Дмитрий Донской — начало княжения и знаменитая Куликовская битва

Сочинение

В истории Руси особым был период противодействия татарской орде. Фактически на протяжении длительного времени страна пребывала в рабстве. Помимо этого и собственные князья зачастую действовали только в собственных интересах, устраивали междоусобицы, но не думали освобождаться от общего захватчика.

Тем не менее был князь, который сумел оказать огромное воздействие на дальнейшую историю страны. Этим князем был Дмитрий Донской, который оказал отпор орде на Куликовом поле. Именно об этом историческом событии и рассказывает в собственном триптихе художник Ракша.

Картина, по сути, состоит из трех отдельных частей. Каждая часть объединяется общей мыслью и включена в общую канву. При этом саму битву Ракша оставляет как бы за рамками своего повествования, он говорит только о событиях которые предшествовали битве, но тоже имели существенное значение.

Сначала мы видим как Дмитрий Донской получает благословение от Сергия Радонежского. На этой части также изображаются молодой Андрей Рублев и Пересвет, который в дальнейшем окажется одним из основных действующих лиц.

На другой части изображаются проводы, на переднем фоне женщины и дети, которые с тоской смотрят на своих сынов, идущих на битву. Чуть поодаль идет вереница воинов, а за ними располагаются стены белокаменного кремля, который и следует отстоять. Эта часть полна тоски, но также и стоического мужества, с которым воины отправляются для того чтобы выполнить свое дело.

В центральной части триптиха изображение войска под предводительством князя, которому подносят меч. Он вглядывается в даль, остальные воину тоже смотрят туда. Позади стоит огромное войско.

Конечно, картина описывает не только исторические события и конкретных личностей, но также рассказывает и о Руси как таковой. Речь идет о зарождении великой страны о том как появилась настоящая Руси, освобожденная от иноземных захватчиков, преданная православию. Также художник подчеркивает подвиг множества великих людей (святые, воины и просто преданные стране люди), которые позволили сделать такую великую страну, которая развивалась на протяжении веков.

Начало княжения Дмитрия Донского , Дмитрий Донской был московским князем в период с 1359 по 1389 год.

За ярлык следовало побороться, и в этом Дмитрию Донскому огромную помощь оказала православная церковь. Напомним, что митрополичий престол к этому времени уже давно находился в Москве. Свою деятельность по возвращению Москве ярлыка на великое княжение развернул митрополит Алексий. Он отправился в орду лечить жену хана Женебека. Судя по данным источников, у жены хана было какое-то заболевание глаз, судя по всему бельмо. Как уж отважился митрополит Алексий оперировать это бельмо, мы не знаем, но операция оказалась удачной.

25 стр., 12434 слов

Сочинение вставай страна огромная вставай на смертный бой

... За землю нашу милую, За русский край родной! Вставай, Страна Огромная! Вставай на смертный бой С германской силой тёмною С тевтонскою Ордой! Пусть ... того уже принимавшего участие в боях и возвращенных в город на переформировку и лечение. Часть из них Боде лично ... мощь, – на «Союз большой». И это опрокидывает всю архитектонику строфы, разрушает логику эмоционального жеста и уже тем обессмысливает ...

Хан спросил, чего хочет в награду русский митрополит, и тот попросил награды не для себя, а для Дмитрия Донского и для Москвы. Он попросил, чтобы Москве вернули ярлык на великое княжение. Благодарный хан так и сделал. Популярность Дмитрия Донского, но и, разумеется, митрополита Алексия, после этого стала настолько велика, что попытки других князей получить этот ярлык заканчивались неудачей.

Когда в 1371 году ярлык получил тверской князь, он подошел к стенам Владимира, но выяснилось, что в город его жители пускать совершенно не собираются. Они заявили ему, что признают только своего великого князя — Дмитрия Московского. Возмущенный тверской князь обратился за помощью к орде, но орда сотрудничать отказалась. Ордынцы прекрасно понимали, если этого человека не воспринимают даже жители Владимира, чего уж говорить о жителях других регионов страны. И ярлык фактически остался в руках московского князя. Дмитрий Донской в этих процессах вообще не участвовал. Он заявил, что и сам за ярлыком не поедет и во Владимир никого не пустит.

Сочинение по картине Маторина Дмитрий Донской (описание)

Маторин – Дмитрий Донской

Изображенный на картине Виктора Маторина Князь и полководец Дмитрий Донской, это олицетворение мощи и силы духа русского народа. Каждая деталь на этой картине имеет свое значение.

