В чем смысл названия скупой рыцарь. Скупой рыцарь характеристика образа барон

Сочинение

На вопрос Какая основная мысль произведения «Скупой рыцарь» Пушкина? И почему так назвали это произведение. заданный автором MK2

лучший ответ это Основная тема «Скупого рыцаря» — психологический анализ человеческой души, человеческих «Страстей». (Впрочем как и у всех книг из сборника «Маленькие трагедии»).

Скупость, страсть к собиранию, накоплению денег и болезненное нежелание истратить из них хоть один грош — показана Пушкиным и в ее разрушительном действии на психику человека, скупца, и в ее влиянии на семейные отношения. Носителем этой страсти Пушкин, в отличие от всех своих предшественников сделал не представителя «третьего сословия» , купца, буржуа, а барона, феодала, принадлежащего к господствующему классу, человека, для которого рыцарская «честь» , самоуважение и требование уважения к себе стоят па первом месте. Чтобы подчеркнуть это, а также и то, что скупость барона является именно страстью, болезненным аффектом, а не сухим расчетом, Пушкин вводит в свою пьесу рядом с бароном еще одного ростовщика — еврея Соломона, для которого, наоборот, накопление денег, бессовестное ростовщичество является просто профессией, дающей возможность ему, представителю угнетенной тогда нации, жить и действовать в феодальном обществе. Скупость, любовь к деньгам, в сознании рыцаря, барона — низкая, позорная страсть; ростовщичество, как средство накопления богатства, — позорное занятие. Вот почему, наедине с собой, барон убеждает себя, что все его действия и все его чувства основываются не на страсти к деньгам, недостойной рыцаря, не на скупости, а на другой страсти, тоже губительной для окружающих, тоже преступной, но не такой низменной и позорной, а овеянной некоторым ореолом мрачной возвышенности — на непомерном властолюбии.

Он убежден, что отказывает себе во всем необходимом, держит в нищете своего единственного сына, отягощает свою совесть преступлениями — все для того, чтобы сознавать свою громадную власть над миром. Власть скупого рыцаря, вернее, власть денег, которые он всю жизнь собирает и копит, — существует для него только в потенции, в мечтах. В реальной жизни он никак не осуществляет ее. На самом деле, это все — самообман старого барона. По говоря уже о том, что властолюбие (как всякая страсть) никогда не могло бы успокоиться на одном сознании своей мощи, а непременно стремилось бы к осуществлению этой мощи, — барон вовсе не так всемогущ, как он думает («…отселе править миром я могу…» , «лишь захочу-воздвигнутся чертоги…»).

8 стр., 3584 слов

Анализ трагедии Скупой рыцарь Пушкина

... Пушкин говорит и о своём времени. Нравственно-философская проблематика трагедии «Скупой рыцарь» Именно эта уничтожающая и отмечающая своей тенью все проявления жизни скупость ... Скупого рыцаря […]» [3, 810]. Барон, несомненно, является важнейшим, глубоко психологически «выписанным» знакообразом. Именно в соотнесении с ним, с ... Барон, пораженный всепоглощающей греховной страстью, ... получения денег отца). ...

Он мог бы все это сделать с помощью своего богатства, но он никогда не сможет захотеть; он может открывать свои сундуки только для того, чтобы всыпать в них накопленное золото, но не для того, чтобы взять его оттуда. Он не царь, не владыка своих денег, а раб их. Прав его сын Альбер, который говорят об отношении его отца к деньгам. Для барона его сын и наследник накопленных им богатств — его первый враг, так как он знает, что Альбер после его смерти разрушит дело всей его жизни, расточит, растратит все собранное им. Он ненавидит своего сына и желает ему смерти. Альбер изображен в пьесе храбрым, сильным и добродушным молодым человеком. Он может отдать последнюю бутылку подаренного ему испанского вина больному кузнецу. Но скупость барона совершенно искажает и его характер. Альбер ненавидит отца, потому что тот держит его в нищете, не дает сыну возможности блистать на турнирах и на праздниках, заставляет унижаться перед ростовщиком. Он, не скрывая, ждет смерти отца, и, если предложение Соломона отравить барона вызывает в нем такую бурную реакцию, то именно потому, что Соломон высказал мысль, которую Альбер гнал от себя и которой боялся. Смертельная вражда отца с сыном обнаруживается при встрече их у герцога, когда Альбер с радостью поднимает брошенную ему отцом перчатку. «Так и впился в нее когтями, изверг» , — с негодованием говорит герцог. Пушкин недаром в конце 20-х гг. стал разрабатывать эту тему. В эту эпоху и в России все более и более в систему крепостнического уклада вторгались буржуазные элементы быта, вырабатывались новые характеры буржуазного типа, воспитывалась жадность к приобретению и накоплению денег.

раб

его. Сам он говорит, что он «выше желаний», но на самом деле это неверно, т. к. страсть приобретения не останавливается в своем развитии.

Высшее наслаждение скупого рыцаря, его «счастливый день», когда он может всыпать горсть золота «в шестой сундук, еще неполный». Ясно, что этим его желания не удовлетворены, не пресыщены; пока он жив, он хотел бы еще и еще накапливать золото, наполнять сундуки. В мрачной фигуре барона есть что-то демоническое; когда он хочет отпереть сундук, чтобы всыпать в него горсть золота, он говорит страшные слова:

Сердце мне теснит Какое-то неведомое чувство… Нас уверяют медики: есть люди, В убийстве находящие приятность. Когда я ключ в замок влагаю, то же Я чувствую, что чувствовать должны Они, вонзая в жертву нож: приятно И страшно вместе…

Пушкин. Скупой рыцарь. Радиотеатр

Как всегда, от одного главного порока рождаются другие. Мы ясно видим это на примере скупого рыцаря. От скупости в нем развилась безжалостность; достаточно вспомнить несчастную вдову с тремя детьми, которая принесла долг мужа и умоляла барона пожалеть ее. Разглядывая горсть золота в своей руке, он вспоминает:

