Своеобразие детского фольклора

Контрольная работа

Детский фольклор, казалось бы маленькая частичка из всего огромного многообразия форм и направлений государства в государстве именуемым «Народный фольклор», тем не менее является тем, о чем как правило говорят так: «Все мы родом из детства!». В чем же на мой взгляд своеобразие именно детского ТВОРЧЕСТВА? Оно заключается в том, что, начиная с самых первых мгновений своей жизни, через колыбельные песни своей матери, ребенок, шаг за шагом, впитывает всё многообразие своей культуры. Формы и содержание детского фольклора помогает ребенку закрепиться, а затем и проявить свои разноплановые дарования без нажима со стороны взрослых: учителей и родителей. Вся эволюция детского фольклора такова, что, начиная с роли пассивного слушателя, ребенок, превращаясь в подростка, становиться активным участником беспрерывного процесса детского народного творчества, обогащая и дополняя его. Известно, что ведущая творческая деятельность младших детей рисование — постепенно сменяется словесным творчеством. Детский фольклор начинается с младенчества, с пассивного вбирания в себя лучших традиций устного творчества, и заканчивается активным участием в этом процессе.

В репертуаре детей первыми появляются стихотворные жанры (чему способствует их малый объем, ритмичность, связь с игрой).

В 6-7 лет происходит важная перестройка принципов мышления: ребенок начинает осознавать причинно-следственные отношения, оказывается способным сохранить и передать сюжет рассказа как логическую структуру. Бессознательный эгоцентризм ребенка-рассказчика (уверенность, что слушателям изначально все известно) сменяется ориентацией на слушателя, потребностью правильно передать содержание рассказа, добиться от слушателя понимания и реакции. На своё творчество ребята тратят немало времени, тут им и прилежания, и усидчивости хватает. И это очень хорошо. Их жизнь становится богаче, развиваются интеллект, чувство вкуса, чувство юмора.

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

КОЛЫБЕЛЬНЫЕ ПЕСНИ

Разумеется, колыбельные песни, которые пела мне моя восьмидесятилетняя бабушка Евдокия Степановна Кораблева, я не помню, но те песни-колыбельки, которые она пела для соседских детей, у меня на слуху.

Родившаяся в самом конце девятнадцатого века в глухой зауральской деревеньке, она много чего помнила такого, от чего хотелось её слушать и слушать. «Коровушку по молоку, ребёночка по породе, каков отец, какова мать…» — любила она говаривать. Открытая, кристально чистая мать четверых детей, бабушка семерых внуков и прабабушка четырёх правнуков, пела свои колыбельные тоненьким задушевных голосом, из которого изливалась сама душа её потрясающей своей самобытностью натуры.

11 стр., 5403 слов

Колыбельные песни невидимая сила

... если мамы и поют своему ребенку колыбельные песни, то только для того, чтобы уложить его спать. А иногда вместо колыбельной песни просто ставят тихую музыку, или ребенок засыпает под звуки ... Познакомить с источниками, рассказывающими о колыбельных песнях и сделать выборку. Срок – январь 2011г. II. Составить анкету и провести опрос родителей детского сада. Проанализировать результаты анкетирования. ...

Колыбельная песня! Казалось бы, какое отношение имеет она к детскому фольклору, не говоря уже о его особенностях! Но это, на первый взгляд здравое предположение, при более глубоком рассмотрении, ошибочно. Да, колыбельные складывали не грудные младенцы, но оценивали-то именно младенцы. Взрослые замечали, под какие слова и напевы дети лучше засыпают, повторяли их, запоминали, передавали следующим поколениям.

«Люли-люли-люленьки, прилетели гуленьки…» Слова ласковые, певучие, нет резких взрывных звуков. В таких песенках чаще всего действуют воркующие гули (голуби – отсюда, очевидно, и происходит ворожение «приголубить», то есть «приласкать»), домовитые ласточки-касаточки, уютно мурлыкающий кот, говорится о тишине, покое.

А бабай, бабай, бабай,

Ты, собачка, не лай,

И, годочек, не гуди,

Нашего Алёшеньку не буди.

В старинных колыбельных песнях упоминаются некие живые существа, что-то вроде домашних божков: Сон, Дрёма, Угомон, сердитая Бука. У каждого из них, как говорят сами имена, Были свои обязанности. Сон говорит: «Усыплю, усыплю!». Дрёма говорит: «Удремлю, удремлю!». Позднее многое из этого, конечно, забылось.

ПЕСТУШКИ

Но вот я стал подрастать, и меня уже ждали новые песенки и приговорки – пестушки (от слова пестовать – воспитывать).

Вот меня младенцем становят на ножки, и поддерживают:

Дыбок, дыбок!

Скоро Лёшеньке годок!

Приподнимают так, чтобы я перебирал ножками, приплясывал, и поют:

Три-та-тушки, три-та-та,

Вышла кошка за кота,

За кота котовича,

За Иван Петровича.

Пошлёпывают по щекам: «Мишка, Мишка, где штанишки?.».

Выкупает бабушка меня в деревянном корыте и, когда станет окачивать в последний раз, проведет рукой по телу и обязательно скажет: «С гуся вода, с младенца Алёшеньки вся худоба!».

Не знали в прошлом наши бабушки, что такое физкультура, закалка, массаж, но всё, что нужно, делали — под разные песенки, шуточки-прибауточки.