Недаром нарисован Князь Донской, стоящим на фоне Кремля и вновь отстроенных белоснежных церквей с золотыми куполами- это символ веры в будущее, возрождения города после очередной войны.

Надетые на нем доспехи, не покрытая шлемом голова и правая рука на сердце- это знак верности своему народу, единства с ним, готовности служить до конца.

Изображенный без шлема князь и голубая гладь воды на заднем плане, как бы усиливают ощущение спокойствия и дают понять, что войны нет.

В его устремленном вперед взгляде видна сила и спокойствие, готовность отстоять свой народ от очередных набегов и защитить Русь от врагов.

Несмотря на всю грозность, суровость вида и военное одеяние чувствуется внутренняя доброта персонажа, свойственная русскому человеку.

2 вариант сочинение-описание 4 класс

На картине В. Маторина “Дмитрий Донской” мы видим важную историческую фигуру. На величественном фоне России-матушки изображен Дмитрий Донской.

На переднем плане полотна художник изобразил самый значимый образ этой картины – портрет князя. Используя благородные золотистые оттенки Маторин передает красоту сияющих доспехов Донского. Его одеяние очень опрятно и мужественно, как подобает великим князьям того времени.

5 стр., 2429 слов

По картине Дмитрий Донской Маторина 4, 6 класс (2)

... безграничной, искренней и верной любви. По легенде, несмотря на юный возраст супругов, ... что на ней Дмитрий женился в 12 лет, но молодая жена умерла через два года после свадьбы, от чумы. Святой благоверный князь Дмитрий Донской и Евдокия Московская считаются символами ...

На левую руку накинут красный плащ, украшенный драгоценными камнями и подчеркивающий статус Дмитрия Донского. Его выражение лица спокойно и серьезно, выражает достоинство целой страны. Рука расположена на груди, в области сердца. Значит, что он готов постоять за Русь.

На заднем плане картины мы видим мирное голубое небо, усыпанное облаками. Пара больших церквей ясно дает понять, автор изобразил именно Россию. Также мы видим берег реки, крепость, лодки, людей, но это не создает какой-то шумный образ, напротив, от этой репродукции исходит умиротворение.

Мне понравилась эта картина своим настроем, который художник умело передал через полотно. Использованные цвета, выбранный портрет и пейзаж необычайно гармонируют между собой. Рассматривая репродукцию, невольно хочется восхищаться Дмитрией Донским.

4 класс.

  • Сочинение по картине Ромадина Керженец (описание)Тонкость картины, ее внутренний мир, чувства видны с первого взгляда. Но картина многослойна, в ее перспективе каждый находит свой скрытый смысл
  • Сочинение по картине Мясоедова Страдная пора. Косцы 5, 6 класс (описание)Мне нравится эта картина, так как она очень солнечная. Солнце здесь такое жаркое, как в августе, «зрелое». Может быть, мне так кажется из-за того, что на картине люди собирают урожай. Они косят пшеницу или рожь.
  • Сочинение по картине Щербакова Колокольчики мои (описание)Борис Щербаков один из великих, неустанных художников, который писал пейзажи русской природы. Удавалось это ему чрезвычайно удачно. Произведения Щербакова невозможно не узнать среди тысяч других исполнителей.
  • Сочинение по картине Васнецова Северный крайКартина «Северный край» написана Айвазовским в 1899г. Вдохновленным путешествие по Уралу, и переполненный воспоминаниями о родном Вятском крае, мастер создает данное произведение.
  • Сочинение по картине Кипренского Портрет мальчика Челищева 8 классОрест Кипренский за свою жизнь заслужил звание знаменитого русского художника, благодаря своим чудесным портретам. Его работы занимали особое место в разделе романтизма, он помог развитию этого стиля.

Строительство каменного кремля

Несмотря на столь мирную позицию, Дмитрий Донской, видимо, уже тогда прекрасно понимал, что рано или поздно ему придется воевать с татарами. Начиная с 1367 года он строит новый московский кремль. Впервые, в истории города это кремль не деревянный, а каменный. В качестве строительного материала был взят белый камень из района деревни Мячково в 30 километрах от Москвы.

Этот белокаменный кремль оказался, правда, не слишком долговечным. Через сто лет он был заменен на современный кремль из красного кирпича, сложенный при Иване III. Но свою роль в истории города и в истории страны белокаменный кремль Дмитрия Донского сыграл. В частности, на его башнях, впервые в истории нашей страны, была установлена артиллерия.