  • Тут есть дублон старинный… вот он. Нынче Вдова мне отдала его, но прежде С тремя детьми полдня перед окном Она стояла на коленях, воя. Шел дождь, и перестал, и вновь пошел, Притворщица не трогалась;
  • я мог бы Ее прогнать, но что-то мне шептало, Что мужнин долг она мне принесла И не захочет завтра быть в тюрьме…

Какая безжалостность, какое бессердечие в этой зачерствелой душе! От скупости в бароне развилась и полная беспринципность, и неразборчивость в средствах; ему безразлично, каким образом Тибо, «ленивец, плут», раздобыл деньги, которые он ему был должен: – «украл, конечно», или может быть ограбил, убил кого-нибудь

16 стр., 7564 слов

Дуэль и смерть Александра Сергеевича Пушкина (2)

... семейной жизни, в 1831 году, жизнь Пушкина приняла то направление, по которому она шла до самой его смерти. С годами становилось все тяжелее и тяжелее. Первое лето после свадьбы Пушкины проводят в ... отослали их ко мне" Задолго до гибельной дуэли Пушкина анонимные письма на французском языке, марающие добродетель его жены и выставляющие Пушкина в смешном виде, были разосланы всем знакомым поэта, ...

«Там на большой дороге, ночью, в роще…» ………………………… Да [говорит барон] если бы все слезы, кровь и пот, Пролитые за все, что здесь хранится, Из недр земных все выступили вдруг, То был бы вновь потоп – я захлебнулся б В моих подвалах верных…

властолюбия

, упоение своей силой: – «Я царствую!» восклицает барон, любуясь блеском золота в открытом сундуке. Но эта страсть власти у него бесцельная, пустая, не как у царя Бориса , который стремился употребить свою власть для блага народа, для блага родной страны. «Скупой рыцарь» упоен только

сознанием

силы и власти, сознанием, что он «как некий демон может править миром», что он своим золотом может поработить себе «и вольный Гений», – «и добродетель, и бессонный труд». –

Я свистну, и ко мне послушно, робко Вползет окровавленное злодейство, И руку будет мне лизать, и в очи Смотреть, в них знак моей читая воли. Мне все послушно, я же – ничему…

Он наслаждается сознанием этой силы, сознанием доступности ему всех наслаждений мира, но никогда из-за своей скупости не истратит ни одной горсти из накопленных сокровищ; напротив, он хотел бы до самой смерти и даже после смерти скрывать от «взоров недостойных» свой подвал:

О, если б из могилы Придти я мог, сторожевою тенью Сидеть на сундуке и от живых Сокровища мои хранить, как ныне!

На сына своего рыцарь клевещет, чернит его в глазах герцога только из страха, что тот будет тратить накопленные отцом деньги.

И в то же время барон – живая душа, в нем еще есть человеческие чувства; угрызения совести еще не умерли в нем, он знает их муки:

  • Совесть, Когтистый зверь, скребящий сердце, совесть, Незванный гость, докучный собеседник, Заимодавец грубый;
  • эта ведьма, От коей меркнет месяц и могилы Смущаются и мертвых высылают!

Видно много выстрадал барон в борьбе со своей совестью, стараясь заглушить ее голос.

Скупой рыцарь. Картина К. Маковского, 1890-е

Рядом с бароном, в противоположность ему, встает перед нами куда более симпатичный образ его сына Альбера. Пылкий юноша страдает от жалкого положения, в котором держит его отец, от «стыда горькой бедности». Но эта бедность не развивает в нем скупости, которой так легко было бы заразиться «под кровлею одной с отцом»; Альбер не становится скрягой: денег у него нет, но мы видим, что и последнюю бутылку подаренного ему вина он посылает через своего слугу больному кузнецу. Он не может любить своего отца, но как он негодует, как потрясен, когда понимает намек еврея-ростовщика, предлагающего ему отравить отца! Доведенный до отчаяния этим ужасным, подлым предложением еврея, Альбер решает идти к герцогу, жаловаться и «искать управы». Такое же пылкое, бурное негодование охватывает его честную, благородную душу, когда он слышит возводимую на него отвратительную клевету отца. Такая несправедливость и ложь доводит его до того, что он кричит в лицо отцу: «вы лжец!» – и принимает вызов, брошенный ему бароном.

27 стр., 13091 слов

НРАВСТВЕННЫЕ УРОКИ «МАЛЕНЬКИХ ТРАГЕДИЙ» АЛЕКСАНДРА СЕРГЕЕВИЧА ПУШКИНА

... время чумы». Проблема бездуховности, безнравственности, нравственных уроков волнует Пушкина в Болдинскую осень, и появляется сборник "Маленькие трагедии". Появляется стремительно. Психологизм человеческой души, охваченной всепоглощающей, но ... Достоевский и далее утверждает, - По-моему, Пушкина мы еще и не начинали узнавать: это гений, опередивший русское сознание. Он обладал духовной силой, - ...

Несколькими штрихами необычайно ярко и реально изображена фигура еврея Соломона с его беспринципной корыстной душонкой. Этот

знает цену и силу денег! Страх слабого перед сильным и в то же время алчность его мелкой души чувствуется в его осторожных выражениях, оговорках: когда неясно, полунамеками он рассказывает о «чудесном торге» своего друга, Товия, Альбер нетерпеливо спрашивает:

«Твой старичок торгует ядом?» «Да – И

ядом…»

отвечает Соломон. Этим « и

» еврей тщится смягчить своё гнусное предложение отравить барона.

В трех коротких сценах «Скупого рыцаря» Пушкиным сжато, живо и реально изображены характеры всех действующих лиц, глубокая трагедия человека, зачерствевшего в своих пороках и погибающего от них.

В «маленьких трагедиях» Пушкин сталкивает взаимоисключающие и вместе с тем неразрывно связанные точки зрения и правды своих героев в своеобразном полифоническом контрапункте. Это сопряжение противоположных жизненных начал проявляется не только в образно-смысловой структуре трагедий, но и в их поэтике. Это наглядно проявляется уже в названии первой трагедии — «Скупой рыцарь».