«Потягушки, потягушечки, потягусеньки» — это тоже массаж. Разворачивает мама спеленатого ребёнка, поглаживает его по животу и нараспев говорит:

Потягушки, порастунюшки,

Поперёк толстунюшки,

А в ножки ходунюшки,

А в ручки хватунюшки,

А в роток говорок,

А в головку разумок.

Нечего и пробовать произнести эти слова сердитым голосом — не получится. В них слышатся любовь, доброта. Они складные, красивые. И ещё: учат малыша, он слушает и смотрит, где у него ножка, где – роток.

ПОТЕШКИ

Потом начинаются самые первые игры, потешки:

«Идёт коза рогатая за малыми ребятами», два пальца руки, указательный и средний изображают козу, младенец видит это и смеётся!

«Сорока-ворона кашку варила деток кормила, этому дала, этому дала, этому дала, этому дала, а вот этому не дала» — в это время загибаются пальчики руки младенца, он внимательно смотрит, обычно насупившись, зато звонко смеется, когда загибают последний, обычно большой палец его сладкой ручки!

3 стр., 1110 слов

Словом можно убить словом можно спасти 11 класс

... Сочинение на тему Словом можно убить словом можно спасти Нашу жизнь невозможно представить без слов. Буквы, цифры, иероглифы собираются в несметное количество слов, ... иногда хочется вновь ощутить себя младенцем. Словом можно убить Да, неосторожные слова порой ранят сильнее, чем ... слово врача у постели тяжелобольного дарит жизнь. Психолог нужными словами поможет решить жизненные ситуации, учитель даст ...

«Ладушки, ладушки, где были? У бабушки! Что ели? Кашку! Что пили? Бражку!» — Это уже начинаются попытки игр в ладоши младенца со взрослым. Обычно это не получается, но у ребенка вырабатывается координация движений.

Отец или кто-нибудь из мужчин посадит меня на ногу и качает: «Поехали, поехали, с орехами, с орехами!». Всё быстрее и быстрее:

Поскакали, поскакали,

С калачами, с калачами!

Вприпрыжку, вприскочку,

По кочкам, по кочкам –

Бух в ямку!

и здесь тоже вместе с удовольствием ребёнок получает и пользу: тренирует, говорят врачи, свою нервную систему, когда готовится к последнему «полёту» и встряске — бух в ямку!

Таких любимых малышами песенок-потешек много и у русских, и у

англичан, и у других народов.

СКОРОГОВОРКИ

Мне четыре года. Я уже умею говорить. Но ещё не все звуки у меня получаются. Тут на помощь мне приходят скороговорки, или чистоговорки. «Ехал грека через реку, видит в реке грека рак, сунул грека руку в реку, рак за руку греку цап!, «На горе Арарат растёт крупный красный виноград…», «Карл у Клары украл кораллы, а Клара у Карла украла кларнет», «Во дворе трава, на траве дрова…». Повторил их раз 100 или 200 — и научился правильно произносить «Р». Другие скороговорки развивают органы речи – их даже взрослым артистам рекомендуют. Нелегко сказать быстро: «На улице дёготник, нам не до дёготника, не до дёготниковых детей!», «Сшит колпак не по-колпаковски надо его перколпоковать, перевыколповать».

А дальше, как всегда у ребят, у нас была игра, только игра не на скорость бега, не на физическую ловкость, а игра звуками: «Боже, Боже, дай мне коже, я сошью себе сапоже. Без сапоже мне негоже — може ноже отмороже». И ещё всякие забавные: «Четыре чёрненьких чумазеньких чертёнка чертили чёрными чернилами чертёж чрезвычайно чисто», «Пётр Петрович по прозвищу Петрович…». Мой же друг Кирилл Маркелов постоянно любил повторять это: «Кирилл Кириллович Кириллов купил картошки килограмм. Картошка Кировского края. Колхоза Красный Коммунар».

Наши предки до принятия христианства были язычниками. У них, как у древних греков и римлян, существовало многобожие. Каждое божество управляло какой-то одной стихией, силой природы. Для хорошего урожая в разное время были нужны то дождь, то солнце. Вот славяне-земледельцы и просили богов — молили, заклинали — помочь. Чтобы задобрить, их угощали: выносили на перекрёстки дорог горшки с гущей — кашей из ячменя и гороха. Поэтому и в наших детских заклинаниях (так называются песенки, в которых ребята обращаются к силам природы с какой-нибудь просьбой), сохранивших память о молитвенных обращениях, заклинаниях наших праотцов, почти всегда упоминается эта самая гуща и предлагается какое-нибудь лакомство: <Дождик, дождик, лейся пуще, наварю я гущи…», «Дождик, дождик, поскорей, я прибавлю сухарей!».

Есть предположение, что и далёкая основа колыбельных песен — древние заговоры, заклинания и молитвы, в которых родные обращались к богам с просьбой сберечь ребёнка, оградить его от разных невзгод. Приговорка «…с младенца Алёшеньки – вся худоба!» скорее всего тоже память о подобном старинном заговоре.

ЗАКЛИЧКИ

Моя бабушка частенько бралась заговаривать чирьи, бородавки. Делала она это потихоньку, полушепотом, используя сучёк на какой-нибудь скамейке. Но серьёзная, хозяйственная основа заговоров была для нас, бесшабашных детей конечно не важна, заговоры мы воспринимали, как забаву. Так у нас были заклички, где дождику предлагаются совсем неподходящие гостинцы: «дождик, дождик, пуще, я насею гущи, целую кадушку, сверху лягушку!».