Отказ платить дань и битва на реке Пьяне

После того, как в 1360 годы в золотой орде возник династический кризис, ханы стали оспаривать власть друг у друга, Москва поняла, что настало время сделать важный шаг. И начиная с 1377 года Москва и некоторые другие земли отказываются платить орде дань. Впрочем, наказание последовало практически сразу же. В том же самом 1377 году состоялось сражение на реке Пьяне, в котором татаро-монголы умудрились захватить русское войско врасплох и перебить многих воинов.

1 стр., 476 слов

История одной картины. “Утро” Татьяны Яблонской

... учебнике «Родная речь», советские школьники должны были писать об этой картине сочинение. Шедевр : “Утро” Автор: Татьяна Яблонская (1917 – 2005) ... улице Большой Васильковской, в котором происходит действие картины Однако у этой картины есть почти киношная история. Репродукцию «Утра» напечатал журнал «Огонек». ... была коммуналка. А родилась Лена 24 июля 1941 года. За месяц до этого, Яблонская и ее муж ...

Сражение на реке Пьяне заставило москвичей быть более осторожными, тем более, что в орде, наконец, кажется кончился династический кризис, и к власти пришел темник Мамай. Уже в следующем 1378 году Мамай отправил на Русь войско во главе с мурзой Бегече, но это войско было разбито москвичами в битве на реке Воже. Считается, что именно битва на реке Воже, стала прологом Куликовской битвы.

Легенды и мифы Куликова поля

8 сентября 1380 года возле впадения в Дон речки Непрядвы произошло сражение, получившее название Куликовской битвы. Итогом боя на Куликовом поле стала полная победа русских. О мифах и исторических фактах великого события читайте в материале «Ленты.ру».

На поле, расположенном возле впадения в Дон речки Непрядвы, супротив друг друга на рассвете выстроились русские и татарские войска. Едва рассеялся туман, началась сеча, продолжавшаяся как минимум три часа. Итогом ее стала полная победа русских полков, которые еще долго гнали бежавшего противника по степи.

История сия известна каждому мало-мальски грамотному россиянину, ее изучают в школе, она кочует из учебника в учебник уже не одно столетие. Естественно, этими сухими фактами дело не ограничивается, и рассказ о сражении обрастает подробностями. Например, сведениями о численности войск, расположении полков, участии самого Дмитрия Донского, знаменитом поединке Пересвета и Челубея и многих других. Однако с этой, казалось бы, общепризнанной информацией все обстоит гораздо сложнее.

Дело в том, что в нашем мире одновременно существуют две совершенно разные «истории». Есть учебный предмет, где все подчинено дидактике, методике, патриотическому воспитанию и прочим чисто педагогическим вопросам. Большинство описаний и трактовок в учебниках однозначны, дабы нерадивым школярам проще было их запоминать, почти всегда есть четкое деление на «своих» и «чужих», «хороших» и «плохих».

Другая «история» — сложнейшая наука, где практически нет точных ответов на вопросы. Это мир научных дискуссий и предположений, сложнейшее переплетение данных различных исторических дисциплин и полифония мнений. Историки, археологи, этнографы, нумизматы, специалисты по летописанию и прочие ученые мужи (и дамы, конечно) стараются создать не противоречащую множеству фактов версию событий, что подчас оказывается чрезвычайно сложно. Согласитесь, в школьном учебнике нет нужды отражать десятки точек зрения на происхождение славян, появление термина «Русь» или происхождение Рюрика, которые есть в современной российской исторической науке. А ведь ученые уже два с половиной века бьются над этими вопросами, и однозначного ответа все еще нет.

Репродукция картины Ореста Кипренского «Дмитрий Донской на Куликовом поле»

С Куликовской битвой ситуация примерно такая же. С точки зрения учебного предмета и абстрактных представлений любителей истории — вроде бы все известно и очевидно. А вот с точки зрения профессионалов — сплошные загадки. Попробуем поближе рассмотреть события тех лет и разобраться, какие из «общеизвестных» фактов действительно имеют право так именоваться, а какие носят легендарный характер.

13 стр., 6153 слов

Куликовская битва в литературных произведениях и исторических источниках

... памятников Куликовского цикла. В настоящем сборнике публикуются все три группы произведений о битве на ... видения» становятся заметным звеном в формировании исторического образа события. Авторитет Сергия Радонежского в ... о Мамаевых приготовлениях, поспешил великий князь Дмитрий за советом и благословением. (приложение 2) ... же нам видити», то в XIV-XV веках суть знамений уже «разгадывают» наиболее ...

Для начала посмотрим, какими сведениями располагает современная наука и насколько они достоверны. Начнем с летописных источников.

