Женская поэзия на примере Тушновой и Ахмадулиной

Курсовая работа

В 1-й половине XX века в русскую литературу вошли яркие поэты-женщины: Анна Ахматова, Марина Цветаева, Анна Баркова, Зинаида Гиппиус. Их талант, художественное достоинство поэтического творчества бесспорны. Казалось, это должно было положить конец высокомерным оценкам критиков-мужчин, считающих женскую поэзию явлением второго ряда. Однако оппозиция мужчины — женщины сохраняется до конца XX века не только в быту, но и в литературе. Разделение понятий мужская литература и женская литература как категориальных, а не оценочных произошло лишь в конце прошлого века. Определение женская поэзия в критике стало общеупотребительным.

В литературоведении существует ряд серьезных работ, посвященных творчеству Анна Ахматовой и Марины Цветаевой, несколько десятков статей о других.

Целью нашего исследования является анализ творчества поэтесс второй половины XX века для выявления типологических и индивидуальных черт женской поэзии.

Для достижения цели исследования необходимо решить следующие задачи:

.Сравнить основные мотивы творчества Б.Ахмадулиной и В. Тушновой.

.Определить характерные черты поэзии, именуемой женской.

.Проанализировать целесообразность выделения такого понятия как женская поэзия.

Нет научного анализа, обобщающей исследовательской работы об особенностях женской поэзии. Этим определяется актуальность данного исследования.

Объектом исследования в работе являются стихотворные тексты Беллы Ахмадулиной, Вероники Тушновой.

12 стр., 5647 слов

Поэзия «серебрянного века». Анна Ахматова

... Анны Ахматовой, вела свой род по женской линии от татарского хана Ахмата. Истоки творчества Анны ... распад символизма. Образовались новыетечения в декадентской поэзии, поэтому начинающие поэты шли либо ... дворянской дочери заниматьсястихами, а уж тем более печатать их было совершенно ... "вещью" по указанию "мастера" и запрет на публикациюбез разрешения "мастера"(для публикаций использовались "Аполлон" ...

Предмет анализа — мотивы, образы, типология характера лирической героини.

Для проведения исследования были использованы такие методы , как литературоведческий комплексный анализ текста, историко-литературный метод и герменевтический.

С целью объективной оценки качеств женской поэзии, мы руководствовались в отборе художественного материала следующими критериями:

.Принадлежность к одному историко-литературному периоду.

.Представительство по поколениям (Вероника Тушнова — так называемое фронтовое поколение, Белла Ахмадулина — поколение оттепельное).

Здесь важно возрастное отличие, обусловившее формирование творческой индивидуальности под воздействием важнейших исторических событий.

.Различная степень общественного признания: Белла Ахмадулина — поэт первого ряда современной литературы, удостоенная высоких отечественных премий и высшей степени признания; Вероника Тушнова — камерная поэтесса, получившая народное признание.

Практическая значимость работы заключается в возможности использования в школьном элективном и вузовском курсах.

1. Формирование взгляда на женскую литературу. Критические оценки

Споры об особенностях женской литературы ведутся давно. В XIX веке по этому поводу весьма категорично высказывались писатели и критики. Во многом это связано с психологическим противостоянием, социальными, статусными различиями.

Женщины и Мужчины. Не способные жить друг без друга, они на протяжении всех веков ведут войну. Кто лучше? Создана ли Ева второй, как существо более совершенное? Почему у мужчин больше прав? Наконец, герой романа Чернышевского Что делать? Лопухов заявляет: Мне стоит только сказать вам самое задушевное ваше желание — и вы согласитесь со мною. Это общее желание всех женщин.. Вот оно: ах, как бы мне хотелось быть мужчиною! Я не встречал женщины, у которой бы нельзя было найти эту задушевную тайну[1; 218].

Но так ли это? Действительно ли женщины стремятся быть похожими на мужчин? Или все же женщина всегда хочет оставаться женщиной, иметь право полно раскрыться как Женщина? На эти вопросы наилучшим образом отвечает литература.

В литературной критике второй половины ХХ века повторяются, модифицируются противоречивые суждения о достоинстве, качестве художественных произведений, написанных женщинами, как будто не было в русской литературе феномена Анны Ахматовой, Марины Цветаевой, Анны Барковой, Зинаиды Гиппиус, Ольги Берггольц,

12 стр., 5814 слов

Образ женщины в творчестве бунина. Женские образы в творчестве ...

... первой любовью. Образ женщины в творчестве бунина. Женские образы в творчестве тургенева и бунина Произведения Тургенева и Бунина во многом являются ярким примером чёткого отражения традиций русской литературы. Изображение ... Женские характеры в романах И. С. Тургенева 400 руб. Реферат Женские характеры в романах И. С. Тургенева 280 руб. Контрольная работа Женские характеры в романах И. С. Тургенева ...

В статье Взгляд на женскую прозу исследователь Н. Габриэлян говорит о том, что сама постановка вопроса — женское творчество нередко вызывает возражения. Как со стороны поклонников искусства, так и со стороны определенной части самих писателей (писательниц).

Возражения эти, если говорить вкратце, сводятся к тому, что не существует творчества мужского и женского, а просто есть талантливые и неталантливые произведения. С этой точкой зрения согласны многие критики. Ведь само разделение литературы на мужскую и женскую, в первую очередь, подчеркивает противостояние полов. Является ли оно обязательным? По мнению Вирджинии Вулф, литературное произведение — это творение не пола, а интеллекта: человеческое сознание заключает в себе черты обоих полов и только тогда способно функционировать нормально, когда эти противоположности сосуществуют гармонично.

Однако, несмотря на развитие феминизма и демократии в наше время, полемика о женском литературном творчестве продолжается. Многие великие мужские умы скептически оценивали способность женщины к творчеству[2; 7], — замечает Т. Мелешко и приводит в пример Ницше, утверждающего, что писательница это бабенка-литераторша, неудовлетворенная, беспокойная, с бесплодным сердцем и бесплодным чревом[3; 412]. Но отношение к женщинам этого знаменитого немецкого философа слишком неоднозначно (впрочем, и ко всему человечеству в целом), и ориентироваться на его высказывания было бы неправильно — если бы он один шел к женщине с плетью. Подобно Ницше рассуждал и В.Г.Белинский: Женщина-писательница бездарна, смешна и отвратительна, а талантливая жалка, ибо уму женщины известны только немногие стороны бытия[4].

В более мягкой форме, но те же мысли высказывают и другие великие мужские умы: под сомнение ставится способность женщин наравне с мужчинами создавать духовный продукт высокого эстетического качества. Например, по мнению О.Вейнингера, женщина по своей природе безымянна, она не может быть гениальна, ей чужда творческая независимость. Более того: Существует множество писательниц, но нельзя найти никаких мыслей во всем, что вышло из-под пера женщины[5; 209]. Этой же мысли придерживается Н.Абрамович. В своей книге Женщина и мир мужской культуры, анализируя произведения писательниц, он приходит к выводу, что женское творчество реально отсутствует, его нет как проявления человеческого духа, самобытного внутреннего Я, что в интеллектуальной жизни мира участие женщины ничтожно[6].

10 стр., 4680 слов

По литературе по творчеству А.С. Пушкина ««…Читая его (А.С.Пушкина) ...

... из Пушкина». Все творения гениального поэта полны горячей веры в торжество святых начал жизни, гуманизма, добра, свободы. Значит, как сказал В.Г. Белинский: « Читая его творения, можно превосходным образом воспитать в себе человека, и ...

Таким образом, женщины-писательницы упрекались в неспособности к самостоятельному мышлению, рассматриваемому как необходимое условие творчества. Из этого делался вывод, что женщина-писательница никогда не сможет сказать нового слова в литературе, она будет повторять только уже существующие идеи. Творческая самостоятельность автора-женщины подвергалась сомнению, рядом всегда находился Он, вдохновляющий и помогающий. Интеллектуальной несостоятельности противопоставлялась женская способность писательниц руководствоваться нравственным инстинктом» и интуитивной верой. Поэтому прерогативой женской литературы считали изображение чувств и душевных переживаний, а такая узость темы, по мнению критиков, значительно обедняла содержание.

Н. Габриэлян так описывает сложившуюся ситуацию (и в мире литературы, и в мире вообще): Как коза к колышку, оказалась женщина привязанной к тому, что думает об этом мире мужчина, и вынужденной существовать в той системе координат, которая является калькой с особенностей мужского менталитета[7; 106].

Женщина-автор оказывается на перепутье: либо писать по мужскому стандарту — и быть обвиненной в подражательстве, либо писать так, как того душа требует — но при этом оказаться всего лишь женщиной, которая решила выразить свои чувства на бумаге.

Уже начиная с 30-х годов XIX века, в литературных журналах можно найти немало инструкций, подробно объясняющих, какой надо быть женской литературе, чтобы считаться хорошей девочкой. Критик, описывая женский текст, сравнивает его с каким-то известным ему заранее образцом, на который надлежит равняться женщине-автору, и чаще нормой считается мужское творчество. Подобная оценка приводит к тому, что в критике (естественно, мужской) есть много примеров, когда позитивное отношение к женскому творчеству основывалось на признании мужского стиля, «мужского письма», в том или ином произведении женщин-авторов. Так, например: …мужской силы и правды иногда достигает только поэзия Аделины Адалис, — писал О.Мандельштам [8].

В ходе анализа критических статей, посвященных данной теме, мы пришли к выводу, что разделение литературы по гендерному признаку, действительно, существует. Более того — оно оправдано. Ибо, как говорится в предисловии к сборнику Не помнящие зла: Женская проза есть, поскольку есть мир женщины, отличный от мира мужчины [9].

То же самое мы можем сказать и о женской литературе в целом, и о женской поэзии в частности. Но это не должно становиться поводом для оценки качества художественного творчества, женское или мужское — не критерий, а один из аспектов, определяющих своеобразие содержания произведения и авторскую позицию.