5 стр., 2013 слов

Игры, упражнения и занятия. "Ругаемся овощами" (Кряжева н.Л., 1997)

... будет разговаривать с окружающими спокойным голосом, обсуждая произошедшее "Зайчики" (подвижная игра для агрессивных детей) Цель: дать ребенку возможность испытать разнообразные мышечные ... работе по коррекции агрессивного поведения используется психогимнастика – набор этюдов, упражнений, игр, направленных на снятие эмоционального напряжения, мышечных зажимов, коррекцию настроения, предупреждение ...

Теперь заклички сопровождают уличные игры и используются в затруднительных случаях. Например, попала вода в ухо при купании. Надо попрыгать на одной ножке и прокричать: «Мышка, мышка, вылей воду на дубовую колоду!». Можно и улитку попросить: «Высуни рога — дам кусок пирога!» — и к божьей коровке обратиться: «Улети на небо, принеси нам хлеба! Чёрного иль белого, только не горелого! Там твои детки кушают конфетки». Это, наверное, давнишняя закличка: хлеб — вещь серьёзная, чёрный хлебушко всем дедушка. А всё превращается в шутку, игру: «Там твои детки кушают конфетки!».

После крещения Руси образы старых богов и во взрослом, и в детском фольклоре постепенно начали заменяться образами христианства: «Дождик, дождик, перестань, я поеду в Арестань (или Астрахань, или во Рязань) Богу молиться, Христу поклониться…» — а далее почему-то следовало – «…у Христа была жена (?) (очевидно следует понимать Царя), отворяла ворота не ключиком, замочком, а шёлковым платочком…» (правильно: «Я поеду в Иордань — в реке Иордан принял крещение Иисус Христос).

ИГРЫ

Я рос и вместе с соседскими ребятишками уже сам начал заводить сложные и подвижные игры, пляски, хороводы. Всё это сопровождалось игровыми песнями, приговорками, выкриками.

Отличная, между прочим, физическая подготовка: «Баба сеяла горох прыг, скок!». Или: «Как на Ванины именины испекли мы каравай…». Или: «3олотые ворота, проходите, господа!».

Когда же затевалась по настоящему большая игра в казаки-разбойники, в лапту, в рюхи (городки), то участвовать в этом собиралась почти вся детвора посёлка.

Мы честно делились на две команды. Для этого разбивались на пары приблизительно по возрасту и по физической силе, загадывали различные слова, и подходили к выбранным капитанам. «Курочка или петушок» — спрашивали мы. «Курочка!» — выбирал капитан, и тот за кем было закреплено это слово, шёл к нему в команду. Таким образом, нам быстро и честно удавалось разделиться на две команды. Но можно было разделиться и по-другому, с помощью маток. Те же двое назначались не командирами, а матками, они так же стояли и ждали. К ним подходили пары объединившиеся по такому же принципу.

  • Мать, а мать, чего вам дать: дуб

или берёзу?

Первая матка отвечает. Подходит

вторая пара:

  • Мать, а мать, чего вам дать: бочку с салом или казака с кинжалом?

Отвечает вторая матка. Подходит третья пара — снова отвечает первая матка, потом — снова вторая и так снова и снова. Это жеребьёвые сговарки.

А если во время игры, например в прятки, или пятнашки, надо выбрать того, кто будет водить, используют считалки. Считалок и сегодня наскажут сколько угодно в любом дворе.

Считалки бывают с каким-то смыслом: «Ниточка, иголочка, вышла комсомолочка», а бывают и как бы совсем бессмысленные.

7 стр., 3032 слов

Детский музыкальный фольклор. Считалки и жеребьёвки. Дразнилки

... детский музыкальный фольклор; считалки, жеребьёвки, дразнилки. Задачи работы: рассмотреть детский музыкальный фольклор и требования к музыкальному репертуару в начальной школе; рассмотреть считалки, жеребьёвки, дразнилки. 1. Детский музыкальный фольклор и требования к музыкальному ... связи между этноорганологией, народной музыкальной педагогикой и методикой обучения игре детей в оркестре народных ...

В книге И. Ильфа и Е. Петрова «Золотой телёнок», приведена подобная считалка: «Эне, бэне, раба, квинтер, финтер, жаба». Точно такие же выкрикивают ребята по всей стране и несколько десятилетий спустя.

Некоторые исследователи полагают, что считалки, как заклички и колыбельные, связаны с очень старыми обычаями и верованиями.

Идёт охотник в лес, надо пожелать ему удачи. А ему говорили наоборот, да и теперь говорят, когда желают успеха в любом начинании: «Ни пуха, ни пера!» (т. е. ничего тебе не поймать!).

Эти слова, конечно, предназначались не охотнику, а владыке леса, чтобы он не беспокоился за своих зверей и птиц и не навредил человеку.

Есть такие колыбельные песни, где мать желает ребёнку смерти: «Спи, усни, хоть сегодня умри…». Специалисты по-разному пытались объяснить эти ужасные слова, например бедностью крестьянина. Но, может быть, это тоже пожелание наоборот, как и «Ни пуха, ни пера»?