Действие происходит во Франции, в позднее средневековье. В лице барона Филиппа Пушкин запечатлел своеобразный тип рыцаря-ростовщика, порожденный эпохой перехода от феодальных отношений к буржуазно-денежным. Это особый социальный «вид», своего рода социальный кентавр, причудливо сочетающий в себе черты противоположных эпох и укладов. В нем живы еще представления о рыцарской чести, о своей социальной привилегированности. В то же время он носитель уже других устремлений и идеалов, порождаемых возрастающей силой денег, от которых уже в большей мере, чем от происхождения и титулов, зависит положение человека в обществе. Деньги расшатывают, размывают границы сословно-кастовых групп, рушат перегородки между ними. В связи с этим увеличивается значение личностного начала в человеке, его свободы, но вместе с тем и ответственности — за себя и других.

Барон Филипп — крупный, сложный характер, человек огромной воли. Главной его целью становится накопление золота как главной ценности в формирующемся новом укладе жизни. Поначалу это накопительство для него не самоцель, а лишь средство обретения полной независимости и свободы. И Барон как будто достигает своей цели, о чем говорит его монолог в «подвалах верных»: «Что не подвластно мне? Как некий демон Отселе миром править я могу…» и т. д. (V, 342-343).

Однако эта независимость, власть и сила покупаются слишком дорогой ценой — слезами, потом и кровью жертв бароновой страсти. Но превращением других людей в средство осуществления его цели дело не ограничивается. Барон и себя в конце концов превращает лишь в средство осуществления этой цели, за что расплачивается утратой своих человеческих чувств и качеств, даже и таких естественных, как отцовские, воспринимая родного сына как своего смертельного врага. Так деньги из средства обретения независимости и свободы незаметно для героя превращаются в самоцель, придатком которой становится Барон. Недаром его сын Альбер говорит о деньгах: «О, мой отец не слуг и не друзей В них видит, а господ, и сам им служит… как алжирский раб, -Как пес цепной» (V, 338).

12 стр., 5745 слов

А.С. Пушкин. "Маленькие трагедии"

... Михайловской ссылки, видоизменялся, приобретая новые очертания к 1830 году. 23 октября Пушкин закончил первую из "Маленьких трагедий" "Скупой рыцарь". 26 октября -- завершение работы над "Моцартом и Сальери" ... его убить, «чтобы обокрасть». Альбер вбегает в комнату, обвиняет отца во лжи. Барон вызывает сына на дуэль (бросает перчатку), Альбер принимает вызов (поднимает перчатку). Герцог ...

Пушкин как бы заново, но уже реалистически переосмысливает проблему, поставленную в «Кавказском пленнике»: неизбежность обретения на путях индивидуалистического бегства от общества вместо чаемой свободы — рабства. Эгоистическая монострасть приводит Барона не только к его отчуждению, но и к самоотчуждению, т. е. к отчуждению от своей человеческой сущности, от человечности как ее основы.

Однако у барона Филиппа есть своя правда, которая объясняет и в какой-то мере оправдывает его жизненную позицию. Думая о своем сыне — наследнике всех его богатств, которые ему достанутся без всяких усилий и забот, он видит в этом попрание справедливости, разрушение основ утверждаемого им миропорядка, в котором все должно быть достигнуто и выстрадано самим человеком, а не передаваться как незаслуженный дар божий (в том числе и царский престол — тут возникает интересная перекличка с проблематикой «Бориса Годунова», но на иной жизненной основе).

Наслаждаясь созерцанием своих сокровищ, Барон восклицает: «Я царствую!.. Какой волшебный блеск! Послушна мне, сильна моя держава; В ней счастье, в ней честь моя и слава!» Но вслед за этим его обуревают вдруг смятение и ужас: «Я царствую… но кто вослед за мной Приимет власть над нею? Мой наследник! Безумец, расточитель молодой. Развратников разгульных собеседник!» Барона ужасает не неизбежность смерти, расставания с жизнью и с сокровищами, а нарушение высшей справедливости, которая придавала его жизни смысл: «Он расточит… А по какому праву? Мне разве даром это все досталось… Кто знает, сколько горьких воздержаний, Обузданных страстей, тяжелых дум, Дневных забот, ночей бессонных мне Все это стоило?.. Нет, выстрадай сперва себе богатство, А там посмотрим, станет ли несчастный То расточать, что кровью приобрел» (V, 345-346).

Здесь есть своя логика, стройная философия сильной и трагической личности, со своей последовательной, хотя и не выдержавшей испытания на человечность правдой. Кто виноват в этом? С одной стороны, исторические обстоятельства, эпоха наступающей меркантильности, при которой ничем не сдерживаемый рост материального богатства ведет к духовному обнищанию и превращает человека из самоцели всего лишь в средство достижения других целей. Но Пушкин не снимает ответственности и с самого героя, выбравшего путь достижения свободы и независимости в индивидуалистическом отъединении от людей.

С проблемой выбора жизненной позиции связан и образ Альбера. Упрощенным представляется его распространенное истолкование как измельченного варианта личности его отца, в котором со временем будут утрачены черты рыцарства и восторжествуют качества ростовщика-накопителя. В принципе такая метаморфоза возможна. Но она не фатально неизбежна, ибо и от самого Альбера зависит, сохранит ли он присущие ему открытость людям, общительность, доброту, умение думать не только о себе, но и о других (здесь показателен эпизод с больным кузнецом), или растеряет эти качества, как его отец. В этом плане знаменательна финальная реплика Герцога: «Ужасный век, ужасные сердца». В ней вина и ответственность как бы равномерно распределяются — между веком и «сердцем» человека, его чувством, разумом и волей. В момент развития действия барон Филипп и Альбер выступают, несмотря на кровное родство, как носители двух противостоящих, но в чем-то и взаимокорректирующих правд. И в той и в другой есть элементы и абсолютности, и относительности, проверяемые и развиваемые в каждую эпоху каждым человеком по-своему.