Самым ранним из дошедших до нас письменных источников является так называемая Краткая летописная повесть, которая, по мнению специалистов, была составлена в самом начале XV века — скорее всего, до 1409 года. Во всяком случае, этим временем датируется Троицкая летопись, погибшая при пожаре 1812 года в Москве, но частично дошедшая до нас по выпискам Н.М. Карамзина в примечаниях к его «Истории государства Российского». Почти дословно совпадающие с ней тексты сохранились в труде Рогожского летописца (середина XV века) и Симеоновской летописи (начало XVI века), так что можно почти наверняка утверждать, что у них был один первоисточник. Видимо, это самое близкое по времени и наиболее точное описание событий 1380 года, на основании которых уже создавались более поздние произведения.

Примерно в середине XV века появляется Пространная летописная повесть, которая вошла в IV Новгородскую и I Софийскую летописи. Эта летопись — уже не информационное сообщение, а художественно-публицистическое произведение, при создании которого использованы реминисценции из «Жития Александра Невского», «Чтения о Борисе и Глебе», а также многочисленные библейские цитаты. В описании скорби русских женщин и в «плаче Мамая» использовано апокрифическое «Слово на Рождество Христово о пришествии волхвов». Здесь мы впервые находим относительно подробный рассказ о ходе битвы, о погибших князьях и боярах и другие подробности. Некоторые именные указания очевидно ложные (упомянутые люди не могли участвовать в событиях 1380 года, поскольку тогда просто не жили), что объясняется желанием неких персон создать себе родословную — задействовать предков в реальных исторических событиях.

Два самых знаменитых источника — «Задонщина» и «Сказание о Мамаевом побоище» — появились на свет минимум через сто лет после описываемых в них событий. Это не исторические, а скорее эпические произведения, которые должны были стать основой новой идеологии только что обретшего независимость Московского царства, объявленного Третьим Римом и наследником великих традиций. Историческая канва взята из уже упомянутого Пространного описания, но появилось множество вставок, подробностей, перечислений ранее не известных имен и так далее. Воспринимать «Задонщину» и «Сказание» как исторические источники можно и нужно, но скорее как уникальные памятники литературы и политической мысли конца XV — начала XVI веков, нежели как источники информации о событиях, случившихся за сто лет до того.

Помимо этого стоит иметь в виду и иностранные (немецкие, польские и ордынские) упоминания и археологические данные. Последние могли бы дать самую точную картину, но они очень скудны. Уже довольно много лет в районе Дона и Непрядвы работает комплексная экспедиция Государственного исторического музея, но лишь в последнее время стали появляться относительно яркие артефакты — фрагменты доспехов, наконечники стрел и копий. Скромность находок не должна смущать: оружие в те времена было большой ценностью, и его собирали сразу после битвы, а братские могилы воинов располагались (по письменным источникам) на высоком берегу Дона и могли уйти под воду при изменении береговой линии. Кроме того, черноземные почвы и особенно вносимые в них годами удобрения очень агрессивны и не способствуют сохранению костей и вещей.

2 стр., 620 слов

Князь Дмитрий Донской и Евдокия Московская учащихся по русскому языку (4 класс)

... года великий князь Дмитрий Донской скончался. Умирая, он наказывал сыновьям беспрекословно подчиняться матери. По воле князя святая Евдокия фактически стала во главе Московской Руси. ... ему собирать союзников в борьбе с ханом Мамаем. Она каждый день молилась о спасении супруга. ... страшный пожар в Москве. Князь и княгиня помогали бедным, обездоленным людям. Княгиня на собственные деньги строила для ...

Находки на Куликовом поле

Фото: Юрий Кавер / Russian Look / Globallookpress.com

Зато недавно появились отчеты о палеоботанических исследованиях, которые здорово прояснили картину. Ученые доказали, что из-за изменения климата структура лесов и степей изменилась и ориентироваться на нынешний ландшафт при реконструкции событий не стоит. Была составлена относительно точная карта местности для конца XIV века, и практически наверняка определено место сражения — относительно небольшая поляна среди прибрежных лесов. Это большой успех, дающий возможность точнее интерпретировать события.

Если верить «Задонщине» и «Сказанию», численность русских войск доходила до 300 тысяч человек. В Пространном своде говорится примерно о 100 тысячах. Цифры впечатляющие, но, без сомнения, сильно завышенные.