У всех народов на раннем этапе их развития — из этих же самых опасений — существовало множество разных запретов: нельзя было прямо говорить о некоторых действиях, скрывались имена и многое другое. Охотникам нельзя было называть животных, на которых они охотились (медведя и теперь величают Михаилом Иванычем, Потапычем, Топтыгиным, Хозяином).

Нельзя было, и считать добытую дичь.

Сложился условный, тайный язык охотников, тайная система счёта. До нас дошли едва понятные остатки этих тайных языков. Но можно предположить, что некоторые считалки сохраняют память о той поре.

Есть такие считалки, где счёт идёт словами, очень похожими на обыкновенные названия цифр: «Рази, двази, тризи, ризи, пята, лита, шуби, руби, дуби, крест». Десять слов. На Руси счёт некогда вели по зарубкам, чтобы не сбиться: после каждого десятка на бревне или палке вырезали крест, зарубку. И сегодня вместо «запомни», часто говорят: «Заруби себе на носу!».

Поэтому и в нашей считалке десятое слово — крест. А иногда — пест или любое подходящее по звучанию слово. А может, уже и неподходящее: со временем всё меняется! В новых считалках — и слова новые: «Плыл по морю чемодан, в чемодане был диван…», «Летела мина из Берлина, по-немецки говорила…». Мы в своем детстве придумали такую считалку:

У меня колючий ежик

Он в иголках весь до ножек.

Раз, два, три, четыре, пять,

Нам их всех не посчитать!

Рассчитались — и пошла игра! Каждая игра имеет свои приговорки и песенки. Тот, кто водит в прятки, хоронится, закрывает глаза, чтобы не видеть, кто куда спрятался, и кричит: «Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать! Кто не спрятался – я не виноват. Кто за мной стоит, тот в огне горит, кто по бокам, тому по щекам!». Если он плохо, лениво ищет, играющие сердятся: «Кто по городу не ходит, тот четыре кона водит!».

А при игре в жмурки тому, кто водит, завязывают глаза и спрашивают: «Где стоишь?» Он отвечает: «На мосту!» — «Что продаёшь?» — «Квас!», «Ищи три года нас!». В годы, когда без всякой вины были арестованы миллионы людей, ребята добавляли: «Если не найдёшь — в тюрьму попадёшь!».

4 стр., 1660 слов

« Учебные книги К. Д. Ушинского, А.Л. Толстого для детей («Азбука», ...

... ребенка, сочетание образовательного и воспитательного элементов, богатство упражнений - таковы достоинства «Детского мира» и «Родного слова» в педагогическом отношении. В них Ушинский ... мало реальных знаний и больше заботились о привитии им светских манер, преклонения перед царизмом. Ушинский ... книгу, но не на том месте, где был заданный урок, а на несколько страниц вперед, и переводить. "Мы этого ...

Были свои приговорки при игре в камушки «пятки», в «классы», В пуговицы, при скакании через верёвочку и когда на качелях качались.

Самый маленький устал и кричит: «Чик! Дом на залом, я у бабушки сижу!». Или по новее: «За одним не гонка — человек не пятитонка!».

Но вот кому-то показалось, что игрок сжульничал. На всё есть готовые выкрички: «На жилу не выиграешь кобылу!»

Кто-то из играющих отказывается водить. На такой случай существуют водuлки: «Вода, вода, неотвода, поросячая порода! Десять штук поросят, все на ниточке висят!» Или ещё дразнят: «Тили-тили, заводили, на корову посадили, а с коровы на быка, Витька просит молока!».

ДРАЗНИЛКИ

Есть и специальные дразнилки. «Бабка-ёжка, костяная ножка!..» Дразнилки сложены почти на все русские имена: «Федя-бредя, съел медведя…» и т.д. Но чаще дразнилки высмеивают жадных ребят, хвастунов, воображал, достаётся плаксам, трусам, ябедам. Не только взрослые учат ребят уму-разуму. Но дети и сами всё время воспитывают друг-друга, исправляют недостатки.

Ну а если дразнят не по делу, всегда можно ответить отговоркой: «Шёл-шел крокодил, твое слово проглотил, а моё оставил и печать поставил!». Или так: «Кто как обзывается, тот так и называется!», или еще проще: «Приятно познакомиться, Алёша!».

Покричали, поспорили – пора и мириться. Для этого надо сцепиться мизинцами и сказать: «Мирись, мирись и больше не дерись! А если будешь драться, то я буду кусаться! Нам кусака не почем, мы кусаку кирпичом!

ПОДДЕВКИ

Поддёвки. Это уже такая умственная игра — кто кого перехитрит, кто более находчивый, у кого фантазии больше. Начинается всё просто. Ваня говорит Пете:

  • Скажи «А»

Пете интересно, что будет дальше,

он говорит «А». И тогда Ваня выпаливает:

  • Ворона — кума,

Галка — крестница,

Тебе ровесница,

Тебя крестила-крестила

И в помойную яму опустила!

Петя знает свою поддёвку:

  • Я буду говорить, а ты добавляй «и я». Я срублю дерево.
  • И я.
  • Я вырублю колоду.
  • И я.
  • Я замешу свиньям.
  • И я.
  • Я буду есть.

Ваня не успевает заметить подвоха: — И я.

Начинается состязание в личном творчестве.