3 стр., 1213 слов

«Пир во время чумы» и другие «маленькие трагедии» Пушкина

... трагедии устроили пиршество во время чумы. Вокруг — тележки с трупами, преданы земле уже и многие родственники пирующих. Но участники пира, ... — прямое продолжение негодующей реплики герцога в трагедии «Скупой рыцарь»: «Ужасный век, ужасные сердца!» Однако, ... барон при мысли о том, что результат его самоотверженной жизни достанется «безумцу, расточителю молодому» Альберу, ... сочинение , тогда жми кнопку

В «Скупом рыцаре», как и во всех других «маленьких трагедиях», реалистическое мастерство Пушкина достигает своего расцвета — по глубине проникновения в социально-историческую и нравственно-психологическую сущность изображаемых характеров, по умению рассмотреть во временном и частном — непреходящее и общечеловеческое. В них достигает своего полного развития и такая особенность поэтики пушкинских произведений, как их «головокружительная краткость» (А. Ахматова), заключающая в себе «бездну пространства» (Н. Гоголь).

От трагедии к трагедии возрастает масштабность и содержательная емкость изображаемых образов-характеров, глубина, в том числе и нравственно-философская, отображаемых конфликтов и проблем человеческого бытия — в его особых национальных модификациях и глубинных общечеловеческих «инвариантах».

Омск

Нравственно-философская проблематика трагедии «Скупой рыцарь»

«Нечего говорить об идее поэмы «Скупой рыцарь: она слишком ясна и сама по себе и по названию поэмы. Страсть скупости — идея не новая, но гений умеет и старое сделать новым…», — так писал, определяя идейный характер произведения . Г. Лесскис, о трагедии в отношении ее публикации (нежелание Пушкина опубликовать трагедию под своим именем, приписывание авторства несуществующему драматургу английской литературы Ченстону), считал, что идейная направленность все же предельно ясна и проста: «В отличие от довольно загадочной внешней истории пьесы, ее содержание и коллизия представляется более простыми, чем в трех других» . По всей видимости, отправным моментом осмысления идейной природы произведения служил, как правило, эпитет, образующий смысловой центр названия и являющийся ключевым словом в кодовой означенности разрешения конфликта. И потому идея первой пьесы цикла «Маленькие трагедии» кажется «простой» — скупость.

Нам же видится, что данная трагедия посвящена не столько самой скупости, сколько проблеме ее осмысления, проблеме осмысления нравственности и духовного саморазрушения. Объектом философско-психологического и этического исследования становится человек, чьи духовные убеждения оказываются непрочными в кольце искушения.

Порочной страстью был поражен мир рыцарской чести и славы, стрела греха пробила самои основы бытия , уничтожила нравственные опоры. Все, что когда-то определялось понятием «рыцарский дух», было переосмыслено понятием «страсть».

Смещение жизненных центров приводит личность в духовную западню, своеобразным выходом из которой может стать лишь шаг, сделанный в пропасть не-бытия. Действительность осознанного и определенного жизнью греха ужасна своей реальностью и трагична своими последствиями. Однако силою осознания этой аксиомы обладает лишь один герой трагедии «Скупой рыцарь» — Герцог. Именно он становится невольным свидетелем нравственной катастрофы и бескомпромиссным судьей ее участников.

Скупость, действительно, является «двигателем» трагедии (скупость как причина и следствие растраченности духовных сил).

Но смысл ее просматривается не только в мелочности скряги.

Барон не просто скупой рыцарь, но и скупой отец — скупой на общение с сыном, скупой на открытие ему истин жизни. Он закрыл свое сердце перед Альбером, предопределив тем самым свой конец и погубив еще не окрепнувший духовный мир своего наследника. Барон не хотел понять, что сын наследует не столько его золото, сколько его жизненную мудрость, память и опыт поколений.

2 стр., 934 слов

И что ни человек, то мученик, что ни жизнь, то трагедия По романам ...

... счастлива». Это утверждение Анны Аркадьевны из романа Л.Н. Толстого «Анна Каренина». Ее связь с графом Вронским, презрение ... оставляет глубокий, неизлечимый след в душе, потеря родного и близкого — ломает человека. Однако трагедия человеческой жизни отнюдь не ... гигант!» — говорит Евгений Базаров в романе И.С. Тургенева «Отцы и дети» перед своей смертью. В его словах — неприкрытое страдание ...

Скупой на любовь и душевность, Барон замыкается на себе, на своей отдельности. Он самоустраняется от истинности семейных отношений, от «суетности» (какую видит вне своего подвала) света, создавая свой собственный мир и Закон: Отец реализуется в Создателе. Желание обладать золотом перерастает в эгоистическое желание обладать Вселенной. На троне должен быть только один правитель, в небесах — только один Бог. Такой посыл становится «подножием» Власти и причиной ненависти к сыну, который мог бы быть продолжателем Дела отца (имеется ввиду не пагубная страсть к накопительству, но дело семьи, передача от отца к сыну духовного богатства рода).

Именно эта уничтожающая и отмечающая своей тенью все проявления жизни скупость становится предметом драматического осмысления. Однако от авторского взгляда не ускользают и латентные, «вырисовывающиеся» исподволь причинные основы порочности. Автора интересуют не только результаты завершенности, но и их перво-мотивы.

Что заставляет Барона стать аскетом? Стремление стать Богом, Вседержителем. Что заставляет Альбера желать смерти отца? Желание стать обладателем золотых запасов барона, желание стать свободной, самостоятельной личностью, а главное, уважаемой и за храбрость и за состояние (что само по себе как посыл к существованию, но не к бытию, является вполне объяснимым и характерным для многих людей его возраста).

«Сущность человека — писал В. Непомнящий — определяется тем, что он в конечном счете хочет и что делает для осуществления своего желания. Поэтому «материалом» «маленьких трагедий» являются страсти человеческие. Пушкин взял три основные: свободу, творчество, любовь […]

Со стремления к богатству, являющемуся, по мнению, Барона, залогом независимости, свободы началась его трагедия. К независимости — тоже через богатство — стремится Альбер […]» .

Свобода как толчок, как призыв к реализации задуманного становится показателем, сопроводительным «элементом» и одновременно катализатором действия, имеющего нравственную значимость (позитивную или негативную).