Если сравнивать имеющиеся у нас достоверные данные о количественных показателях средневековых армий, то выяснится, что они никогда не превышали нескольких десятков тысяч, а чаще укладывались в пять-семь тысяч человек. Это соотносится и с населением Руси того времени. Скажем, Москва во второй половине XIV века вряд ли насчитывала более пятидесяти тысяч жителей, а боеспособного населения было, конечно, во много раз меньше.

Войско собиралось быстро, посему времени на сбор и вооружение ополчения из дальних деревень просто не было. Видимо, большую часть армии Дмитрия составили княжеские дружины, боярские отряды и городское ополчение.

Исходя из различных источников можно утверждать, что в Куликовской битве принимали участие воины из Московского, Владимирского, Ростовского, Ярославского, Белозерского, Моложского, Стародубского, Кашинского, Смоленского, Новосильского, Оболенского, Тарусского, возможно, Суздальско-Нижегородского и Муромского княжеств, а также их уделов. Помимо этого, были небольшие личные дружины безземельных князей, небольшие отряды из Пскова, где «сидел» князь Андрей Ольгердович, и Новгорода. Никогда ранее Русь не собирала столь масштабного и представительного войска, но все же численность его, по мнению большинства исследователей, не превышала тридцати тысяч ратников. В последние годы, ссылаясь на размер поля боя (согласно уже упомянутым недавним данным), специалисты говорят о 7-10 тысячах воинов, принимавших участие в сражении.

Татарское войско, видимо, несколько уступало в численности русскому. Хотя есть ордынские источники, говорящие о двукратном превосходстве Дмитрия, скорее всего, это тоже преувеличение. Но какой-то небольшой перевес у русичей был. Стоит отметить, что собственно татаро-монголов у темника (или беклярбека) Мамая было совсем немного, а большую часть его армии составляли наемные контингенты из народов, населявших Причерноморские степи, Северный Кавказ и Крым. Здесь имеет смысл напомнить, что Мамай, которого иногда ошибочно именуют ханом, был по отношению к Золотой Орде отщепенцем-сепаратистом — в это время он контролировал лишь степные районы западнее Волги, северное Причерноморье и Крым. Большую же часть Золотой Орды вплоть до северного Приазовья к этому времени уже завоевал хан Тохтамыш. В отличие от Мамая последний был настоящим чингизидом — потомком Чингиз-хана.

10 стр., 4860 слов

Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский

... Владимирским и Московскими княжествами. Князья Пожарские держались на своём уделе до 1566 года, а затем попали в опалу и на 35 лет исчезли с политической арены. 2. Кузьма Минин Кузьма Минин родился ... - воинский долг, и он выполнял его добросовестно и честно. Дмитрий Пожарский родился в ноябре 1578 году, в семье князя Михаила Федоровича Пожарского. С 1593 года князь Дмитрий, начал службу при ...

В войске Мамая были яссы, косоги, буртасы, черкесы, половцы, были и пресловутые «генуэзцы» — наемники, набранные в Кафе (Феодосии) и Сугдее (Судаке).

Вряд ли среди них были настоящие итальянцы, которых в Крыму было совсем немного, — скорее это был разношерстный портовый сброд.

На фронтоне храма Христа Спасителя в Москве можно увидеть горельеф (подлинник его находится в Донском монастыре): Сергий Радонежский благословляет на битву коленопреклоненного князя Дмитрия Ивановича и его брата Владимира Андреевича. За спиной у старца стоят воины-иноки Пересвет и Ослябя. Эта сцена настолько прочно вошла в души и сердца россиян, что достоверность ее не вызывает сомнений. Между тем в ней больше легендарного, нежели реального. Заезжал ли Дмитрий в Троице-Сергиеву лавру накануне Куликовской битвы? Вопрос этот не праздный, поскольку отношения у московского князя с официальной церковью в это время были очень напряженные.

В 1378 году почил митрополит Алексий (в миру — Елевферий Федорович Бяконт), заменивший Дмитрию рано умершего отца и фактически правивший страной в детские и отроческие годы князя. Теоретически, в соответствии с грамотой патриарха, освободившееся место должен был занять митрополит Киевский и Литовский Киприан, который сразу отправился в Москву. Но Дмитрий нового митрополита не принял — более того, Киприан был ограблен, заточен в поруб, а потом с позором изгнан за пределы княжества. Неудивительно, что после этого оскорбленный митрополит предал князя анафеме, о чем разослал грамоты во все епархии.