19 стр., 9163 слов

По литературе : «Место Анны Андреевны Ахматовой в русской поэзии»

... поэтов, и это так, несмотря на женственность. Слова ее скупы, сдержанны, целомудренно -строги, и кажется, что они только условные знаки, начертанные при входе в святилище… Строгая поэзия Ахматовой ... идущими от Достоевского двойниками. Ахматова смело цитирует Тютчева, но явно подчёркивает свой образ – образ женщины. Как и образ героя, образ женщины-героини ахматовской лирики не всегда можно свести ...

1.1 Женская поэзия

Слово поэтесса вошло в критический обиход в 20-30-е годы XIX века во время выхода женщин на литературную арену и стало обозначать одновременно и женщину-поэта, и оценку ее творчества как второсортного по отношению к мужскому. До XX века женщина обычно была лишь объектом поэтического высказывания. В двадцатом же веке женщина пришла в поэзию и заговорила своим языком. Можно сказать, что это следствие эмансипации во многих сферах человеческой деятельности: женщина вошла в области творчества и мысли, которые прежде казались чисто мужскими.

Но когда она пришла в поэзию, эта самая поэзия уже существовала сотни лет (русская) и тысячи лет (мировая) и была пропитана традицией. И всю эту поэзию в основном создали мужчины.

Большинство мужчин-критиков, ища причину несостоятельности женской поэзии, говорят, в первую очередь, о каноне. По словам американского литературоведа Мэйера Говарда Абрамса распространенные представления о нормативном каноне великих произведений <…> были сформированы в соответствии с идеологией, политическими интересами и ценностями, провозглашенными элитой и привилегированным классом, к которому принадлежали белые мужчиные-вропейцы, и, как результат, в канон вошли в основном произведения, которые провозглашали расизм, патриархат, империализм и маргинализировали, а то и вовсе исключали интересы <…> этнических меньшинств, женщин, работников, неевропейской цивилизации[10].

Авторитетный поэт и критик Владислав Ходасевич ставит поэтический канон выше чувств, искренности переживаний, честности выражения. В статье Женские стихи он распространяет свою мысль о том, что именно женщинам свойственно более полагаться на личный опыт, нежели на доводы, созданные теорией[11].

Причем, не объясняя, почему теория выше личного опыта. В заключение он подчеркивает: ..самая одаренная из русских поэтесс, Анна Ахматова, создала как бы синтез между «женской» поэзией и поэзией в точном смысле слова. Но этот синтез лишь кажущийся: Ахматова очень умна: сохранив тематику и многие приемы женской поэзии, она коренным образом переработала и то и другое в духе не женской, а общечеловеческой поэтики. Там, где случайно это ей менее удавалось, образовывались у Ахматовой срывы. Этим-то срывам, кстати сказать, чаще всего и подражают ее многочисленные подражательницы.

Наша современница, поэтесса Светлана Сырнева также придерживается того мнения, что мужская поэзия качественно лучше женской: Поэзия, созданная мужчинами за время существования мира, представляется мне духовным полем в десятки раз более могучим по сравнению с тем, что создали женщины. Фактически мировую поэзию сформировали мужчины. <…> Я училась у мужчин-поэтов и глубоко убеждена в том, что поэтессы должны ориентироваться не на Ахматову и Цветаеву (наших великих предшественниц), а на Пушкина и Лермонтова. То, что знали женщины, знаем и мы. Нельзя останавливаться на этом знании. <…> Однако у термина женская поэзия есть ещё один аспект. Дело в том, что женщинам вообще свойственно романтизировать чувства. Даже если эти чувства и эмоции самые рядовые, женщины не хотят признавать своей заурядности: слишком бессмысленной и приземленной стала бы тогда их жизнь.

20 стр., 9504 слов

Жизнь и творчество беллы ахмадулиной

... других известных людях. В 1979 году Ахмадулина вошла в число авторов альманаха «Метрополь». Любовь в творчестве поэтессы О любви Белла Ахмадулина написала немалое количество стихотворений. Романтическое ... «Голос Америки». Белла Ахмадулина принимала участие в некоторых международных фестивалях, в частности в Международном празднике поэзии 1988 году в Куала-Лумпуре. Ахмадулина была среди тех, ...

Множество женщин создают стихи, которые, по сути дела, являются романтизацией их бытовых ощущений. Такая поэзия носит прикладной характер, и к ней нельзя относиться серьёзно. Это нормальное жизнеотправление, никак не влияющее на развитие поэзии вообще. Между тем, настоящие поэтессы не красовались в своих женских чувствах и умели их отфильтровать как сор (Когда б вы знали, из какого сора…)[12].

Сходной мысли придерживается Вера Павлова: «Женская поэзия» — почти жанровое определение, что-то вроде «женского романа». Есть «женская поэзия», и есть поэзия, которая пишется женщинами. Эти области почти не пересекаются. Мне совершенно неинтересна первая и безумно интересна вторая»[13].

Таким образом, по Сырневой и Павловой «женская» поэзия — это поэзия, созданная поэтессами. Различия между женщиной-поэтом и поэтессой лежат в том, что есть призвание, которому отдается вся жизнь, и есть некий род занятий, которые могут доставлять удовольствие, могут быть достойными или ничтожными — в зависимости от человека. Но они не есть единственно возможная сфера его осуществления, поскольку для этого недостает масштабного поэтического дара.

Однако противников такого отношения к «женской» поэзии все больше и больше. В одной из книг, рассуждая о талантах, Анхель де Куатье сказал: Поверь — то, что любой психолог назовет твоим изъяном, я считаю твоим исключительным даром. Просто пойми это. Прими этот дар. Не отказывайся [14].

С этой мыслью сходен взгляд на женскую поэзию французской писательницы Поль Констан: Когда мужчина пишет о мужчинах, он пишет о человечестве в целом; когда женщина пишет о женщинах, она создает женскую литературу[10].

Максимилиан Волошин считал, что женщина сама не способна творить языка и поэтому в те эпохи, когда идёт творчество элементов речи, она безмолвствует. Однако, когда он создан, она может выразить на нём и найти слова для оттенков менее уловимых, чем способен на это мужчина.

10 стр., 4532 слов

По творчеству М. тема любви в лирике М.Цветаевой. Любовь — ...

... в страшной тайне И в бешенстве она нежна Любовная лирика Цветаевой в стихотворении «Быть нежной, бешеной и шумной» показывает жизнелюбие героини и гамму противоречивых эмоций и переполняющих ее чувств. ... она так и не находит ответа. Любовь и смерть низложит Любовная лирика Марины Цветаевой затрагивает и вечную тему борьбы Любви и Смерти. В стихе «Любовь! Любовь!» они ведут сражение в безграничном ...

Действительно, самое интересное в женской литературе — то, что есть только в ней и нигде больше — это образ женщины, увиденный, осмысленный и воссозданный самой женщиной. Мужчина никогда не сможет с точностью повторить женскую лирику в своих стихах, уловить все женские переживания, до конца понять душевные расстройства женщин так, как это может сделать другая женщина.

Конечно, можно выделить общие типологические черты, характерные для любого поэта, неважно — женщины или мужчины. Если судить лишь по ним, в таком случае, рассуждения о различии женщины-поэта и поэтессы верны. Но каждый поэт также обладает рядом уникальных, индивидуальных черт, которые и определяют общий тон его поэзии. Таким образом, однозначное причисление автора к определенной категории не будет полно отражать характер его поэзии, что мы не можем считать верным.

Упомянуть статьи тех, кто занимался творчеством Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной.

2. Тематическая специфика творчества Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной

2.1 Критерии анализа

Изучив литературно-критические материалы, можно гипотетически утверждать, что для «женской» поэзии характерны следующие признаки:

. тематическая специфика (стихи о любви (к мужчине, детям, Богу, природе);

. психологическая специфика (тончайшая детализация и излишняя романтизация);

. качественная специфика (не вполне профессиональное владение техникой стихосложения или нарочитая усложненность/ упрощённость художественных образов).

Выявляя общие типологические черты в поэзии Беллы Ахмадулиной и Вероники Тушновой, попытаемся ответить на вопрос: можно ли, исходя из общности их тем, говорить о принадлежности данных женщин-поэтов к категории «женской» поэзии (если на время анализа принять субъективно-оценочную позицию, определяющую женскую позицию как неполноценную) или же мы можем отнести их к Поэтам с большой буквы.

В ходе анализа мы попытались разделить стихотворения Беллы Ахмадулиной и Вероники Тушновой на несколько тем, заявленных выше — то есть следующие: любовь к мужчине, детям, Богу, природе. Но в результате работы были выявлены новые, поскольку ограниченный нами набор не мог вместить все многообразие тем и мотивов, звучащих в творчестве Ахмадулиной и Тушновой.

Таким образом, сначала мы рассмотрим темы, названные сугубо женскими, определим их специфику, затем проанализируем темы, не вошедшие в этот список.

2.2 Любовь к мужчине

Несомненно, тема любви занимает важное место в творчестве любого поэта, а для женщин-поэтов она особенно дорога.

Эта тема особенно ярко представлена в творчестве Вероники Тушновой.

16 стр., 7725 слов

Тема любви в лирике некрасова 10 класс

... некрасова 10 класс Сочинения по русской литературе, Любовная лирика н. а. некрасова Лирика Н. А. Некрасова во многом автобиографична. В цикле стихотворений, обращенных к А. Я. Панаевой («Поражена потерей невозвратной…», «Я ... развязка в любви неизбежна. В стихотворении «Я не люблю иронии твоей…» герой, еще ... сожаленья И раскаянья позднего слез. Героиня лирики Некрасова — удивительно мудрая женщина, ...

Многим известна грустная история ее безнадежной любви к поэту Александру Яшину — именно ему посвящено большинство стихов Тушновой.