Все в этом произведении максимально совмещено, синкретически сфокусировано и идейно сконцентрировано. Инверсионность заповеданных истоков бытия и дисгармоничность отношений, семейная отторгнутость и родовая прерванность (нравственная разорванность поколений) — все это отмеченные фактом реальности синт е

зы (синтетически организованные показатели) духовной драмы.

Алогизм отношений на уровне Отец — Сын является одним из показателей нравственной трагедии именно потому, что этическое значение конфликт драматического произведения получает не только (и не столько) тогда, когда разрешается по вертикали: Бог — Человек, но и тогда, когда герой становится богоотсутпником в реально-ситуативных фактах, когда осознанно или неосознанно «идеальное» подменяет «абсолютным».

Многоуровневость значений и разрешений конфликта определяет и полисемичность подтекстовых смыслов и их интерпретаций. Однозначности в понимании того или иного образа, той или иной проблемы, отмеченной вниманием автора, мы не обнаружим. Драматическому творчеству Пушкина не характерна категоричность оценок и предельная очевидность выводов, что было свойственно классицистической трагедии. Потому важно в ходе анализа его пьес внимательно вчитываться в каждое слово, отмечать перемены интонаций героев, видеть и чувствовать мысль автора в каждой ремарке.

9 стр., 4251 слов

Сочинение отцы и дети в русской литературе

... повторить отца, стать иным отцом. И мы вновь видим, что идиллия в теме отцов и детей, внешне столь естественная и желанная, так и не воссоздана в литературе. Отцы и дети — одна из самых трагических тем русской классики. ... вещей, таков status quo, и нечего доискиваться до причин . Взаимные претензии возникают из самого положения, что, скажем, пушкинский Барон – отец, а Альбер – сын, иначе нет ...

Важным моментом в осмыслении идейно-содержательного аспекта произведения также является и аналитическое «прочтение» образов главных героев в их неразрывной соотнесенности и непосредственном отношении к уровневым фактам разрешения конфликта, имеющего амбивалентную природу.

Мы не можем согласиться с мнением некоторых литературоведов, видящих в этом произведении так же, как и в «Моцарте и Сальери», только одного главного героя, наделенного силой и правом движения трагедии. Так, М. Косталевская о — соответствует числу один. Главный, и по сути единственный герой — Барон. Остальные персонажы трагедии периферийны и служат лишь фоном центрального лица. И философия, и психология характера сконцентрированы и полно выражены в монологе Скупого рыцаря […]» .

Барон, несомненно, является важнейшим, глубоко психологически «выписанным» знакообразом. Именно в соотнесении с ним, с его волей и его личностной трагедией просматриваются и графически отмеченные реальности со-бытия Альбера.

Однако несмотря на всю видимую (внешнюю) параллельность их жизненных линий, они все же являются сыновьями одного порока, исторически предопределенными и фактически существующими. Их зримая различность во многом объясняется и подтверждается возрастными, а потому и временными, показателями. Барон, пораженный всепоглощающей греховной страстью, отвергает своего сына, зарождая в его сознании ту же греховность, но отягощенную еще и скрытым мотивом отцеубийства (в финале трагедии).

Альбер так же движет конфликт, как и барон. Уже одно осознание того, что сын наследник, что он тот, кто будет после, заставляет Филиппа ненавидеть его и бояться. Ситуация по своей напряженной неразрешимости сходная с драматической ситуацией «Моцарта и Сальери», где зависть и страх за собственную творческую несостоятельность, мнимое, оправдательное стремление «спасти» Искусство и восстановить справедливость заставляют Сальери убить Моцарта. С. Бонди, размышляя над этой проблемой, писал: «В «Скупом рыцаре» и «Моцарте и Сальери» позорной страстью к наживе, скупостью, не гнушающейся преступлениями, завистью, доводящей до убийства друга, гениального композитора, охвачены люди, привыкшие к всеобщему уважению, и, главное, считающие это уважение вполне заслуженным […] И они стараются уверить себя в том, что их преступными действиями руководят или высокие принципиальные соображения (Сальери), или если и страсть, то какая-то иная, не столь позорная, а высокая (барон Филипп)» .

В «Скупом рыцаре» боязнь отдать все тому, кто этого на заслуживает, порождает лжесвидетельство (поступок, по своим конечным результатам нисколько не уступающий действию яда, брошенного в «чашу дружбы»).

Замкнутый круг противоречий. Пожалуй, так стоило бы охарактеризовать конфликтность данного произведения. Здесь все «взращено» и замкнуто на противоречиях, противоположностях. Казалось бы, отец и сын противопоставлены друг другу, антиномичны. Однако это впечатление обманчиво. Действительно, изначально зримая установка на «горести» бедной юности, изливаемые обозленным Альбером, дают повод видеть разность героев. Но стоит только внимательно проследить за ходом мысли сына, как становится очевидной имманентная, пусть даже отмеченная в своей первооснове разнополярными знаками, их нравственная родственность с отцом. Хотя барон и не научил Альбера ценить и беречь то, чему посвятил свою жизнь.

7 стр., 3067 слов

Философия Альбера Камю

... мире по воле случая, и ему не на что опереться. Альбер Камю. Общие сведения Альбер Камю (1913- 1960)- французский философ, публицист, писатель, драматург, Лауреат Нобелевской ... 1956), "Шведские речи" (1958) и др. Философ экзистенциальной ориентации. Центральной для Камю является проблема философского оправдания стоического, бунтарского сознания, противопоставленного "безрассудному молчанию мира". ...

Во временном отрезке действия трагедии Альбер молод, легкомысленен, расточителен (в своих мечтах).

Но что будет потом. Возможно, прав Соломон, предрекающий юноше скупую старость. Вероятно, и Альбер когда-нибудь произнесет: «Мне разве даром это все досталось…» (имея ввиду и смерть отца, открывшую ему путь в подвал).

Ключи, которые так безуспешно пытался отыскать барон в момент, когда жизнь его покидала, отыщет его сын и «грязь елеем царским напоит».