Репродукция картины Михаила Нестерова «Благословение Сергием Радонежским Дмитрия Донского на Куликовскую битву»

Дмитрий же тем временем отправил в Константинополь посольство во главе с близким ему священником Михаилом-Митяем, которого он просил рукоположить в митрополиты. Но молодой и здоровый Митяй по прибытии в Византию неожиданно преставился. Возможно, не без чьей-то помощи. Тогда бывшие в посольстве архимандриты решили выдвинуть из своего коллектива новую кандидатуру, коим стал Пимен, игумен Горицкого монастыря в Переславле-Залесском. Патриарх Нил утвердил его митрополитом Киевским и Русским, но одновременно митрополитом Литовским и Малоросским стал Киприан, к этому времени уже вернувшийся в Константинополь искать защиты.

13 стр., 6014 слов

Причины возникновения Москвы в исторической литературе

... причины возникновения Москвы Первые летописные упоминания о Москве относятся к 1147 году, но археологическими исследованиями установлено, что территория Москвы ... или слился со славянами. На территории Москвы, в процессе исторической миграции встретились еще два славянских ... пустые курганы. В 1140-х годах территорией нынешней Москвы владел боярин Кучка. В 1147 году великий князь Юрий, впоследствии ...

В итоге Киприан уехал в Литву, а Пимен двинулся к Москве. Но едва новый митрополит добрался до Коломны, как его схватили, заковали в железа и сослали в Чухлому — Дмитрий счел его самозванцем. Получилось, что высшей церковной власти в Москве нет, а князь вроде как предан анафеме вполне легитимным иерархом церкви. Учитывая менталитет людей того времени, это могло создать Дмитрию серьезные проблемы при сборе войска. Благословление Сергия Радонежского как безоговорочно почитаемого духовного лидера сразу поменяло бы картину, хоть и требовало бы от старца пойти против линии официальной церкви.

И все же, похоже, Дмитрий с преподобным Сергием перед Куликовской битвой не встречался. В ранних текстах об этом нет никаких упоминаний, появляется этот сюжет лишь в «Сказании о Мамаевом побоище» и в «Житии Сергия Радонежского». Но последний памятник, изначально созданный Епифанием Премудрым в начале XV века, дошел до нас лишь в поздних, так называемых пахомиевых (написанных Пахомием Логофетом) редакциях, которые появились даже позже «Сказания». Скорее всего, красивый сюжет о приезде Дмитрия к Сергию перекочевал в «Житие» из «Сказания», где он появился впервые.

Скульптурная группа, украшающая стены храма Христа Спасителя

Фото: Владимир Вяткин / РИА Новости

В этом рассказе множество нестыковок — как хронологических, так и фактических. Проанализировав их, большинство исследователей сходятся на том, что описанный визит князя и благословение Сергия в реальности, наверное, были, но случилось это в 1378 году — перед битвой на реке Воже, в которой воины Дмитрия разбили отряд мамаевского мурзы Бегича. Видимо, об этом шла речь в изначальном тексте Епифания, а через сто лет сюжеты переплелись, и времена в «Сказании» смешались. Принципиально в отношениях почитаемого старца и князя это ничего не меняет, лишь уточняет ситуацию. В любом случае, не оглядываясь на его отношения с митрополитом, Сергий Радонежский взял на себя великую ответственность и благословил князя на бой с татарами. А возможно, даже отправил с ним иноков Пересвета и Ослябю, о чем речь впереди. Кстати, по другим источникам известно, что шедшее на Дон русское войско в Коломне благословил местный архиепископ Герасим.

(Окончание следует)

Куликовская битва

Не дожидаясь подхода основных сил татаро-монгол к Москве, Дмитрий Донской решил сам дать сражение как можно дальше от города для того, чтобы даже в случае поражения, у Москвы были шансы спастись.

В 1380 году войско Дмитрия Донского и войско Мамая встретились в сражении на Куликовом поле., Сама битва произошла 8 сентября 1380 года на Куликовом поле у слияния Дона и реки Непрядвы.

Сравнительно небольшое поле, площадью всего около десяти квадратных километров, было со всех сторон окружено лесом или рекой, и поэтому традиционная тактика татаро-монгол оказалась не применимой. Татаро-монголы практиковали тактику обхода войск своих противников с тем, чтобы заключить их в кольцо и уничтожить, но в данном случае это было невозможно. Сражение началось, как нередко это бывало в средние века, с ритуального поединка.

16 стр., 7765 слов

Не Москва ли за нами?

... русских в борьбе с татарами. Дмитрий Донской и белокаменный Кремль Уже в 1366 году летописцы записали, что молодой князь Дмитрий Иванович (впоследствии завоевавший за победу над татарами славное прозвище ... войско повернуло вспять, несмотря на то, что москвичами не предпринималось серьезных действий. Москва вновь была спасена Божьим промыслом. Укрепившись духом, Иван III впервые отказывает ордынцам ...