Я желаю тебе добра, Пускай лучше ты не впустишь меня, Было все: и счастье, и печали, Не боюсь, что ты меня оставишь Мне говорят: нету такой любви, Я прощаюсь с тобою, ставшие песнями А знаешь, все еще будет! и Не отрекаются любя.

И в перечисленных стихотворениях, и в других, любовь предстает как смысл жизни и суть всего существования лирической героини. С любовью для нее началась настоящая жизнь, Жизнь — в самом полном смысле, словно до встречи с возлюбленным она и вовсе не жила:

..Я и тебя когда-то не любила.

Где я была?

Кем я была тогда? [15; 290]

спрашивает она в стихотворении Опять утрами — лучезарней иней, а в другом, Небо желтой зарей окрашено, отвечает:

..да еще вот — сердце,

которое

мертвым было бы

без тебя. [15; 260]

И потому каждый миг с любимым столь дорог, что даже сто часов счастья — достаточная цена за все разлуки, за все несбывшиеся обещания, за всю боль. И в этом нет ни грамма пафоса или преувеличения, это не гипербола любви, это подлинные чувства человека, сумевшего оценить самый прекрасный дар — настоящую Любовь, пусть даже столь мучительную.

А у меня есть любимый, любимый,

с повадкой орлиной,

с душой голубиной,

с усмешкою дерзкой,

с улыбкою детской,

на всём белом свете

один-единый.

Он мне и воздух,

он мне и небо,

всё без него бездыханно

и немо…[15; 240]

И потому все ему прощается, даже то, что он может пройти и не посмотреть, не улыбнуться. Героиня не только понимает и прощает своего любимого, но даже готова взять всю вину на себя:

..Пускай лучше ты обманешь меня,

чем я тебе не поверю.

13 стр., 6444 слов

Особенности лирики Беллы Ахмадулиной

... 5. Художественные открытия поэтессы. 6. Значение творчества Беллы Ахмадулиной для русской и мировой литературы и культуры. Стихотворения, посвящённые поэтессе. 2 Белла Ахмадулина родилась 1937 года в Москве. Отец ... Дружбе в равной мере присущи и страсть («Свирепей дружбы в мире нет любви», в сб. «Сны о Грузии», 1977), и горечь («По улице моей который ...

Пускай лучше я в тебе ошибусь,

Чем ты ошибешься во мне.

Пускай лучше я на дне окажусь,

Чем ты по моей вине.[15; 226]

В этих строках звучит мотив жертвенной любви, характерной для лирической героини Вероники Тушновой. Редкие проявления женской гордости неприятны ей, ведь любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится…. Потому иное поведение приводит к страданиям большим, чем те, которые встречает она в смирении:

Я не люблю себя такой,

не нравлюсь я себе, не нравлюсь!

Я потеряла свой покой,

с обидою никак не справлюсь.

Я не плыву — иду ко дну,

на три шага вперед не вижу,

себя виню, тебя кляну,

бунтую, плачу, ненавижу…[15; 314]

Как истинно любящая, лирическая героиня не может допустить, что какие-то ее действия или слова причинят боль возлюбленному. Всю же боль, причиненную им ей — она готова простить в тот же миг, когда он будет с ней:

Осчастливь меня однажды,

Позови с собою в рай,

Исцели меня от жажды,

Подышать немного дай!..

..Сто грехов тебе простится,

Если скажешь:

Приходи! [15; 263]

Но вся жизнь так и проходит. Встречи, разлуки, минутное счастье и бесконечное горе, бесконечное, в первую очередь, от того, что у этого сильного, все поглощающего чувства нет формального права:

Я одна тебя любить умею,

Да на это права не имею…[15; 288]

И над всем этим одна строчка, одно чувство, которое будет поддерживать Веронику Тушнову до конца дней — благодарность за все, что дали ей эти отношения.

Спасибо за то, что живешь на свете,

Хозяин моей судьбы! [15; 308]

Иначе звучит тема любви в стихотворениях Беллы Ахмадулиной.

Ни слова о любви! Но я о ней ни слова,

не водятся давно в гортани соловьи.

Там пламя посреди пустого небосклона,

но даже в ночь луны ни слова о любви! [16; 120]

Несмотря на эти слова, Ахмадулиной так же свойственно придавать любви большое значение, хотя, в отличие от Тушновой, в ее стихах нет прямолинейных восклицаний вроде Я люблю тебя — это значит, я желаю тебе добра[16; 238]. Потому иногда даже сложно определить, что стихотворение о любви. Например, в стихотворении «Так и живем…» мы лишь догадываемся, что обращение к возлюбленному. Оно может быть посвящено другу, брату, любому дорогому человеку.

Так просто станет все и цельно,

когда ты скажешь мне слова

и тяжело и драгоценно

ко мне склонится голова. [16; 89]

Лирической героине Ахмаудлиной свойственны все переживания обычной земной женщины. В знаменитом стихотворении О, мой застенчивый герой она говорит:

Как долго я играла роль,

не опираясь на партнера![16; 44]

Чувство, знакомое многим женщинам — не просто одиночества, но оставленности пред всеми, когда вся ответственность лишь на ее плечах, что сравнивается с театральной игрой. К концу стихотворения лирическая героиня уже не так сильна в своей ироничности, как в начале, теперь она поистине слабая одинокая женщина:

Одна, одна — среди стыда

стою с упавшими плечами.[16; 44]

Рассматривая стихи Тушновой, мы отмечали, что лирическая героиня ее стихов старается боль возлюбленного принять на себя, по-женски заботится о нем. То же мы видим и в стихах Ахмадулиной:

Я, не сумевшая постичь

простого таинства удачи,

беду к нему не допустить

стараюсь так или иначе.

И не на радость же себе,

загородив его плечами,

ему и всей его семье

желаю миновать печали.[16; 103]

Разлука с любимым знаменует крах всего мироздания, как в стихотворении Мы расстаемся:

Природа подвергается разрухе,

отливы превращаются в прибой,

и молкнут звуки — по вине разлуки

меня с тобой. [17; 43]

Но даже апокалиптичные картины, вызванные внутренними страданиями, не ставят героиню на колени пред любовью. Любовь для Ахмадулиной — не смысл существования, как у Тушновой, но нечто естественное, незаметно, бессловесно пронизывающее весь мир, но при этом мир оказывается важнее любви:

Как дней грядущих призрачный историк

смотрю на жизнь, где вместе ты и я,

где сир и дик средь мирозданья столик,

накрытый на краю небытия.[16; 157]

Лирическая героиня Вероники Тушновой оказывается в зависимом отношении от чувства любви, оно управляет действиями, мыслями, заставляет страдать. Для Ахмадулиной же любовь — в какой-то мере материал для стихов, лирические переживания в стихотворении значительнее живого чувства. Может быть, такова природа искусства?

Ей важно, что тоскует звук о звуке.

Что ты о ней — ей это всё равно.

О муке речь. Но в степень этой муки

тебе вовек проникнуть не дано.

Ты мучил женщин, ты был смел и волен,

вчера шутил — уже не помнишь с кем.

Отныне будешь, славный муж и воин,

там, где Лаура, Беатриче, Керн.[16; 133]

Особая книжность и интертекстуальность приведенных строк показывают характерное для творчества Ахмадулиной следование акмеистической традиции.

3 Любовь к своему ребенку, материнство

Веронике Тушновой принадлежит цикл стихотворений о дочери, который так и называется — Стихи о дочери. Самое известное — и самое трогательное — из них — первое:

Душная, безлунная

наступила ночь.

Все о сыне думала,

а сказали: «Дочь».[15; 107]

В самом ритме этого стихотворения столько нежности, в каждом слове — слышится ласковый голос Матери. Но лишь первое стихотворение наполнено безмятежностью, лишь в нем лирическая героиня думает о дочери и только о ней. В других стихотворениях этого цикла соединяются темы войны и материнства — мы видим ребенка на войне, войну — в глазах ребенка, и боль Матери, неспособной защитить свою дочь от этого ужаса:

Понятлива, пытлива и упряма.

На многое ответы ей нужны.

Она меня спросила как-то: «Мама,

а было так, что не было войны?» [15; 112]

Тема материнства и тема детства на войне слиты в творчестве Вероники Тушновой. В стихотворении Кукла автор высказывает страшную мысль, несколько перекликающуюся с размышлением героя романа Достоевского Братья Карамазовы Ивана Карамазова о слезе ребенка. Быть может, взрослые в чем-то и виноваты и потому должны гибнуть на войне, но дети, даже выживая биологически, в душе уже переставали быть детьми — и это самое страшное:

Некуда от странной мысли деться:

это не игрушка, не пустяк,-

это, может быть, обломок детства

на железных скрещенных путях.[15; 118]

Совсем иначе звучит стихотворение Мать, вобравшее в себя несколько тем: материнство, христианская любовь ко всем людям, война. Мать в этом стихотворении, в отличие от перечисленных ранее, упоминается не только биологическая — мать солдата, но и лирическая героиня, которая вряд ли намного старше московского школьника, тоже проявляет себя как Мать — а значит, как Женщина, которой дорог любой, нуждающийся в ее заботе. Сама же лирическая героиня ни в коем случае не ставит себя на один уровень с матерью солдата, она лишь всеми силами старается ему помочь:

За эту ночь уже который раз

я жизнь держу на острие иглы.[15; 131]

Главный же мотив этого стихотворения — родственность всех живущих и оттого всеобщая любовь — прямо высказан в конце, когда героиня в мыслях обращается к матери солдата:

Да и тебе, конечно, невдомек,

что это я заплакала над ним,

над одиноким мальчиком твоим,

когда он уходил.

Что одинок

тогда он не был…

Что твоя тоска

мне больше,

чем кому-нибудь, близка..[15; 133].

Образ лирической героини и образ страдающей солдатской матери объединены общим — вселенским горем любящих женщин, теряющих своих близких на войне.