Филипп не передал, но по логике жизни, по воле автора произведения и по воле Бога, испытанием проверяющего духовную стойкость своих детей, против собственного желания «бросил» наследство, как бросил перчатку сыну, вызвав его на дуэль. Здесь вновь возникает мотив искушения (констатирующий незримое присутствие Дьявола), мотив звучащий уже в первой сцене, в первом же объемном монологе-диалоге (о пробитом шлеме) и первом же идейно значимом диалоге (диалоге Альбера и Соломона о возможности скорейшего получения денег отца).

Этот мотив (мотив искушения) так же вечен и стар, как и мир. Уже в первой книге Библии читаем об искушении, результатом которого стало изгнание из Рая и обретение человеком земного зла.

Барон понимает, что наследник желает его смерти, в чем случайно признается, о чем проговаривается и сам Альбер: «Ужель отец меня переживет?»

Нельзя забывать, что Альбер все же не воспользовался предложением Соломона отравить отца. Но этот факт нисколько не опровергает наличие у него мысли, желания скорейшей смерти (но: не убийства!) барона. Желать смерти — это одно, но убить — совершенно другое. Сын рыцаря оказался не способным совершить поступок, на который смог решиться «сын гармонии»: «В стакан воды подлить… трех капель…». Ю. Лотман в этом смысле о пир Барона состоялся, но другой пир, на котором Альбер должен был бы отравить отца, лишь упомянут. Этот пир произойдет в «Моцарте и Сальери», связывая «рифмой положений» эти две столь различные в остальном пьесы в единую «монтажную фразу». .

В «Моцарте и Сальери» слова героя первой трагедии, детализирующие весь процесс убийства, переструктурируются в ремарку автора со значением «действие — результат»: «Бросает яд в стакан Моцарта». Однако в минуту сильнейшего духовного напряжения сын принимает «первый дар отца», готовый сразиться с ним в «игре», ставка которой жизнь.

Неоднозначность конфликтно-ситуативных характеристик произведения определяется разностью исходных мотивов их возникновения и разнонаправленностью разрешения. Уровневые срезы конфликта обнаруживаются в векторах нравственных движений и знаках духовной дисгармонии, отмечающих все этические посылы и действия героев.

Если в «Моцарте и Сальери» противопоставление определено семантикой «Гений — Ремесленник», «Гений — Злодейство», то в «Скупом рыцаре» противопоставление идет в семантическом поле антитезы «Отец — Сын». Уровневая различность исходных показателей духовной драмы приводит и к различности финальных знаков ее развития.

Осмысляя вопросы нравственно-философской проблематики «Скупого рыцаря», следует сделать вывод о всезначимости этического звучания трагедии Пушкина, всеохватности поднимаемых тем и общечеловеческом уровне разрешения конфликта. Все векторные линии развития действия проходят через этическое подтекстовое пространство произведения, затрагивая глубинные, онтологические аспекты жизни человека, его греховности и ответственности перед Богом.

Библиографический список

[Электронный ресурс]//URL: https://litfac.ru/sochinenie/po-proizvedeniyu-skupoy-ryitsar/

1. . — М., 1985. — С. 484.

2. Пушкинский путь в русской литературе . — М.,1993. — С.298.

3. «Моцарт и Сальери», трагедия Пушкина, Движение во времени. — М., 19с.

«Скупой рыцарь» был задуман в 1826 г., а закончен в Болдинскую осень в 1830 г. Напечатан в 1836 г. в журнале «Современник». Пушкин дал пьесе подзаголовок «Из Ченстоновой трагикомедии». Но у писателя 18 в. Шенстона (в традиции 19 в. его имя писалось Ченстон) не было такой пьесы. Возможно, Пушкин сослался на иностранного автора, чтобы современники не заподозрили, что поэт описал отношения со своим отцом, известным скупостью.

Сочинение на тему скупой рыцарь

Полное название первой из маленьких трагедий — «Скупой рыцарь (сцены из Ченсто-новой трагикомедии: The covetous Knight)». Почему Пушкин сделал отсылку к несуществующему произведению английского поэта Ченстона? Что это: литературный прием, позволяющий заинтриговать читателя, или стремление скрыть воплощенную в образах исторических, пусть и вымышленных, сущность современного эгоизма? По-видимому, и то и другое. Ссылка на Ченстона служит как бы своеобразной литературной реминисценцией, вводящей читателя в привычный круг тем, образов, деталей, что позволяло автору создать очень скупыми средствами точную, выразительную картину изображаемой эпохи. И в то же время толчком к столь убедительной мистификации были и личные мотивы: поэт опасался, что современники могут воспринять сюжет как историю взаимоотношений в семье Пушкиных (скупость отца Александра Сергеевича была общеизвестна).