  • Скажи «кортик»!
  • Ну, кортик!
  • У тебя на носу чёртик!

И так, пока не надоест. Значит, пора чем-нибудь другим заняться.

ЗАГАДКИ

У всех первобытных народов существовал обряд посвящение мальчиков в полноценнее члены рода – охотники. Чтобы выдержать испытание на зрелость, мальчику нужно было доказать свою физическую силу, ловкость, мужество – убить огромного хищника, выдержать боль. А ум, знание, сообразительность он должен был проявить в отгадывании загадок.

В наши дни широкое распространение получили шуточные загадки, помимо смекалки и на путанице похожих по звучанию слов: «Шёл дождь, ехал автобус. Все в автобусе спали, только водитель не спал». Вопросы: «Как звали водителя? Какой был номер автобуса? Какое колесо не крутилось? Ответы: «Водителя звали Толя (Толька!), номер автобуса был мокрый, не крутилось запасное колесо».

5 стр., 2343 слов

Современный жанр детского фольклора страшилки

... для детей, так и составленные самими детьми. К детскому фольклору относятся колыбельные, пестушки, потешки, скороговорки и заклички, дразнилки, считалки, нелепицы и др. Детский фольклор формируется ... гуманистически значимые, самые жизнеспособные. 3. Современный детский фольклор Современный детский фольклор обогатился новыми жанрами. Это страшилки, озорные стишки и песенки (смешные переделки ...

А вот школьная загадка: «На пеньке сидит, по-французски говорит. Кто это? Ответ: Дубровский.

Соберутся дружки в тёмном уголке, и кто-то начинает замогильным голосом: «В одном чёрном-чёрном городе была чёрная-чёрная улица. На этой чёрной-чёрной улице…». Конец нередко бывает неожиданный, смешной: «А в этом чёрном-чёрном гробу лежал рак, кто слушал, тот дурак!».

Существует много и других рассказов: про гроб на колёсах, про чёрную ленту, про красное пятно, про покойников, про старуху, которая по ночам ходит на кладбище и собирает в мешок кости покойников. эти рассказы называются страшилками. Задача страшилки — попугать слушателей. Психологи считают, что для нормального развития ребёнка ему нужны иногда такие душевные встряски. При этом важно, чтобы он чувствовал, что с ним-то ничего не случится, что он в полной безопасности.

Прозаические страшилки возникли давно, а, начиная с 80-х гг. ХХ в. вдруг необыкновенно быстро распространились два новых вида, близких к страшилкам, но и отличающийся от них. Это коротенькие в первом случае анекдоты, во втором стихотворения, повествующие о страшных и очень жестоких историях. Это садистские истории или стишки (от слова «садизм — жестокость).

Можно ещё назвать это чёрным юмором.

Приведу пример садистского анекдота: « Мужчина идет по лестничной клетке и тащит за ноги свою шестилетнюю дочку. Та бьется головой о ступеньки. Увидела это соседка и говорит, как можно вежливее. «Мужчина! Что вы делаете! У вашего ребенка шапочка же с головы так слетит!». «А я её гвоздиком прибил» — весело отвечает мужчина.

Что же касается стихотворных страшилок, то, по приданию, самую первую из них написал поэт Олег Григорьев:

Я спросил электрика Петрова:

«Для чего ты намотал на шею провод?».

Петров мне ничего не отвечает,

Висит и только ботами качает.

Имя Григорьева мало кому известно, но не найти на российских просторах человека, который не слышал бы садистских стишков, заживших полнокровной жизнью в фольклоре и детей, и взрослых.

Двое влюблённых лежали во ржи.

Тихо комбайн стоял у межи.

Тихо завёлся и тихо пошёл.

Кто-то в батоне ухо нашёл…

Недолго мучилась старушка

В высоковольтных проводах,

Её обугленная тушка

Пугала птичек в небесах.

долго над телом мама рыдала

Только вчера ведь джинсы стирала.

На самом деле страшилки вряд ли могут напугать. Их содержание настолько бесчеловечно, что уже и неправдоподобно. Конечно, не стоит рассказывать страшилки детям младше семи-восьми лет. Ну а те, кто уже читает энциклопедию, вряд ли испугаются, скорее, начнётся приступ буйного, нервного веселья. Страшилки существуют для ТОГО, чтобы снимать напряжение, а не создавать его.

Успеху садистских стишков способствовала и удачная, лёгкая для запоминания форма. Это очень краткие, энергично развивающиеся истории, как правило, из двух — четырёх рифмуюшихся строчек. У них нередко один и тот же зачин: маленький мальчик нашёл то пулемёт, то ракету, то доллар.

Чаше всего герои страшилок «маленький мальчик» и «маленькая девочка», иногда просто «дети». Они постоянно страдают от тех или иных действий взрослых, обычно — советов:

девочка в поле гранату нашла,

5 стр., 2235 слов

О современном состоянии жанров детского фольклора

... является одной из главных отличительных особенностей фольклора. Современные жанры детского фольклора, лишь относительно недавно ставшие объектом собирания и ... В настоящее время появилось множество источников, помимо страшилок, удовлетворяющих эту тягу к загадочно-пугающему (от ... полную утрату данной фольклорной традиции. Изменившиеся условия жизни, воспитания, даже самих обычаев укачивания ребёнка – ...

К папе с вопросом она подошла.

«дёрни колечко!» — ей папа сказал.