Рядом с образом матери в стихотворениях Вероники Тушновой стоит и образ отца. Нельзя сказать, что любовь к своему ребенку — это прерогатива женщин.

Мужчина-отец столь же заботлив и так же готов отдать жизнь за свое дитя, а если нужно и за чужое, ведь чужих детей не бывает. В стихотворении Хирург Вероника Тушнова рисует образ такого отца — человека, ставшего родным многим, человека, способного сдержать слезы и продолжать спасать жизни.

И не один, на белый стол ложась,

когда терпеть и покоряться надо,

узнал почти божественную власть

спокойных рук и греющего взгляда. [15; 128]

В творчестве Беллы Ахмадулиной тема материнства ограничивается упоминанием о детях, когда речь заходит о самой поэзии: для Ахмадулиной творение (стихотворный текст) приравнивается к ребенку. Это традиция классической поэзии: произведения — духовные плоды, результат творческой деятельности — детища. В стихотворении Что за мгновенье… Ахмадулина признается, что Родное дитя дальше от сердца, чем этот обычай (под обычаем подразумевается творчество), и далее:

Что же, не хуже других матерей

я — погубившая детище речи.[16; 115]

Но Ахмадулина не считает подобное отношение приемлемым для всех, в стихотворении «Завидна мне…» она, называет себя белой вороной, и просит у неких высших сил:

Храни меня, прищур неумолимый,

в сохранности от всех благополучий,

но обойди твоей опекой жгучей

двух девочек, замаранных малиной.[17; 191 ]

Тем самым давая понять, что, истинная женщина-поэт — уже не женщина:

Завидна мне извечная привычка

быть женщиной и мужнею женою,

но уж таков присмотр небес за мною,

что ничего из этого не вышло.[17; 191]

Лирическая героиня Беллы Ахмадулиной подчеркивает, что ее творчество — в первую очередь, исполнение воли провидения. Здесь опять учитывается ахматовский опыт. Лирических героинь Ахмадулиной и Ахматовой сближает некое жертвоприношение: ради творчества они готовы отказаться от всего земного. Образ дочери в Сероглазом короле и образа сына в Реквиеме тому подтверждение. Ребенок, являясь продолжением любимого мужчины, навсегда потерянного, хоть и дорог, но — не дороже творчества. От данного свыше дара нельзя отказаться, потому на долю лирической героини выпадает множество страданий, позволяющих ей творить. Подобная мысль звучит и у Вероники Тушновой в стихотворении Счастливо и необъяснимо. Настоящий поэт может быть лишен простого земного счастья, но находить бесконечную радость в том, что может стихами передать свою боль:

Все, что стихами, — только правда,

стихи как ветер, как прибой,

стихи — высокая награда

за все, что отнято тобой!

Таким образом, тема поэта и поэзии занимает огромное место в творчестве Бэллы Ахмадулиной и будет рассмотрена чуть позже.

4 Любовь к Богу

На наш взгляд, ни у Вероники Тушновой, ни у Беллы Ахмадулиной религиозная тема не является сквозной или доминирующей, не получает полного раскрытия, более того — в некоторых стихотворениях Ахмадулиной звучит весьма неоднозначно. Для нее характерен не только мотив веры, но и безверия.

Если стихи Тушновой проникнуты любовью ко всему живому, а значит, за ней можно увидеть и любовь к Творцу, хотя бы на уровне пантеизма, то Ахмадулиной свойственен некий спор с Богом, горькая ирония, за которой все же чувствуется желание быть защищенной высшей силой:

Была так неизбежна благодать

и так близка большая ласка бога,

что прядь со лба — чтоб легче целовать —

я убирала и спала глубоко.[16; 59]

Одно из самых ярких стихотворений религиозной тематики у Ахмадулиной — Бог. Его последние строки подводят итог: если за добро Творец не отвечает добром, значит, его нет:

и бог над девочкой смеялся,

и вовсе не было его.[17; 25]

И снова то же повторяется в стихотворении Что за мгновенье…:

…Эй, в небесах! Как ты любишь меня!..

[…]

..Так говорю я и знаю, что лгу.

Необитаема высь надо мною..[18; 115]

Лирическая героиня, теряя контроль за своими мыслями, вновь нечаянно обращается к Творцу — но останавливает себя словами, в которые словно бы и сама не верит: мысль о том, что высь необитаема злит ее, подтверждает бессмысленность существования в таком случае — и бессмысленность творчества:

…Бессмысленный круг

букв нерожденных приемлет бумага.

Властвуй, исчадие крови моей! [16; 115]

Религиозный поиск — одна из самых сложных тем. У Ахмадулиной она проходит свою эволюцию. Сильно влияние Бориса Пастернака, стихотворение которого В больнице завершается прямым обращением ко Всевышнему (о, Господи, как совершенны дела твои…[18; 422]).

Это пастернаковское христианское чувство и понимание высшей целесообразности всего происходящего органично выражено и в стихотворении Беллы Ахмадулиной Елка в больничном коридоре:

Мне пеняли давно, что мои сочиненья пусты.

Сочинитель пустот, в коридоре смотрю на сограждан.

Матерь Божия! Смилуйся! Сына о том же проси.

В День Рожденья Его дай молиться и плакать о каждом![16; 277]

Лирическая героиня становится земной женщиной, молящейся за всех, готовой отречься от написанного (самоуничижение — сочинитель пустой, преодоление гордыни Поэта).

По-своему раскрывается тема/мотив Рождества, художественно неповторим образ ели — символ добровольной жертвы, онтологического единства жизни и смерти.

Как говорилось выше, у Вероники Тушновой мы не смогли найти стихотворений, имеющих прямое обращение к Богу. Если судить по конкретным строкам, то рай для лирической героини Тушновой находится на земле, и люди на ней — боги:

..и то, что лес мы ощущаем храмом,

и то, что боги в храме этом мы!..[15; 247]

Та же мысль звучит в стихотворении Осчастливь меня однажды. Счастливая жизнь на земле по праву может быть названа раем:

Осчастливь меня однажды,

позови с собою в рай,

исцели меня от жажды,

подышать немного дай!

Он ведь не за облаками,

не за тридевять земель,-

там снежок висит клоками,

спит апрельская метель.[15; 263 ]

2.5 Тема природы

Картины природы в стихотворениях редко можно назвать пейзажем, чаще через состояние природы выражается внутренний настрой лирической героини. Так, в стихотворении Опять в природе Беллы Ахмадулиной все перечисленное: фигура белого гриба, сад, умирающий от жара лампы мотылек — все приводит к одной мысли, высказанной в финале стихотворения:

Ах, Господи, как в это лето

покой в душе моей велик.

Так радуге избыток цвета

желать иного не велит.[16; 182]

У Тушновой природа так же является своеобразным переводчиком:

Как мне по сердцу вьюги такие,

посвист в поле, гуденье в трубе…[15; 323]

Благодаря приему психологического параллелизма (перекличка вьюги в душе и беснующегося мартовского снега за окном) двух строк достаточно, чтобы понять душевный настрой лирической героини.

Также природа может являться полноценным символом — жизни или смерти — в зависимости от времени года. В стихотворении Морозный лес. В парадном одеянье… Вероника Тушнова называет красоту зимнего леса безжизненной, но считает ее невечной:

Когда январским лесом прохожу я

и он молчит,

в стоцветных блестках сплошь,

одно я повторяю, торжествуя:

«А все-таки ты скоро оживешь!» [15; 217]

Зима — образ-архетип. В русском сознании зима ассоциируется со смертью. Вероника Тушнова следует культурно-поэтической традиции и в то же время придает образу особый блеск, яркость, жизнеутверждаемость. Строкой в стоцветных блестках она дает понять, что зима не так страшна в своих безмолвии и безжизненности, она — как сон, как возможность для природы набраться сил.

Многие стихотворения Ахмадулиной так же посвящены описанию времен года и конкретных месяцев: Август, Апрель, Сентябрь, Ноябрь, Осень, Зима, Метель, Пейзаж. Но природа в них — лишь фон, соответствующий событиям или чувствам. Философский мотив смены времен года так же характерен для творчества Беллы Ахмадулиной. Кардинальные перемены в природе соответствуют внутренним переменам в человеке.

Все глубже осень, и душа

все опытнее и округлей.[16; 54]

— говорит лирическая героиня в стихотворении Осень, объединяя духовное развитие природы и души.

6 Любовь к Родине

Любовь к природе часто оказывается выражением любви ко всей стране, к своей земле, давшей такую красоту. В стихотворении Черный ручей

Ахмадулина говорит о ручейке:

Может, он потому мне до боли дорог,

Что в нем отразился лопух в пыли,

Прямая береза, желтый пригорок —

Родные приметы моей земли.[16; 154]

В творчестве Вероники Тушновой почти нет собственно патриотических стихов — то есть стихов публицистического характера (воспевающих Родину).

Она сама в стихотворении Пусть мне оправдываться нечем…объясняет это так:

О сердце, склонное к порывам,

пусть будет мужеством твоим

в поступках быть красноречивым,

а в обожании — немым.

И что бы мне ни возразили,

я снова это повторю.

… Прости меня,

моя Россия,

что о любви

не говорю.[19;129]

Но в стихотворении Вот говорят: Россия… немого обожания оказывается недостаточно. Ведь настоящая любовь — это не одно молчание, но и забота, которая выражается не только в действиях, но и в словах. В стихотворении образ Родины приравнивается к образу родной матери, полностью одушевляется: натруженные руки, горькие слезы. Это тоже продолжение традиции русской поэзии, берущей начало в устном народном творчестве (от Некрасова до Исаквовского и Высоцкого).

Как спасенье свое держу их,

волнения не осиля.