Каждая сторона выставляла по одному воину и, в зависимости от исхода этого поединка, сторонам становилось ясно, на чьей стороне высшие силы — боги. От русского войска вперед выехал воин Пересвет, один из тех, кого на битву послал сам Сергий Радонежский, а татаро-монголы выставили своего воина Челубея. Этот ритуальный поединок одна из самых известных страниц русской истории. Для обоих участников он окончился трагически: и Пересвет, и Челубей погибли, пронзив друг друга копьями. Но Челубей упал и остался на поле, а Пересвета, зацепившегося ногой в стремени, конь принес обратно в стан русских воинов.

После этого началась сама битва.

Кроме того, советниками Мамая были генуэзцы, жители итальянского города Генуя, у которых здесь были свои торговые интересы. Они имели свои фактурии на территории полуострова Крым, и победа Мамая была им выгодна, так как через золотую орду они могли торговать с такими дальними территориями, как средняя Азия и, даже, Китай.

Путь на Куликово поле

Куликовская битва является осевым событием русской истории и основой основ русского национального самосознания. И именно этот факт делает её необычайно трудным объектом для исторического изучения.

С одной стороны, она окутана облаком легенд и преданий так, что критическое прикосновение к ней кажется практическим кощунственным. А с другой – куликовское предание непрерывно атакуют полчища крыс, стремящихся обгрызть, стереть в труху и обгадить всё, что попадется им на пути.

Чтобы честно рассказать о Куликовской битве, необходимо пройти между Сциллой слепого повторения старых легенд, попавших в историческую науку тогда, когда памятники не столько анализировали, сколько переписывали своими словами, и Харибдой всевозможного «ревизионизма» и разоблачительства. Это сделать очень непросто.

Прежде всего необходимо осознать тот общий исторический контекст, в котором только и оказалась возможна Куликовская битва. Этим контекстом была длившаяся четверть века борьба Великого князя Московского Дмитрия Ивановича, прозванного Донским, за превращение Великого княжения Владимирского в своё наследственное владение, в свою «отчину», передаваемую по наследству от отца к сыну без всякого вмешательства ордынских владык.

Дмитрий Иванович родился в 1350 году и был представителем боковой ветви наследников Ивана Калиты, сыном второго сына знаменитого собирателя земель. К тому моменту Москвой уже 10 лет правил Семён Иванович, прозванный Гордым, умевший ладить и с Ордой, и с Литвой, заслуживший такое почтение Константинополя, что византийский император Иоанн Кантакузин именовал его «рикс пасис Росиас» – царём всей Руси.

При рождении Дмитрию было написано на роду стать удельным князем, однако в 1353 году в марте и апреле сначала умерли оба сына Семёна, а затем и он сам. Вероятней всего, причиной такой скоропостижной гибели всего царствующего дома стала «чёрная смерть», выкосившая пол-Европы и добравшаяся и до Руси.

Пишу вам это слово затем, чтобы не пресеклась память о родителях наших и о нас и свеча бы не погасла,

  • с тревогой писал умирающий великий князь в завещании своим младшим братьям Ивану и Андрею.

Тульская область. Куликово поле. Фото: Viktor Kornushin/globallookpress

Иван Калита и Симеон Гордый оставили наследникам крепкую региональную державу, в которой Москва уже четверть века безраздельно владела обширным Великим княжеством Владимирским, использовала в своих интересах его ресурсы, полностью отлучила от них соперничающую Тверь, привлекала к себе со всей Руси своими миром и тишиной не только крестьян и мастеровых, но и, что ещё важнее, – знатных бояр с их дружинами, стремившимися послужить сильному князю Московскому. Не за горами маячила скорая консолидация всех русских земель вокруг Москвы.

Династический крах Ивановичей-Семёновичей в одночасье поставил под вопрос все эти надежды. 6 лет отца Дмитрия Донского – Ивана Ивановича Красного прошли неярко, хотя и стабильно, но под знаком всё усиливавшегося напор со стороны могущественного соседа – Великого княжества Литовского. Его великий князь Ольгерд стремился использовать ослабление русских земель под ордынской зависимостью для их захвата. В 1358 году по его приказу в Киеве был схвачен митрополит Алексей, который в результате не смог присутствовать при смерти в ноябре 1359 году Ивана Красного и не имел возможности своевременно повлиять на политические события.