долго над полем бантик летал…

Порой «дети» переходят к ответным действиям:

дети в подвале играли в гестапо

Зверски замучен сантехник Потапов.

Кончаются страшилки непременно трагически, хотя сам процесс гибели «маленького мальчика» или «маленькой девочки» никогда не описывается, о печальной судьбе героев сообщается «тонким намёком»:

Девочка Таня купаться пошла,

В среду нырнула, в субботу всплыла.

Или:

Маленький мальчик купаться любил.

Тихо к нему подошёл крокодил…

Долго кряхтел крокодил-старичок:

В зубе застрял пионерский значок.

Герои садистских стишков никаких злых чувств не испытывают, всё делается наивно и почти ласково. Отсюда — впечатление полной бессмысленности, абсурдности.

Библейская заповедь «не убий» здесь не нарушается — её просто не существует. Дети и взрослые губят друг друга, как будто совершают самое простое, обыкновенное дело. Жизнь и смерть не имеют ни цены, ни смысла. Видимо, не случайно страшилки возникли именно в наше время, когда в жизни так много нелепого, трагического, бессмысленного. Как не случайно именно в ХХ В., в эпоху фашизма и коммунизма, появилась литература абсурда, где все переживаемые героями трагедии непредсказуемы, нелепы и бессмысленны.

Чтобы жить в современном противоречивом, слишком часто неоправданно жестоком мире, нужно научиться преодолевать страх. Маленький ребёнок, когда ему очень страшно, может улыбнуться и даже засмеяться. Психологи считают, что это попытка магического влияния на действительность: когда всё хорошо — я смеюсь, значит, если я смеюсь — всё хорошо. Нервное веселье, которое всегда вызывают страшилки, наверное, тоже помогает преодолеть страх, скорее всего не осознанный, а живущий в глубине души. Страх перед взрослыми, на которых, увы, не всегда можно положиться, страх перед бессмысленностью существования, страх смерти.

Страшилки — мостик во взрослый мир, где много серьёзных опасностей и где бесполезно предаваться страху и слушать советы умного «дяди», а нужно держать себя в руках и относиться к жизни разумно, спокойно и весело.

Сочинять такие стишки совсем не просто, это настоящее творчество, искусство. А заодно и отличное упражнение для ума, и форма познания родного языка («Счас как режиком заножу — будешь дрыгами ногать!» или «Клоокая Кудра гудро дрячит Кудренка и бодрячит Кодра» ).

И, что важно для ребят, — азартная игра, соревнование: кто придумает интереснее и смешнее.

Такие нелепицы стали создаваться и в прозе. И тоже — в огромном количестве: «Шофёр вёз дырки. Одна упала. Он пошёл её поднимать – и привалился», «Шёл ёжик. Забыл, как дышать, упал и умер. Вспомнил, встал и пошёл дальше» и др.

НЕЛЕПИЦЫ И НЕСКЛАДУХИ

Нелепицы и нескладухи — это, вообще говоря, разные виды. В нелепицах, как следует из самого названия, всё нарочно перепутано, перемешано, соединено то, что соединиться никак не может «По стене ползёт трамвай, волосатый, как кирпич». Нескладухи — различные стихотворные произведения, в которых специально нарушается рифмовка. Вот, например, нескладуха-частушка:

На столе лежит арбуз,

15 стр., 7468 слов

Использование элементов русского фольклора в развитии речи детей ...

... развития речи детей старшего дошкольного возраста. Предмет исследования - жанры детского фольклора как средство развития речи детей ... жизнь начала вливаться огромная лавина заимствованных терминов из иностранных языков, что угрожает языку, а значит и культуре. Поэтому проблема развития речи детей старшего дошкольного возраста средствами малых форм фольклора ... поколений. Через особую организацию, ...

На арбузе муха.

Поцелуй, драля, кирпич,

Никто замуж не берет.

Но обычно оба этих жанра рассматриваются вместе, потому что почти всегда, чтобы было смешнее, нескладное и нелепое соединяются в одном и том же произведении.

Нелепицы и нескладухи родились в давние времена. Самые старые из них говорят о крестьянской жизни:

А во дворе Поросёнок рылся

И нечаянно хвостам

К небу прицепился.

И в наши дни известен старинный стишок «Ехала деревня мимо мужика, вдруг из-под собаки лают ворота…».

Создавались нелепицы и нескладухи и в городе. В начале ХХ в. были входу нелепицы про японку с длинным носом (у японцев длинных носов не бывает) и про высокого человека низенького роста. Но постоянно появляются и новые произведения, в которых отражается современная жизнь. Эта нелепица, наверное, навеяна Великой Отечественной войной:

Подводная лодка

В степях Украины

Погибла в неровном

Воздушном бою.

А это уж совсем недавнее:

Металлист по речке плыл,

Замерла моя душа.

Ну и пусть себе плывет,

Ржавая железка!

Как и садистские стишки, новые нелепицы и нескладухи в 80-90-е гг. ХХ В. стали появляться в огромном количестве — их тоже сочиняют по известным образцам, и чем больше в них всевозможной несуразицы, тем лучше.

Что стучишься в дверь моя?

Видишь — дама нет никто!

Вот возьму в рука кирпич

Так и будешь полететь.

Первые две строчки могут иметь и иное продолжение: «Это я, твоя жена!» — «Проходи по одному!».