Добрые твои руки,

прекрасные твои руки,

матерь моя, Россия![19; 339]

Стихи о России — это часто стихи и о войне. Очевидно, стихотворения о войне выражают скрытую теплоту патриотизма. Тема войны более свойственна Тушновой, нежели Ахмадулиной: Хирург, Кукла, Мать, Ночная тревога, Салют, Птица, Городок и многие другие стихи повествуют о жизни на войне — и о смерти, о детстве, которого не было, но главное — о победе.

И вот — весна.

И вот — начало мая.

И вот — конец![15; 146]

Однако, даже закончившись, война продолжает жить в душах людей, боль от потери родных никуда не уходит — как будто человечье горе осталось плакать над рекой, все напоминает о ней:

В лесу торжественно и тихо…

Но я не слышу тишины,-

еще не умер отзвук дикой,

железной музыки войны.

И с молодой березкой рядом,

ее шуршанием одет,

стоит расщепленный снарядом

сосны обугленный скелет.[15; 150]

Страшная картина — жизнь и смерть рядом. Но даже если сердце сделалось другим и, вернувшись в родной город, тяжело улыбаться — война закончилась. Вновь будут отстроены дома, и другой — теплый, живой дымок поднимется над ними. Ведь жизнь благословенна, как бы она сурова ни была:

Милый город, подожди немного, —

я смеяться снова научусь.[15; 154]

Особо значимый мотив в творчестве Вероники Тушновой — возвращение в родной дом. Образ дома в славянской традиции связан с образом гнезда, малой родины. У Тушновой эти традиционные образы и мотивы в чем-то перекликаются со стихотворениями Николая Рубцова (Видения на холме, Ночь на Родине, Далекое, Русский огонек, Тихая моя родина).

Для Ахмадулиной тема войны не была столь актуальна, как для Тушновой, потому мы можем отметить лишь стихотворение Победа, в котором очевиден автобиографичный, лирический мотив печальной памяти.

Есть взгляд такой, такая тень чела —

чем дальше смотришь, тем зрачок влажнее.

То память о войне, величина

раздумья и догадка — неужели

я видела тот май, что превзошел

иные маи и доныне прочен?[17; 199]

7 Любовь ко всему живому

Еще один аспект темы любви, характерный для женского творчества — любовь ко всем людям , истинно женское сочувствие и соучастие.

Многие стихотворения Вероники Тушновой наполнены этой любовью ко всему окружающему — и ко всем. Это и уже названное не раз стихотворение Мать, в котором лирическая героиня пытается спасти раненного солдата, чувствуя его боль так, будто он ей родной человек:

Вот он лежит: не мальчик, а солдат,

какие тени темные у скул,

как будто умер он, а не уснул,

московский школьник… раненый солдат.

Он жить не будет.

Так сказал хирург.

Но нам нельзя не верить в чудеса,

и я отогреваю пальцы рук…

Минута… десять… двадцать… полчаса…[15; 131]

Лирическая героиня воплощает понимание и принятие людей такими, какие они есть, и отсюда — прощение в стихотворении Людские души — души разные.

Для Вероники Тушновой совершенно естественна эта забота о тех, кто рядом. Быть может, потому и другие отвечают ей тем же:

Почти незнакомые люди,

пришли мы друг к другу на помощь,

и каждый старался соседа

утешить, что, мол, не беда… [19; 113]

Лирической героине Ахмадулиной не свойственно подобное отношение к жизни. Если поэзия Тушновой и вся ее деятельность направлены на людей — даже на человечество, то Ахмадулина ограничивается своим внутренним миром и близким кругом друзей, она интравертна, как роза, по образному определению И.Бродского.

Однако это не значит, что лирическая героиня Ахмадулиной абсолютно закрыта от мира. Ей так же свойственно радоваться чужой радости и переживать чужую боль. Вслед за многими она повторяет простую истину — что любовь спасет мир:

Я знаю истину простую:

любить — вот верный путь к тому,

чтоб человечество вплотную

приблизить к сердцу и уму.

Всегда быть не хитрей, чем дети,

не злей, чем дерево в саду,

благословляя жизнь на свете

заботливей, чем жизнь свою.

В стихотворении Елка в больничном коридоре она, не являясь полностью верующим человеком, все же просит у Девы Марии:

Матерь Божия! Смилуйся! Сына о том же проси.

В день рожденья Его дай молиться и плакать о каждом!

2.8 Общечеловеческие темы, Тема дружбы

Даже мужчина и женщина у Ахмадулиной связаны не любовными узами, а, прежде всего, дружескими, что можно выделить как одну из особенностей ее стиля. Не поединок роковой прежде всего связывает в ее мире мужчину и женщину, но простые дружеские чувства, возведенные поэтом в ранг самых таинственных и сильных.[20; 39]

Культ дружбы, ревностно утверждаемый Ахмадулиной, действительно давал прибежище от дикого мира, открыто поощряющего предательства. А одновременно — и защиту от метафизической стужи, то, чего не только не давала, но даже и не сулила (по крайней мере, в ранней ахмадулинской лирике) любовь[20;40]:

В час осени крайний — огонь погасить

и вдруг, засыпая, воспрянуть догадкой,

что некогда звали тебя погостить

в дому у художника, там, за Таганкой.

И вот, аспирином задобрив недуг,

напялив калоши, — скорее, скорее

туда, где, румяные щеки надув,

художник умеет играть на свирели.

О милое зрелище этих затей!

Средь кистей, торчащих из банок и ведер,

играет свирель и двух малых детей

печальный топочет вокруг хороводик.[21; 44]

Только здесь и отступает от ахмадулинской героини вечное чувство сиротства, душа наполняется весельем и удалью, бесстрашием перед судьбой:

Давайте, давайте кружиться всегда,

и все, что случится, — еще не беда,

ах, господи боже мой, вот вечеринка,

проносится около уха звезда,

под веко летит золотая соринка…

Проносимся! И посреди тишины

целуется красное с желтым и синим,

и все одиночества душ сплочены

в созвездье одно притяжением сильным.[21; 44]

Ахмадулина до исключительной многоорудности разработала поэтику дружбы, причем дружбы счастливой. Разработала поэтику ее клятв и заповедей, ее вещих снов, ее встреч и разлук. Лихо совершая при этом языковую экспансию, исподволь приспосабливая для собственных нужд традиционный любовный словарь]:

Я подумала — скоро конец февралю —

и сказала вошедшему: «Радость! Люблю!

Хорошо, что меж нами не быть расставаньям!»- [16; 63]

как по волшебству теряющий в ее устах малейшую двусмысленность, кротко выражающий новый пафос.[20; 41]

Дружество — основополагающая ценность мира Ахмадулиной. Воспевая чистоту дружеских помыслов, Ахмадулина не лишает эту тему драматических обертонов: дружество не спасает от одиночества, неполноты понимания, от обоюдной безысходности.

Тема дружбы звучит в стихотворениях По улице моей который год, Сон, Мои товарищи, Зимняя замкнутость, Наскучило уже, да и некстати, Ремесло наши души свело, Два гепарда.

Пушкинская тема, традиция по-своему воплощается в многочисленных стихотворениях Беллы Ахмадулиной о поэте и поэзии.

Попытка понять чудо акта творения, объяснить свой и чужой дар встречается во многих ее стихотворениях. Перечислим лишь некоторые из них. Это: Новая тетрадь, Ночь, Ночь перед выступлением, Пришла. Стоит…, Так, значит, как вы делаете, други?, Что за мгновенье…, Теперь о тех…

В стихотворении Новая тетрадь акт творения сравнивается со святостью, со светом, с истиной, с чистотой:

Смущаюсь и робею пред листом

бумаги чистой.

Так стоит паломник

у входа в храм.

Пред девичьим лицом

так опытный потупится поклонник.[17; 15]

Но сразу идет противопоставление. Свыкнувшись с чистотой и ясностью новой тетради, лирическая героиня понимает, что не будет и далее в благоговении стоять перед белым листом, но будет использовать его так, как считает нужным:

Как будто школьник, новую тетрадь

я озираю алчно и любовно,

чтобы потом пером ее терзать,

марая ради замысла любого.[17; 15]

Так же творчество сравнивается с лесом — с миром неведомым, таинственным, неподвластным пишущему. Попав туда — пропадаешь. И это он зовет тебя, а не ты управляешь им:

Так в глубь тетради, словно в глубь лесов,

я безрассудно и навечно кану,

одна среди сияющих листов

неся свою ликующую кару. [17; 16]

Мотив святости творчества повторяется и в других стихотворениях Ахмадулиной. Чтобы творить — нужно иметь на это право, чувствовать себя достойным прикоснуться к чистому листу:

Как непреклонно честный разум мой

стыдится своего несовершенства,

не допускает руку до блаженства

затеять ямб в беспечности былой!

[…]

Не дай мне бог бесстыдства пред листом

бумаги, беззащитной предо мною..[16; 67]

Говорят, бумага все стерпит. Но Ахмадулина считает невозможной, кощунственной — хоть каплю лжи в своих стихах, в своем голосе. Писать — это втайне молиться о ком-то[16; 124]. В молитве не может быть лжи. Каждое слово идет от души, каждое слово за долю секунду выверено — а можно ли его использовать, а будет ли это правдой? Быть может, потому так часто мы встречаем в стихотворениях Беллы Ахмадулиной неточные рифмы: когда невозможно подобрать правдивое созвучное слово, лучше написать не в рифму, но честно. Благодаря такому трепетному отношению к творчеству, по мнению Ахмадулиной, ей и дан этот дар:

О, только за то, что душа не лукава

и бодрствует, благословляя и мучась,

не выбирая, где милость, где кара,

на время мне посланы жизнь и живучесть.[16; 124]

Словно ее отправили в этот мир, чтобы СКАЗАТЬ. Она посланник. Поэт не обременен своей судьбой.