В начале пьесы действие происходит в башне средневекового замка: в разговоре рыцаря с оруженосцем речь идет о прошедшем и будущем рыцарском турнире, шлеме, латах и коне, о блестящей победе. Налицо все внешние атрибуты рыцарства, тот романтический флер, который был хорошо знаком читателям по романам Вальтера Скотта. Однако романтический колорит представляет лишь внешнюю сторону событий, небольшая реалистическая ремарка героя резко снижает высокий строи речи Альбера, его воЗБЫ-щенный образ и эмоциональный фон произведения, и вот произведение уже напоминает роман Сервантеса. Когда герой «помчался вихрем и бросил графа на двадцать шагов, как маленького пажа», и прекрасная Клотильда, дама рыцарских романов, «закрыв лицо, невольно закричала», Альбер неожиданно раскрывает весьма прозаическую причину своей «силы дивной»: Взбесился я за поврежденный шлем, Геройству что виною было? — скупость. Времена крестовых походов безвозвратно прошли, рыцарский турнир — это такое же развлечение (хоть и опасное), как и пир при дворе герцога, а шлем и латы перестали выполнять защитную функцию и превратились в атрибуты роскоши, без которых стыдно и перед другими рыцарями, и перед прекрасными дамами. Альбер сокрушается оттого, что не в состоянии приобрести новый шлем, крайне необходимый для участия в очередном турнире, а его соперник хоть формально и проиграл, но понес меньший ущерб, чем победитель: Его нагрудник цел венецианский, А грудь своя: гроша ему не стоит; Другой себе не станет покупать. Внутренний драматизм пьесы определяется уже в начальной реплике героя: «Во что бы то ни стало на турнире явлюсь я». Противоречие между бедностью и стремлением соблюсти приличия, обострившая жизненную активность Альбера первая победа, дающая герою в его представлении моральное право претендовать на заслуженные блага, неизбежно приводят его к утверждению жизненного принципа: добиваться цели во что бы то ни стало. Вера в свою избранность, убежденность в своем праве на удовлетворение потребностей любой ценой вступают в непримиримый конфликт q внешним миром, со всеми, кто мешает достижению жизненных целей, и ведут к преступлению: ведь другие люди воспринимаются как досадная неприятность, подлежащая устранению. Так считает не только Альбер, но и его отец, и ростовщик. Каждый из них преследует свою цель, которая каждому представляется единственно достойной. Добиваться удовлетворения своих потребностей — жизненный принцип главных героев трагедии. Во что бы то ни стало хочет жить по-рыцарски Альбер, а для этого ему нужны деньги. Во что бы то ни стало стремится заполучить богатство старого барона ростовщик Соломон. Он уже ссужал молодого рыцаря деньгами и рассчитывает на скорый возврат долга. Во что бы то ни стало защищает свои сокровища Скупой рыцарь. Баронское золото, спрятанное в сундуках, — вершина всех помыслов героев трагедии, предмет, определяющий их поведение. Правда, ценность золота, его магическая власть, воспринимается героями по-разному. Ростовщик относится к деньгам наиболее прагматично. Он профессионал, зарабатывает, отдавая деньги в рост. Богатство для него — естественный результат затраченных усилий, признак состоятельности, возможность удовлетворять свои желания. Но и богатый ростовщик не защищен от унижений, и он не обрел подлинной душевной свободы и независимости. Хитрый еврей много вложил в молодого наследника сокровищ и вынужден во что бы то ни стало добиться от Альбера согласия отравить отца, чтобы с лихвой вернуть свои деньги. Он очень искусно расставляет свои сети, страстно желая добраться до подвалов рыцарского замка, для чего исподволь подводит Альбера к простому способу разрешения всех его проблем: Барон здоров. Бог даст — лет десять, двадцать, И двадцать пять и тридцать проживет он. Но все ухищрения Соломона обернулись против него. Возмущению молодого барона не было предела: «Как! Отравить отца! И смел ты сыну…». Альбера оскорбило, что презренный еврей посмел сделать столь гнусное предложение ему, рыцарю, для которого бесчестье страшнее смерти. После этого потрясения рыцарь решительно отказался от услуг ростовщика, назвав его Иудой: Его червонцы будут пахнуть ядом, Как сребреники пращура его… Так что же, Альбер, истинный рыцарь, смог переступить через свою безудержную жажду: ведь деньги нужны ему как воздух. А ведь он действительно ненавидит отца и ждет его смерти, считая жадность родителя источником своих бед. Характеристика старого барона Альбером безжалостна и не оставляет сомнений в его истинном отношении к отцу: …как алжирский раб, Как пес цепной. В нетопленной конуре Живет, пьет воду, ест сухие корки, Всю ночь не спит, все бегает да лает. А золото спокойно в сундуках Лежит себе. Альбер считает, что вправе претендовать на золото отца: его рыцарская честь, укрепившаяся победой в турнире, могла получить реальную силу, только опираясь на материальную основу. Но он проявил благородство, одержал нравственную победу над ростовщиком. Значит, его жизненный принцип «во что бы то ни стало» в большей степени лозунг, чем руководство к действию, а индивидуалистические устремления ограничены жесткими рамками совестливости? Разумеется, конечная цель Альбера — не деньги, а внутренняя свобода, а деньги являются лишь средством обрести полноту жизни. Но в диалоге с жидом он проявил не совестливость, а рыцарскую честь. На следующий день Альбер, не колеблясь, примет вызов старого барона, чтобы мечом добыть наследство. Но ведь, по сути, это равносильно убийству: силы сторон слишком неравны, чтобы считать поединок справедливым (разумеется, Альбер легко сразил бы старика, формально соблюдя все требования рыцарского кодекса чести).

Молодой рыцарь искренне обрадовался, принимая вызов барона: «Благодарю. Вот первый дар отца». Еще бы, ведь он рассчитывал добиться той же цели, к которой подталкивал его жид, привычными ему средствами, сохранив лицо и при этом практически ничем не рискуя. Да, Альбер слишком рыцарь, чтобы прибегать к бесчестному способу достижения цели, но это рыцарство показное. С точки зрения общечеловеческой морали, он готов совершить ради достижения цели банальное убийство, облеченное в форму рыцарского ритуала. А кто же такой Скупой рыцарь, смерти которого так жаждут другие персонажи? Действительно ли он столь презренное существо, достойное сравнения с псом и рабом, живущее лишь животной страстью к накопительству, или у него есть своя философия? Так же как и жид, барон сколотил состояние ростовщичеством; золото — история его жизни и свидетельство «человеческих забот, обманов, слез, молений и проклятий». Каждая монета напоминает Скупому рыцарю реальных людей, должников, не заслуживающих сострадания, потому что все они для него «ленивцы, плуты, бродяги и притворщики». Золото для барона — символ независимости и могущества: Что не подвластно мне? Как некий демон Отселе править миром я могу; Лишь захочу — воздвигнутся чертоги; В великолепные мои сады Сбегутся нимфы резвою толпою; И музы дань свою мне принесут, И вольный гений мне поработится, И добродетель и бессонный труд Смиренно будут ждать моей награды. Скупой рыцарь безраздельно царствует в своей вымышленной державе. Реально он не извлекает выгод из своего положения, живет исключительно скромно, что и дает повод Альберу возмущаться его жадностью. Но барону не нужно осуществление могущества золота, для него главное — чувствовать свое право на власть и осознавать возможность воспользоваться им в любой момент. Барон — своего рода поэт золота. Но защищать свое исключительное право на владение богатством он готов даже после смерти. Золото дается дорогой ценой: лишениями, кровью, жизнью. Поэтому барон негодует, предчувствуя претензии сына на богатство, которого тот не заслужил: Безумец, расточитель молодой… Он разобьет священные сосуды, Он грязь елеем царским напоит — Он расточит… А по какому праву? И барон, накопивший золото во имя высшей независимости, и Альбер, жаждущий богатства для осуществления реальной свободы, преследуют каждый свои цели, что не может не привести к трагической развязке: «Ужасный век, ужасные сердца!».