По стене ползет утюг,

Удивляется, фырчит.

Ну и пусть себе ползет

Ведь на крыше там гнездо,

Утюжат оно полно!

ШКОЛЬНЫЕ СТИШКИ

Не молчат ребята и в школе. И всяким разным стишкам, не из книг, учат друг друга, и поют весёлые песни-переделки, которых не услышишь ни на одном концерте, и рассказывают анекдоты, которых ни учителя, ни родители не слыхивали.

Школьные стишки чаще всего являются пародией, т. е. юмористической переделкой тех произведений, которые изучают на уроке. Наверное, не надо объяснять, чьи стихи использованы в этой шутке:

Однажды в студёную, зимнюю пору

Сижу за решёткой в темнице сырой.

Гляжу — поднимается медленно в гору

Вскормлённый в неволе орёл молодой.

И шествуя важно, в спокойствии чинном,

Мой грустный товарищ, махая крылом,

В больших сапогах, в полушубке овчинном

Кровавую пищу клюет под окном.

Дети политикой не занимаются. Но политика сама приходит к ним — из разговоров взрослых, из телепередач, из газет. Поэтому и в детском фольклоре нередко слышатся отголоски политических споров, которые вели и ведут взрослые.

Десятки поколений учеников повторяли наизусть знаменитые пушкинские строчки «У лукоморья дуб зелёный…». Так говорилось на уроке. А в коридоре звучали другие слова:

У лукоморья дуб срубили,

Златую цепь в торгсин снесли,

Кота в котлеты изрубили,

Русалку паспорта лишили,

А лешего сослали в Соловки.

Это самая ранняя переделка, относящаяся к 30-м гг. Об этом говорят детали, и приметы того времени. Торгсин (т. е. торговля с иностранцами) магазины, где за сданные драгоценные металлы можно было получить продукты. Страна жила голодно, по карточкам давали очень мало, вот люди и несли последние украшения, серебряные ложки, снимали серебро и золото с икон… Паспорта, а с ним и права на работу в первые годы советской власти лишили множество людей не за какую-то личную вину, а за происхождение — из купцов, чиновников, дворян (их так и называли — «лишенцы».) Соловки — один из первых лагерей, куда ссылали арестованных.

В 50-х гг. уже забыли, что такое торгсин, и в стишок внесли исправление: «Златую цепь в утиль снесли…,>. А в начале перестройки, когда в магазинах исчезли все товары, появились иные строчки:

«Там ступа с Бабою Ягой

упорно прётся за мукой…

Там царь Кощей по рынку ходит

и спекуляцию наводит,>.

Лишь недавно человечество стало понимать, что нерадивое отношение к природе грозит гибелью всем народам, что уже началось отравление

земли, лесов и воды. Маленький школьный стишок замечает и это:

Там лес и дол видений полны,

Там на заре воняют волны.

Мрачные, грубые строки. Но и грубость, и любое другое зло существуют в самой жизни, вокруг каждой семьи, рядом с каждой школой. Литература (а фольклор, и детский фольклор в том числе, тоже литература, только устная) не проходит мимо этого.

И еще об одной вехе нового времени — рекламе. Обрушавшаяся нескончаемым потоком на не окрепшую детскую психику, она вылилась удивительным образом. Несколько примеров из личных наблюдений. Зимний детский лагерь отдыха. С экрана телевиденья весь вечер шла назойливая реклама одного слабительного: «Чтоб желудок не устал — употребляй Ид…остал!». И вот вечером по корпусу уже распространился стишок-переделка:

Чтоб желудок не устал

Выделяй побольше кал!

Ведь желудку очень тяжко,

Когда в попе есть какашка.

Или вот еще одно стихотворение, которое я прочитал в школьном туалете, написанное неуверенной детской рукой:

Смотрю на тётеньку украдкой,

И хочется узнать всего,

Как там она идёт с прокладкой,

И как ей дышится легко!

Явно это стихотворение навеяно засильем рекламы гигиенической продукции! В некоторых произведениях детского фольклора встречаются уличные выражения, которые могут оскорбить чей-то слух, поэтому и произносить их можно только среди тех, кто сам не брезгует подобными словами.

Победить, уничтожить плохое в жизни можно прямой борьбой с ним, собственным добрым примером, а ещё — смехом. Смех — верный признак силы и душевного здоровья.

АНЕКДОТ

Веселья, юмора, насмешки в детском фольклоре — сколько угодно. Одни анекдоты чего стоят! Существует огромное количество взрослых анекдотов. Некоторые из них попадают и в школу, и даже в детский сад. При этом ребята часто такие анекдоты переделывают, приспосабливают к своим собственным понятиям.

Детские анекдоты касаются отношений детей и родителей, учеников и учителей, в них часто действуют герои книжек и кинофильмов, а также взрослых анекдотов: Василий Иванович (Чапаев), солдаты и генералы, политические деятели.

«Мальчик приходит домой в слезах: — Витька дерётся!

Отец засучивает рукава:

  • Я ему покажу! Кто отец? Мальчик отвечает:
  • Шварценеггер.

Отец заворачивает рукава обратно и говорит:

  • Да ты, наверное, сам виноват!» Случаются в жизни разнообразные

смешные истории — анекдот их, как правило, не пропустит, да ещё преувеличит при этом.