Рассуждения, сходные тютчевскому Мысль изреченная — есть ложь, часто встречаются в стихотворениях Ахмадулиной:

О нет, во мне — то всхлип, то хрип, и снова

насущный шум, занявший место слова

там, в легких, где теснятся дым и тень,

и шее не хватает мощи бычьей,

чтобы дыханья суетный обычай

вершить было не трудно и не лень.[17; 63]

Те же мысли звучат и у Вероники Тушновой в стихотворении У каждого есть в жизни хоть одно…. Сравнивая слова с бабочками, она приходит к мысли, что полно передать свои чувства невозможно:

И с каждым разом убеждаюсь снова

я в тщетности стремленья своего —

с пыльцою стертой, тускло и мертво

лежит в ладонях радужное слово.[19; 23]

В последних двух строчках — гениальный оксюморон, выражающий тайну творческого преображения живого объекта в слово.

Но есть ли тогда смысл в поэзии, если человеку не всегда дано высказать свои мысли верно, есть ли вообще смысл в любом сказанном слове, если оно покажется ложью?

Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?[22; 197]

вечная мука всех поэтов, и мужчин, и женщин.

В стихотворении Мне вспоминать сподручней, чем иметь Белла Ахмадулина утверждает, что неспроста нам дан этот дар — дар речи обыденной и дар речи поэтической. За музыкальными переливами стихотворения может быть скрыто намного больше, чем в простых словах. Поэзия — может стать ключом к разгадке тайн мироздания:

Не в этом ли разгадка ремесла,

чьи правила: смертельный страх и доблесть, —

блеск бытия изжить, спалить дотла

и выгадать его бессмертный отблеск?[16; 94]

В другом образном выражении здесь дана та же мысль о философии творчества, что и в стихотворении Вероники Тушновой У каждого есть в жизни хоть одно….

Нельзя не вспомнить стихотворение Ивана Алексеевича Бунина Слово:

Молчат гробницы, мумии и кости,-

Лишь слову жизнь дана:

Из древней тьмы, на мировом погосте,

Звучат лишь Письмена.

И нет у нас иного достоянья!

Умейте же беречь

Хоть в меру сил, в дни злобы и страданья,

Наш дар бессмертный — речь.[23; 71]

Словно ответом на него звучат строки Тушновой из стихотворения Человек живет совсем немного…. Жизнь человеческая коротка, так же, как и жизнь других существ, одни сменяются другими, цветут цветы — и увядают, но

В мертвых книгах

крохотные знаки

собраны в бессмертные слова.[15; 341]

Ахмадулина так же рассуждает и о том, как становятся — и остаются — поэтами:

Все чудно в ней: и доблесть худобы,

и рыцарский какой-то блеск во взгляде,

и смуглый лоб… Я знаю эти лбы:

ночь напролет при лампе и тетради.

Так и сказала:- Мне осьмнадцать лет.

Меня никто не понимает в доме.

И пусть! И пусть! Я знаю, что поэт!-

И плачет, не убрав лицо в ладони.[16; 140]

Юные девушки-поэтессы — особый класс. Они живут в мире поэзии, в мире высоких чувств, и неважно, насколько эти чувства соответствуют реальности — они способны создать свою личную сказку и поверить в нее:

А та, что спит, смыкая пуще веки,-

что ей твой ад, когда она в раю?

Летит, минуя там, в надзвездном верхе,

твой труд, твой долг, твой грех, твою семью.[16; 133]

Для юных поэтесс лишь ценны чувства — в них самих, ценно слово на бумаге, до такой степени, что свои страдания они принимают с радостью — ведь из боли может получиться прекрасное стихотворение:

Муж несравненный! Удели ей ада.

Терзай, покинь, всю жизнь себя кори.

Ах, как ты глуп! Ей лишь того и надо:

дай ей страдать — и хлебом не корми!

[…]

Ей важно, что тоскует звук о звуке.

Что ты о ней — ей это всё равно.

О муке речь. Но в степень этой муки

тебе вовек проникнуть не дано.[16; 134]

Та же мысль звучит в стихотворении Ахмадулиной Однажды, покачнувшись на краю — уже от первого лица:

Но с той поры я мукою земною

зову лишь то, что не воспето мною,

все прочее — блаженством я зову.[16; 112]

К теме детства и связанной с ней теме дорогого прошлого часто обращается Вероника Тушнова.

Голуби, Стихи о гудке, Старый дом, У каждого есть в жизни хоть одно, Прощанье.

В этих стихотворениях, в первую очередь, звучит мысль о невозвратимости детских лет, об их исключительной ценности для каждого человека. Детство — то особое время, в которое так хочется вернуться, ведь именно тогда счастьем было настоящее счастье — счастье жить.

Лирическая героиня стихотворения Стихи о гудке подчеркивает, что мы дорожим пустяками, запомнившимися с детства. Все, что напоминает о счастливых годах, кажется, приближает тебя к ним. Но это иллюзия. Как бы человек ни стремился вернуться в прошлое — можно в те же вернуться места, но вернуться назад невозможно:

Мой давний город, город детства

в огнях простерт на берегу.

Он виден мне, а вот вглядеться

в себя, былую, не могу. [19; 38]

Эта невозможность снова стать прежней, беззаботной и счастливой, вернуть дорогих людей и всю ту жизнь причиняет лирической героине сильные страдания. В стихотворении Наследство она просит то единственное, что уцелело от прошлого — стены дома, запах леса — помочь ей вернуться, но сама чувствует себя дочерью незаконной в родном доме:

Никак я с мыслью не свыкнусь,

что поздно все это, поздно…[15; 298]

Однако Вероника Тушнова и в раскрытии такой грустной темы находит позитивные моменты. Жизнь идет своим чередом: если что-то уходит — значит, оно должно было уйти. Лирическая героиня благодарна уже тому, что беззаботная радость детства была в ее жизни:

Все, что тогда любила, —

выцвело, отошло.

Помнится только — было.

Ну, было — и хорошо! [19; 36]

Для каждого периода нашей жизни припасено свое счастье. Память позволяет возвращаться в самые дорогие моменты прошлого и переживать их заново. Но, главное, что и в будущем ждет то, что через много-много лет мы будем вспоминаться с такой же теплотой, как сейчас детские годы:

И нет сожаленья о прошлом во мне,

в неверности этой не каюсь…

Что делать — живу я

в сегодняшнем дне

и в завтрашнем жить

собираюсь![19; 15]

Тема прошлого часто звучит и в поэзии Ахмадулиной. Отличительная особенность ее стихов — это уже называемая нами привычка к анализу своих чувств. Даже переживая, даже находясь под властью эмоций, лирическая героиня отмечает, что этот день ей будет вспоминаться:

Потом я вспомню, что казался мне

труд ожиданья целью бытия,

но и тогда соотносила я

насущность чудной нежности — с тоской

грядущею… А дом на Поварской —

с немыслимым и неизбежным днем,

когда я буду вспоминать о нем… [16; 215]

В стихотворении Я знаю, все будет: архивы, таблицы… она идет дальше, предсказывая свое далекое будущее:

Я знаю, все будет: архивы, таблицы…

Жила-была Белла… Потом умерла…[16; 374]

Возможно, причина такого несколько отрешенного отношения к жизни — словно героиня смотрит на все происходящее откуда-то сверху — в том, что она знает: есть в этом мире великое, и это великое вечно:

Любо мне возвратиться сюда

и отпраздновать нежно и скорбно

дивный миг, когда живы мы оба:

я — на время, а лес — навсегда.[16; 308]

Вероника Тушнова обращает внимание и на такую достаточно деликатную тему, как молодость и старость . Раскрывается она весьма необычно — лирическая героиня Тушновой вовсе отрицает такие понятия, как молодость и старость:

А я бы делила жизнь

по-другому:

я на две бы части ее делила,

на то, что будет,

и то, что было.[15; 182]

И это неудивительно. Говорят, что жизнь — это не те моменты, которые прошли, а те, которые запомнились. Сходная мысль звучит и в стихотворении Вероники Тушновой Молодость… Старость…:

Знаете сами —

лет пять или десять

минуте случается перевесить.[15; 182]

Потому лишь один вопрос волнует лирическую героиню: неважно, сколько лет отпущено тебе, важно, сколько радостей, сколько добра ждет в оставшиеся годы:

Да и что считать без толку,

лишним годом дорожить?

Ну недолго,

так недолго,

только б счастливо прожить.[15; 259]

В стихотворении Мы шли пустынной улицей Вероника Тушнова приводит читателя к мысли, что старости-то нет, и очень сожалеет о молодых, которым это пока не понятно.

Лирическая героиня стихотворения Я пенять на судьбу не вправе продолжает эту мысль, добавляя, что вторая молодость вдвойне лучше первой, ведь кроме романтизма и силы юности она обладает мудростью зрелости:

Я горжусь и любуюсь ею —

этой молодостью моей.

Та подарком была, не боле,

та у всех молодых была.

Эту я по собственной воле,

силой собственной добыла.[15; 244]

Традиционно понимание жизни и смерти в стихах поэтесс. И у Ахмадулиной, и у Тушновой они звучат вне религиозного контекста.

Как говорилось выше, Вероника Тушнова согласна с мыслью, что человек может обессмертить себя через книги, речь, литературное творчество. Сходно отношение к бессмертию Беллы Ахмадулиной. В стихотворении Ночь перед выступлением есть такие строки:

Я призрак двусмысленный и неказистый

поэтов, чья жизнь не затеется снова.[16; 124]

Так же мы только обозначим философские темы и мотивы, которые раскрываются в творчестве Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной. Это: время, искусство, смысл жизни, правда и ложь, образ Женщины, жизнь с чистого листа, мечта, отсылка к великим поэтам и т.д.

2.9 Традиции, преемственность, взаимосвязи

Вероника Тушнова и Белла Ахмадулина приходят в литературу вслед за Анной Ахматовой и Мариной Цветаевой.

Ахматова и Цветаева практически с момента своего появления на литературном поприще становятся эталонами для всех будущих поэтов: их манера писать, разрабатываемые темы, индивидуальные приемы и особенности становятся предметом вольного или невольного подражания.