Герои и образы

Барон богат, но скуп. У него шесть сундуков, полных золота, из которых он не берёт ни копейки. Деньги – не слуги и не друзья для него, как для ростовщика Соломона, а господа. Барон не хочет признаться себе в том, что деньги поработили его. Он считает, что благодаря деньгам, спокойно спящим в сундуках, ему подвластно всё: любовь, вдохновение, гений, добродетель, труд, даже злодейство. Барон готов убить всякого, кто покусится на его богатство, даже собственного сына, которого вызывает на дуэль. Дуэли препятствует герцог, но барона убивает сама возможность потери денег. Страсть, которой одержим барон, поглощает его.

Иное отношение к деньгам у Соломона: это способ достижения цели, выживания. Но, как и барон, ради обогащения он не гнушается ничем, предлагая Альберу отравить собственного отца.

Альбер – достойный молодой рыцарь, сильный и храбрый, побеждающий на турнирах и пользующийся благосклонностью дам. Он полностью зависим от отца. Юноше не на что купить шлем и доспехи, платье для пира и коня для турнира, только от безысходности он решается жаловаться герцогу.

Альбер обладает прекрасными душевными качествами, он добрый, отдаёт последнюю бутылку вина больному кузнецу. Но он сломлен обстоятельствами и мечтает о том времени, когда золото перейдёт к нему по наследству. Когда ростовщик Соломон предлагает свести Альбера с аптекарем, продающим яд, чтобы отравить отца, рыцарь с позором его изгоняет. А вскоре Альбер уже принимает вызов барона на поединок, он готов драться насмерть с собственным отцом, оскорбившим его честь. Герцог за этот поступок называет Альбера извергом.

Герцог в трагедии – представитель власти, добровольно взявший на себя это бремя. Свой век и сердца людей герцог называет ужасными. Устами герцога Пушкин говорит и о своём времени.

Маленькая трагедия

написан за две недели осенью 1830 года

Выбор сюжета автобиографичен. С юношеских лет у Пушкина сложились трудные финансовые отношения с отцом. Скупость Сергея Львовича не позволила выпускнику Царскосельского лицея определиться в престижный лейб-гвардейский гусарский полк. Позднее в письмах к брату Льву поэт неоднократно жаловался на скудную материальную поддержку от родителя. О бедности Александра упоминает наместник Бессарабии генерал Инзов в депеше министру иностранных дел Иоанну Каподистрию.

История создания «драматического наброска»

Третьего сентября 1830 года Пушкин приехал в деревню Болдино. Цель поездки — оформление юридических документов на владение селом Кистенёво, которое С. Л. Пушкин выделил сыну. Разразившаяся эпидемия холеры задержала молодого человека в родительской усадьбе до начала зимы. Время, проведённое поэтом в имении отца, вошло в историю как «болдинская осень».

Первое упоминание о замысле «Скупого рыцаря» встречается в дневниковых записях Пушкина от 1826 года. На болдинской рукописи указана дата окончания работы над произведением — 23 октября 1830 года. Опубликован драматический этюд в первом выпуске журнала «Современник», который поэт основал в 1836 году.

Сюжетная линия

События происходят в эпоху феодализма, в середине XV века. Место действия — герцогство Бургундия.

Персонажи пьесы:

  • Герцог, местный правитель.
  • Филипп, французский барон.
  • Альбер, его сын.
  • Соломон, ростовщик.
  • Иван, слуга Альбера.

Сцена 1. Альбер сетует на отсутствие денег, которое не позволяет купить амуницию и коня для участия в рыцарских турнирах. Бедность не даёт возможности обзавестись приличной одеждой, чтобы присутствовать на герцогских пирах. Иван сообщает о приходе Соломона.

Ростовщик отказывается давать в долг 100 червонцев и предлагает юноше отравить отца. Альбер, взбешённый низостью жида, собирается повесить процентщика. Соломон убегает. Молодой рыцарь решает пожаловаться Герцогу на родителя.

Сцена 2. Барон спускается в подвал, где стоят шесть сундуков. Здесь хранятся сокровища старика. Филипп любуется кладом и размышляет о могуществе денег.

Сцена 3. Герцог и Альбер беседуют в за́мке. Завидев приближение отца, юноша уходит. Правитель предлагает старому рыцарю назначить сыну приличное содержание. На это Барон отвечает, что наследник намеревается убить его. Услышав лживое обвинение, Альбер вбегает в комнату. Старик вызывает молодого человека на дуэль. Но поединок не состоялся. Барон умирает от сердечного приступа.

Конфликт

Основной конфликт внешний: между скупым рыцарем и его сыном, претендующим на свою долю. Барон считает, что богатство нужно выстрадать, чтобы не расточать. Цель барона – сохранить и преумножить, цель Альбера – использовать и насладиться. Конфликт вызван столкновением этих интересов. Он усугубляется участием герцога, которому барон вынужден клеветать на сына. Сила конфликта такова, что только смерть одной из сторон может разрешить его. Страсть разрушает скупого рыцаря, читатель может только догадываться о судьбе его богатств.

Стиль и художественное своеобразие

Все «Маленькие трагедии» предназначены не столько для чтения, сколько для постановки: как театрально смотрится скупой рыцарь в тёмном подвале среди золота, мерцающего при свете свечи! Диалоги трагедий динамичны, а монолог скупого рыцаря – поэтический шедевр. Читатель так и видит, как в подвал вползает окровавленное злодейство и лижет руку скупому рыцарю. Образы «Скупого рыцаря» невозможно забыть.

  • «Скупой рыцарь», краткое содержание по сценам пьесы Пушкина
  • «Капитанская дочка», краткое содержание по главам повести Пушкина