«Учитель входит в класс

  • Чей окурок?
  • Ваш, вы первый заметили!»

ШКОЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ

Школьный словарь складывается постепенно. Многие ученики участвовали в его создании, и получился он на славу. И смешной, и по справедливости, ядовитый. Вот примеры:

Перемена — бородинская битва.

Звонок с урока — я люблю тебя, жизнь!

Учитель и класс — Али-Баба и сорок разбойников.

Подсказка — ум хорошо, а два — лучше.

Ученик у доски — живой труп; репортаж с петлёй на шее.

Ученик в учительской — вдали от родины.

Ученики в буфете — истребители.

Буфетчица — сорока-воровка.

ОЗОРНЫЕ ПЕСЕНКИ

Озорные песни и придумываются, и переделываются из песен, особенно тех, которые в данный момент наиболее популярны («Дан приказ: по партам бегать…», «Пусть бегут неуклюже пионеры по лужам…»).

Вместе весело шагать

По газонам, по газонам, по газонам,

И цветочки поливать

Ацетоном, ацетоном, ацетоном.

Песенок таких тоже немало. Вот для примера одна из них:

Раскинулась шкала широко.

Экзамены были близкu,

Пытали ребят одиноко

У классной, у школьной доски,

Товарищ не в силах

Я химии сдать,

И алгебра мне надоела,

В глазах теоремы столбами стоят,

Черчение душу отъело!

Он вышел из класса – сознания нет,

В глазах у него помутилось…

Упал он на чистый, на школьный паркет,

Упал — сердце больше не билось.

К нему поспешили с холодной водой,

Хотят привести его в чувство.

Но врач подошёл, покачал головой:

«Бессильно здесь наше искусство!

Всю ночь в коридоре покойник лежал

Мальчишка в костюмчик одетый.

В руках он привычно шпаргалку держал,

Как будто готовясь к ответу.

Напрасно мамаша ждет сына домой.

Ей скажут – она зарыдает!

А школа стоит непреклонной стеной,

Других дураков ожидает.

Какой трагический случай! Но все улыбаются, понимая, что это гипербола. Экзамены — страшная вещь, и школа к концу учебного года надоедает, но, конечно, не настолько. Жить можно!

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В чем же, на мой взгляд, своеобразие именно детского фольклора?

После вышеизложенного материала я, для себя, сделал семь основных выводов:

ВЫВОД 1:

Детский фольклор — одно из самых живых и богатых явлений современной русской культуры. В нём одновременно существуют и очень старинные произведения, и только что рождённые. И те, и другие непрерывно обновляются, переделываются.

ВЫВОД 2:

Как и фольклор взрослых, детский фольклор отражает историю, идёт с ней в ногу.

ВЫВОД 3:

Детский фольклор начинается с младенчества, с пассивного вбирания в себя лучших традиций устного творчества, и заканчивается активным участием в этом процессе.

ВЫВОД 4:

В репертуаре детей первыми появляются стихотворные жанры (чему способствует их малый объем, ритмичность, связь с игрой).

ВЫВОД 5:

Ребенок наделяется потребностью правильно передать содержание рассказа, добиться от слушателя понимания и реакции.

ВЫВОД 6:

Для ребенка детский фольклор является тем спасительным местом, куда он может уйти от всех свих стрессов, вылить свой гнев и снять напряжение, которое так разрушительно влияет на детскую психику.

ВЫВОД 7:

Весёлые стишки, смешные песенки, забавные дразнилки, скороговорки и прочее, о чём здесь говорилось, знают и передают друг другу дети всей страны. Это общенациональное детское искусство слова.

ЛИТЕРА

Тексты.

Покровскuй Е. А. Детские игры, преимущественно русские. — СПб.,

1994. (Репринт. воспроизвед. изд. 1895 г.).

Шейн Л.В. Сборник народных детских песен, игр и загадок /Сост. А.Е.Грузинский по материалам Шейна. — М., 1898.

Капица О. И. Детский фольклор: Песни, потешки, дразнилки, сказки, игры. — Л., 1928.

Капица О. И. Детский народный календарь. (Вступление и подгот. публикации Ф. С. Капицы) // Поэзия и обряд: Межвуз. сб, науч. трудов / Отв. ред. Б. П. Кирдан. — М., 1989. — С. 127-146. (Публикация архивных материалов).

Раз, два, три, четыре, пять, мы идем с -тобой играть: Русский детский игровой фольклор: Кн. для учителя и учащихся / Сост. м. Ю. Новицкая, Г. М. Науменко. — М., 1995.

Детский поэтический фольклор: Антология / СОСТ. А. Н. Мартынова. — СПб., 1997.

Исследования.

Петрановская Л. История страшилки. Москва «Аванта+» 1999.

Аникин В. П. Русские народные пословицы, поговорки, загадки и детский фольклор: Пособие для учителя. — М., 1957. — С. 87-175.

Мельников М. Н. Русский детский фольклор Сибири. — Новосибирск, 1970.

Мельников М. Н. Русский детский фольклор: Учеб. пособие для студентов пед. ин-тов. — М., 1987.

Школьный быт и фольклор: Учеб. материал по русскому фольклору: В 2-хчi / Сост. А. Ф. Белоусов. — Таллинн, 1992.

Чередникова М. П. Современная русская детская мифология в контексте фактов традиционной культуры и детской психологии. — Ульяновск, 1995.