Ахматова считала пригодным для художественного изображения буквально все, что составляет жизнь и повседневно окружает человека. Ее главным достижением и ее индивидуальным художественным открытием была, прежде всего, любовная и патриотическая лирика. Все изображалось ею с величайшей психологической глубиной и точностью. Характерной особенностью лирики Ахматовой является удивительное по своей неожиданной естественности совмещение в ней двух поэтических масштабов: это, с одной стороны, обостренное внимание к мельчайшим проявлениям повседневной жизни, красочные мелочи, выразительные детали, штрихи, звучащие подробности, а с другой — огромное небо над головой, ощущение вечности.

Так же и Ахмадулина, изображая повседневные, бытовые вещи, переносит их на уровень бытия, тем самым утверждая, что не существует предметов, недостойных для воспевания, в любом можно увидеть иной, высший смысл. Так в стихотворении Вступление в простуду Белла Ахмадулина приходит к мысли, что человек, заболевая, переходит на другой уровень восприятия мира:

Прост путь к свободе, к ясности ума —

достаточно, чтобы озябли ноги.[16; 128]

Для лирики Вероники Тушновой так же свойственно поэтическое изображение повседневности. Более подробно на этой черте поэзии мы остановимся в параграфе Психологическая специфика.

В поэзии Беллы Ахмадулиной часто встречаются обращения к поэтам прошлого, в первую очередь, к Ахматовой и Цветаевой. Причину такой привязанности сама Ахмадулина находит в том, что она является не только продолжателем традиций великих поэтов:

И все же для вас я удобство обмана.

Я знак, я намек на былое, на Сороть,

как будто сохранны Марина и Анна

и нерасторжимы словесность и совесть.[16; 124]

но даже может быть названа их новым воплощением в этой жизни:

Я призрак двусмысленный и неказистый

поэтов, чья жизнь не затеется снова.[16; 124]

Среди характерных черт лирики Ахматовой и Цветаевой мы можем отметить гражданские мотивы и их значимость для поэтов: в отдельные периоды, когда это связано с обострением социальных конфликтов, они преобладают в творчестве и занимают не меньшее место, чем лирические. Гражданственность выражает себя в оппозиции насилию — войне, массовому террору, наступлению фашизма на Западе.

Как мы уже убедились, гражданские мотивы — проанализированные нами темы Родины, войны — занимают большое место в лирике Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной. Особенно ярко проявляется антивоенная тематика в стихотворениях Вероники Тушновой.

В противопоставлении бытия и быта, как уже было сказано, поэты непререкаемо утверждают бытие — и в творчестве, и в реальной жизни.

Так же при анализе мы отмечали множество тем и мотивов в творчестве Ахмадулиной и Тушновой, сходных с ранее освещенными такими признанными поэтами как Иван Бунин, Николай Некрасов, Федор Тютчев, Николай Рубцов, Владимир Высоцкий, Борис Пастернак и др.

Не только тематика стихотворений Тушновой и Ахмадулиной во многом созвучна между собой, но и ракурс раскрытия тем часто совпадает.

Все это позволяет отметить особенности, с точки зрения некоторых критиков, нехарактерные для женской поэзии, а именно способности к самостоятельному творчеству, следование канону и поэтическим традициям, новый взгляд на старые темы.

3. Психологическая специфика

В ходе анализа мы делаем основной упор на тематическую специфику, поскольку именно ее можно считать критерием для разделения поэзии по гендерному призаку. Психологическая специфика напрямую связана с тематической. Под психологической спецификой мы подразумеваем излишнюю романтизацию и тончайшую детализацию.

Действительно, женщин-поэтов часто обвиняют в романтизации быта и излишнем внимании к деталям. Но весьма спорно эти недостатки относить к женской поэзии — мужская поэзия так же поэтизирует быт. Борис Пастернак в стихотворении Август из цикла стихотворений Юрия Живаго очень поэтично описывает солнечный луч, коснувшийся привычных предметов и придавший им особую прелесть:

Как обещало, не обманывая,

Проникло солнце утром рано

Косою полосой шафрановою

От занавеси до дивана.

Оно покрыло жаркой охрою

Соседний лес, дома поселка,

Мою постель, подушку мокрую

И край стены за книжной полкой.[18; 430]

Мужчины-поэты уделяют столь же большое внимание деталям, когда это необходимо, например, для раскрытия образа. Так в стихотворении Как показать лето Юрий Левитанский акцентирует внимание именно на деталях, которые и создают лето. Нам не нужно читать название стихотворения, чтобы по первым же строкам понять, о чем речь:

Фонтан в пустынном сквере будет сух,

и будет виться тополлиный пух,

а пыльный тополь будет неподвижен.

И будет на углу продажа вишен,

торговля квасом

и размен монет.[24; 211]

Таким образом, романтизация — естественное свойство поэзии, без нее поэзии просто нет.

Романтизация быта у Вероники Тушновой вызвана поэтичностью души, таким взглядом на мир, при котором иное восприятие просто невозможно.

..и, полусонная еще,

щекою чувствую горячей

твое холодное плечо..[19; 221]

Нет в нашем мире большого и маленького, высокого и низкого, и потому трепетное отношение к любой детали способно объяснить мироздание. Так же часто акцент на чем-то конкретном и обыденном оказывается памятью, той самой памятью сердца.

Я в снегу подтаявшем,

около ствола,

гладенькую, мокрую

шишку подняла.

А теперь в кармане

я ее ношу,

выну, полюбуюсь,

лесом подышу.[19; 224]

Говорить об излишней романтизации и детализации — значит, отказывать поэту в таланте. Ведь у настоящего художника каждая деталь важна, каждое слово значимо и стоит на своем месте.

Разве можно знать заранее,

что полюбится тебе,

память сердца, память сердца,

в человеческой судьбе?

Может, в городе — крылечко,

может, речка, может, снег,

может, малое словечко,

а в словечке — человек! [19; 41]

Так же и в лирике Беллы Ахмадулиной поэтизация и детализация являются неотъемлемой частью поэзии.

Заключение

Изучив исследования и критические статьи Т.Мелешко, Н.Габриэлян, В.Ходасевича, С.Сырневой, М.Волошина и других, мы пришли к выводу, что формирование взгляда на женское творчество шло уже на протяжении XIX-XX веков. Женская поэзия выделялась многими критиками как явление второсортное и часто не имеющее права на существование. Аргументами служили такие заявления, как женщина не создает ничего нового литературе, описывает лишь свои чувства, а это никому неинтересно. Однако были те, кто не соглашался с подобным мнением, считая, что именно эта нацеленность на женские чувства, женский мир и является прекрасной особенностью женской литературы, на которую стоит обратить внимание.

Принятое в литературе понятие женская поэзия удивительным образом приклеивает к произведениям, написанным женщинами, ярлык бездарности или недалекости. Мир женщины, по мнению многих критиков, ограничивается взрывной эмоциональностью, о которой представительницы прекрасного пола спешат поведать всем.

Споры о правомерности и целесообразности выделения данного понятия ведутся до сих пор: так для знаменитой поэтессы Веры Павловой женской поэзии не существует — есть стихи талантливые и неталантливые, но те, которые пишутся женщинами, более интересны, именно по той причине, что поэзия, сотворенная женщинами, воссоздает образ Женщины глазами Женщины.

Таким образом, понятие женская поэзия не включает в себя всю многогранность женского творчества: стоит разграничивать способность к поэзии и бездарность, не называя первое прерогативой только мужчин. Общие типологические черты женской поэзии не могут говорить об ее ограниченности, ведь темы, чаще разрабатываемые женщинами-поэтами — в первую очередь, тема любви — и в жизни занимают чуть ли не главное место. Более того, они по-разному раскрываются в творчестве поэтесс: за кажущейся простотой некоторых стихотворений может быть скрыт философский подтекст, несвойственный даже самым высокоинтеллектуальным произведениям.

Общие типологические черты женской поэзии мы исследовали на примере творчества Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной. Выбор именно этих поэтесс обусловлен тем, что и Тушнова, и Ахмадулина получили народное признание, однако в разной степени. Индивидуальные же черты их поэзии позволили взглянуть на женскую поэзию с разных ракурсов: или это поэзия, достойная встать в один ряд с творениями великих поэтов, таких, как А.С.Пушкин, М.Ю.Лермонтов, Ф.Тютчев, Н.Некрасов, Б.Пастернак, А.Ахматова, М.Цветаева, или же это поэзия, необходимая женщинам для понимания своих чувств.

Как мы уже говорили, уникальность женской поэзии заключается в том, что она создает образ Женщины, образ лирической героини. Причем это не взгляд извне — взгляд мужчины, это понимание женщиной самой себя, анализ своих чувств и мыслей, выставление на людской суд своих поступков.

У В.Тушновой и Б.Ахмадулиной образ лирической героини имеет и сходства, и различия. Обе они заключают в себе качества настоящей Женщины: способность любить и прощать, стремление заботиться и подчиняться. Но лирическая героиня стихотворений Беллы Ахмаудлиной более интровертна — круг близких друзей для нее свят, хотя и дальним она с радостью готова помочь. В противоположность ей лирическая героиня Вероники Тушновой очень дорожит абсолютно всеми окружающими ее людьми. Она готова не спать ночами у постели чужого человека, о котором ничего не знает, но в глубине души ощущать его родным и близким лишь оттого, что ему сейчас нужна помощь — а в беде все равны.

