Снег сыплется с дерев, пока дитя ликует.

Но иногда оно затихнет и тоскует,

и только мне одной известно — по кому.

Дуэль

И снова, как огни мартенов,

Огни грозы над головой…

Так кто же победил: Мартынов

Иль Лермонтов в дуэли той?

Дантес иль Пушкин? Кто там первый?

Кто выиграл и встал с земли?

Кого дорогой этой белой

На чёрних санках повезли?

Но как же так! По всем приметам

Другой там выиграл, другой,

Не тот, кто на снегу примятом

2 стр., 704 слов

Анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова «Поэт

... из лучших его стихотворений, посвященных теме поэта и поэзии. Произведение наполнено горьким пафосом, и ... в конце стихотворения. Данное произведение написано ямбом с обилием пиррихия. Это позволяет автору создать плавную, тягучую речь. Таким образом, стихотворение Лермонтова «Поэт» является одним ...

Лежал курчавой головой!

Что делать, если в схватке дикой

Всегда дурак был на виду,

Меж тем как человек великий,

Как мальчик, попадал в беду…

Чем я утешу пораженных

Ничтожным превосходством зла,

Осмеянных и отчуждённых

Поэтов, погибавших зря?

Я так скажу: на самом деле

Давным-давно, который год,

Забыли мы и проглядели

Что всё идёт наоборот:

Мартынов пал под той горою,

Он был наказан тяжело,

А воронье ночной порою

Его терзало и несло.

А Лермонтов зато сначала

Всё начинал и гнал коня,

И женщина ему кричала:

«Люби меня! Люби меня!»

Дантес лежал среди сугроба,

Подняться не умел с земли,

А мимо медленно, сурово,

Не оглянувшись, люди шли.

Он умер или жив остался —

Никто того не различал,

А Пушкин пил вино, смеялся,

Друзей встречал, озорничал.

Стихи писал, не знал печали,

Дела его прекрасно шли,

И поводила всё плечами

И улыбалась Натали.

Для их спасения навечно

Порядок этот утвержден.

И торжествующий невежда

Приговорён и осужден.

Тоска по Лермонтову

О Грузия, лишь по твоей вине,

когда зима грязна и белоснежна,

печаль моя печальна не вполне,

не до конца надежда безнадежна.

Одну тебя я счастливо люблю,

я лишь твое лицо не лицемерно.

Рука твоя на голову мою

ложится благосклонно и целебно.

Мне не застать врасплох твоей любви.

Открытыми объятия ты держишь.

Все говоры, все шепоты твои

мне на ухо нашепчешь и утешишь.

Но в этот день не так я молода,

чтоб выбирать меж севером и югом.

Свершилась поздней осени беда,

былой уют украсив неуютом.

Лишь черный зонт в моих руках гремит.

Живой и мрачной силой он напрягся.

То, что тебя покинуть норовит, —

пускай покинет, что держать напрасно.

Я отпускаю зонт и не смотрю,

как будет он использовать свободу.

Я медленно иду по октябрю,

сквозь воду и холодную погоду.

В чужом дому, не знаю почему,

я бег моих колен остановила.

Вы пробовали жить в чужом дому?

Там хорошо. И вот как это было.

Был подвиг одиночества свершен.

и я могла уйти. Но так случилось,

что в этом доме, в ванной, жил сверчок.

поскрипывал, оказывал мне милость.

Моя душа тогда была слаба

и потому — с доверьем и тоскою —

тот слабый скрип, той песенки слова

я полюбила слабою душою.

Привыкла вскоре добрая семья,

что так, друг друга не опровергая,

два пустяка природы — он и я —

живут тихонько, песенки слагая.

Итак — я здесь. Мы по ночам не спим,

я запою — он отвечать умеет.

Ну, хорошо. А где же снам моим,

где им-то жить? Где их бездомность реет?

Они все там же, там, где я была,

11 стр., 5118 слов

Рассуждение : «Городской житель так редко встречается с землей»

... встречается с землей» 4.7 (93.21%) 56 votes На этой странице искали: городской человек редко встречается с землей сочинение рассуждение на тему городской человек редко встречается с землёй согласны ли вы с тем что городской человек редко встречается с землей рассуждение на дискуссионную тему Встречаются ли городской человек землёй сочинение городской человек редко встречается с землей Городские ...

где высочайший юноша вселенной

меж туч и солнца, меж добра и зла

стоял вверху горы уединенной.

О, там, под покровительством горы,

как в медленном недоуменье танца,

течения Арагвы и Куры

ни встретиться не могут, ни расстаться.

Внизу так чист, так мрачен Мцхетский храм.

Души его воинственна молитва.

В ней гром мечей, и лошадиный храп,

и вечная за эту землю битва.

Где он стоял? Вот здесь, где монастырь

еще живет всей свежестью размаха,

где малый камень с легкостью вместил

великую тоску того монаха.

Что, мальчик мой, великий человек?

Что сделал ты, чтобы воскреснуть болью

в моем мозгу и чернотой меж век,

все плачущей над маленьким тобою?

И в этой, богом замкнутой судьбе,

в своей нижайшей муке превосходства,

хотя б сверчок любимому, тебе,

сверчок играл средь твоего сиротства?

Стой на горе! Не уходи туда,

где-только-то! — через четыре года

сомкнется над тобою навсегда

пустая, совершенная свобода!

Стой на горе! Я по твоим следам

найду тебя под солнцем, возле Мцхета.

Возьму себе всем зреньем, не отдам,

и ты спасен уже, и вечно это.

Стой на горе! Но чем к тебе добрей

чужой земли таинственная новость,

тем яростней соблазн земли твоей,

нужней ее сладчайшая суровость.

1.

2. Веб журнал перемены «»

3. Б. Ахмадулина «»

4. Б. Ахмадулина «»