Для лирической героини Вероники Тушновой характерны полное растворение в любви и любимом человеке, жертвенность, всепрощение и всепринятие. Она понимает подлинную ценность каждой минуты, проведенной рядом с дорогими людьми, знает, что мирное небо над головой — это уже само по себе огромное счастье. Она прошла через боль и обиды, через горе, из которого, как из огня, мог бы вынести ее любимый человек — и не вынес. Но она по-прежнему продолжает любить жизнь и людей, надеясь обрести счастье хоть в последние дни, часы, минуты своего пребывания в этом мире. Все это придает стихотворениям Тушновой особенно личный характер. Основанные на событиях из жизни поэтессы, они напоминают запечатленный в стихотворной форме личный дневник. При этом каждая читательница, оказываясь в мире стихов Вероники Тушновой, словно говорит со своей душой, словно видит себя в, казалось бы, простых строчках. Но нет ничего сложнее, чем писать просто. Веронике Тушновой это удается. Мир женщины раскрывается в ее стихах в своем истинном свете.

Иначе изображена лирическая героиня в стихотворениях Беллы Амхадулиной. Если стихи Вероники Тушновой можно назвать женскими — в том смысле, что они описывают мысли и чувства настоящей Женщины, то у Беллы Ахмадулиной нет столь строгого деления по половому признаку. Мужчина или женщина — это не так важно, главное, — человек. Душа не имеет пола, но — имеет характер, который от пола зависит. Потому так часто в стихах Ахмадулиной звучит мысль об отделенности ее лирической героини от мира женщин. Будучи поэтом, она вынуждена выбирать между простым женским счастьем и воплощением в жизнь своего дара.

Интересно то, что лирическая героиня Вероники Тушновой, выбирая, как может показаться, более легкий путь — она не отрекается от мира в пользу поэзии, лишь описывает свою жизнь, свои чувства — страдает стократ сильнее, чем лирическая героиня Беллы Ахмадулиной, отдавшая предпочтение тернистому венку Поэта: привычка смотреть на свои чувства со стороны, обдумывать, как они будут лучше выглядеть на бумаге, избавляет ее от лишней боли.

В ходе работы мы анализировали стихотворения Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной по двум параметрам:

тематическая специфика;

психологическая специфика.

На заявленной в начале дипломного сочинения качественной специфике мы не останавливались, поскольку недостатки формальной стороны стихотворений зависят не от пола, а от способностей автора.

Для поэтических миров В.Тушновой и Б.Ахмадулиной характерны как темы/мотивы, попадающие, по определению критиков, в разряд специфически женских, так и общие, характерные для всех больших поэтов. Широкий тематический диапазон творчества Тушновой и Ахмадулиной доказывают стихотворения о любви к мужчине, своему ребенку, Богу, природе, стихотворения о смысле творчества, дружбе, Родине (и доме), о войне, детстве, быстротечности жизни и т.д.

И в том, и в другом случае можно использовать понятие женская поэзия -но не как оценочную категорию. Поэзия бывает разного качества, может иметь разные оттенки. В творчестве Вероники Тушновой и Беллы Ахмадулиной есть общее, позволяющее подвести их лирику под определение «женская» поэзия, но мы понимаем, что рамки этого понятия узки.

Рассматривая художественную семантику лирики Вероники Тушновой, мы выявили тематическое созвучие ее стихотворений не только с поэзией Ахмадулиной, но и тютчевские мотивы, например, в теме творчества. Говоря о стихотворениях Беллы Ахмадулиной, нельзя не заметить следование традициям Пушкина (особенно в теме дружбы), Некрасова (в патриотической теме), Пастернака (в философско-религиозной теме).

Для Ахмадулиной характерна творческая, рациональная установка на продолжение традиций, что очень сближает ее поэзию с поэзией Анны Ахматовой.

Все это ставит под сомнение правомерность отделения женской поэзии от большой литературы по тематическому критерию.

Список литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://litfac.ru/kursovaya/o-jenskom-tvorchestve/

1.Абрамович Н. Женщина и мир мужской культуры://www.a-z.ru/women/texts/kazakr.html

.Аннинский Л. Вероника Тушнова: Не отрекаются любя/журнал Литературная учеба: литературно-философский журнал. — Москва: ИД Литературная учеба, 2005г., — №3, — стр. 132-140

3.Антоничева М. Женское и мужское: О поэзии А. Русс и Е. Жумагулова

#»justify»>.Анхель де Куатье «Об Анхеле де Куатье»://vsedorogi.org/bib_shim_avtor.asp

.Ахмадулина Б. Избранное. Всемирная библиотека поэзии. — Ростов н/Д, Феникс, 1998. — 448 с.

6.Ахмадулина Б. Сны о Грузии. — Изд-во Мераки, Тбилиси, 1977.- 213 с.

.Ахмадулина Б.А. Стихотворения. Эссе. — М.: 2000.- 470 с.

.Белинский В.Г. Жертва… Сочинение г-жи Монборн

#»justify»>.Берг М. Переход от женщины к человеку://www.mberg.net/perzen/

.Бродский И. «Зачем российские поэты?..» /Звезда, 1997. — № 4. — С. 4.

11.Бунин И.А. Стихотворения. — М.: Мол.гвардия, 1990. — 222 с.

.Василенко С. «Новые амазонки»

#»justify»>.Вейнингер О. Пол и характер. — Ростов-на-Дону, 1998. — 273 с.

.Винокурова И. Тема и вариации. Заметки о поэзии Беллы Ахмадулиной. // Журнал критики и литературоведения. Вопросы литературы. — Выпуск IV. — 1995. — стр. 37-50

.Волошин М. Женская поэзия://www.tsvetayeva.com/voloshin-1

.Ворожихина К. Женское и мужское в обществе и культуре.://atheismru.narod.ru/humanism/journal/50/vorozhikhina.htm

.Габриэлян Н. Взгляд на женскую прозу // Преображение. Русский феминистский журнал. — М., 1993. — № 1. — С. 102-108.

.Гинзбург Л. В городе поэтов // Молодая гвардия. — 1956. — № 1. — C. 143.

.Гордович К. Д. История отечественной литературы XX века. Пособие для гуманитарных вузов. — СПб., 2000. — 320 с.

20.Калугин В. Прощальная мольба Софии Парнок

#»justify»>.Костикова И.В. Введение в гендерные исследования: учеб. Пособие для студентов вузов. — М.: Аспект Пресс, 2005. — 235 с.

22.Лайдинен Наталья. Сайт о женской поэзии.

#»justify»>.Левитанский Ю. Сон об уходящем поезде. — М.:Русская книга, 2000. — 384с.

24.Мелешко Т. Современная отечественная женская проза: проблемы поэтики в гендерном аспекте. Учебное пособие по спецкурсу. — Кемерово: Кемеровский государственный университет, 2001. — 88 с.

.Не помнящие зла: Новая женская проза/ Сост. Л.Л.Ванеева. — М.: Московский рабочий, 1990. — 365 с.

.Ницше Ф. Сумерки кумиров, или Как философствуют молотом // Ницше Ф. Стихотворения. Философская проза. — СПб., 1993. — 598 с.

.Огнев В. Поэзия Беллы Ахмадулиной. //У карты поэзии. — М., 1968. —

С. 94-99.

.Онищук В. А. Урок в современной школе. Пособие для учителя. — М, 1981. -191 с.

.Охотникова С. Гендерные исследования в литературоведении: проблемы гендерной поэтики // Гендерные исследования и гендерное образование в высшей школе. Ч. 2. — Иваново, 2002. — С. 273-279.

30.Павлова В. «Я научила говорить мужчин?»

#»justify»>.Пастернак Б.Л. Поэзия. — М.: Слово/SLOVO, 2008. — 584 с.

32.Поваляева Н. О необходимости своей комнаты: Вирджиния Вулф и проблемы женской литературы.

#»justify»>.Рез З. Я. Изучение литературного произведения в школе как процесс // Лекции по методике преподавания литературы. — Л., 1976. — 282с.

34.Рез З.Я. Методика изучения лирики в школе: Автореф. дис.. докт. пед. наук.- Л, 1971. — 16 с.

35.Рубцов Н.М. Стихотворения. — М.: Сов. Россия, 1977. — 240 с.

36.Рябов О. Миф о русской женщине в отечественной и западной историософии.

#»justify»>.Савкина И. «Простите за неприличное слово»://www.genderstudies.info/lit/lit2.php

.Савкина И. Зеркало треснуло (современная литературная критика и женская литература)://www.genderstudies.info/lit/lit1.php

.Сильман Т И Заметки о лирике. — Л, 1977. -224 с.

.Сырнева С.Новая женщина в стихах Галины Якуниной ЯКУНИНОЙ ://old.svetgrad.ru/2006/3/zensina.php

.Тимофеев, Л.И., Тураев, С.В.Словарь литературоведческих терминов.- М.: Просвещение, 1974. — 510 с.

.Тодоров Л. В. Как читать и понимать стихи. — М, 1974. — 48 с.

.Банников Н.В. Три века русской поэзии. — М.: Просвещение, 1986. — 750с.

44.Трофимова Е. На руинах «большого стиля»: женская литература в поисках новых гендерных конструктов.

#»justify»>.Трофимова Е. Терминологические вопросы в гендерных исследованиях.://www.a-z.ru/women_cd1/html/trofimova_e.htm

.Турков А. Ее звезда // В.Тушнова. Не отрекаются любя. -М.:2008. — 352с.

.Тушнова В.М. Избранное. — М.: Изд-во Эксмо, 2003. — 384 с.

48.Тушнова В. Не отрекаются любя: Стихи. — М.:Эксмо, 2008. — 352 с.

.Улюра А. «У мужчин — свой зачет, у женщин — свой, отдельный»

#»justify»>.Ходасевич В.Ф. «Женские» стихи.://az.lib.ru/h/hodasewich_w_f/text_0058.shtml

.Чернышевский Н.Г. Что делать? Из рассказов о новых людях. — М.: Худож. лит.,1978. — 479 с.

52.Чупринин С. Белла Ахмадулина: я воспою любовь// Чупринин С. Крупным планом — М., 1983. — с. 176-85.

53.Шарова Н. Вспоминай меня. ://www.chgazeta.ru/number/604/10.shtml