Внезапный переход власти от молодого 33-летнего князя к его сыну, 9-летнему ребёнку, едва не обрушил всю столь тщательно выстраивавшуюся в предыдущие десятилетия конструкцию московского великодержавия. В Орде начиналась эпоха Великой замятни, когда ханы сменялись один за другим. И вот один из первых случайных ханов, Навруз, решил в 1360 году, что оставлять русский улус девятилетнему ребенку – рискованно, и, после отказа Андрея Константиновича Нижегородского принять власть, назначил Великим князем Владимирским его брата – суздальского князя Дмитрия Константиновича. Москва в одночасье потеряла доступ к обширным земельным и денежным ресурсам Великого княжения.

Можно представить себе шок и растерянность юного московского князя, когда он, росший с мыслью, что станет преемником власти и могущества деда Ивана Калиты, дяди Семёна и отца, осознал, что каприз очередного хана в одночасье лишил его большей части наследия. Это переживание сформировало главную идею, главную мысль, которой руководствовался Дмитрий Иванович следующие без малого три десятилетия своего правления: Великое княжение должно было стать наследственным владением, «отчиной» московских государей, ордынские ханы не должны иметь возможности им распоряжаться .

Московская политика, которой в первые десятилетия правления юного князя руководил митрополит Алексей, взялась за реализацию этого плана с присущим ей сочетанием дипломатии, силы и хитрости.

Сильными сторонами Москвы были многолетний мир и концентрация ресурсов, выработавшаяся уже политическая традиция и сплочённый, преданный государственной идее слой бояр, высокая концентрация храбрых служилых людей и, наконец, самый важный фактор – репутация духовного центра Руси, причём двойного. Здесь пребывали со времён святителя Петра Московского митрополиты. И здесь же, рядом, возрастала слава Сергиева монастыря: молитвенник, аскет и чудотворец, слава которого ширилась с каждым годом по Руси, был наглядным доказательством того, что именно Москву благословил Бог. Наконец, в 1366-1368 годах накопленные Москвой богатства позволили создать белокаменный кремль, концентрацию экономической и военной мощи, гарантию против мгновенного взятия и разорения города. На Руси того времени это было практически уникальное сооружение, создававшее препону для любого захватчика.

Условия, сложившиеся в Орде, благоприятствовали планам Москвы – ханы занимали престол в Сарае один за другим, зарезав или изгнав предшественника. Уже в 1362 году очередной недолгий хан Мурат отдал Дмитрию Ивановичу его «отчину и дедину». Попытки Дмитрия Суздальского протестовать были пресечены военной силой Москвы.

Однако вскоре московское правительство пришло к выводу, что для интересов княжества полезнее ориентироваться не на меняющихся правителей Сарая, а на темника Мамая, ставшего своего рода «делателем ханов». Будучи женатым на сестре последнего стабильного хана – Бердибека, убитого в 1359 году, Мамай с титулом беклярибека (ордынский аналог визиря) правил от имени то одного, то другого подставного Чингисида, которых русские летописцы прямо называли «мамаевыми царями».

Мамай правил в западной части Орды. Его ставка располагалась в Крыму, который тогда был важнейшим центром великого торгового пути, выстроенного венецианцами и генуэзцами через монгольские владения в Евразии. Генуэзская Кафа (Феодосия) была крупнейшим торговым центром, в котором особенно процветала работорговля угнанными с Руси пленниками, а её хан-покровитель был могущественным человеком. Постепенно его власть расширялась – он захватил Северный Кавказ, Булгарию, несколько раз брал под контроль Сарай, однако оттуда его быстро выгоняли заволжские татары.

В Москве резонно рассудили, что лучше поддерживать отношения с Мамаем. Из подчинения же власти в Сарае, за исключением тех моментов, когда им владел Мамай, Москва фактически вышла. Когда обиженный хан Мурат в 1363 году снова выдал ярлык на Великое княжение Дмитрию Константиновичу, то московские рати просто выгнали его из Владимира и осадили в Суздале. Сарайский ярлык был поставлен ни во что. Дмитрий Константинович предпочёл договориться с юным московским князем – при его поддержке выгнал из Нижнего Новгорода младшего брата Бориса, а за Дмитрия Ивановича выдал свою дочь Евдокию, в будущем прославленную московскую святую.

Расшатывание ситуации в Орде и рост могущества русских земель проявились в том, что русские князья начали бить татарских «царевичей». Страх и оцепенение перед татарской саблей как ветром сдуло. В 1365 году Олег Рязанский, Владимир Пронский и Тит Козельский с ражении у Шишевского леса разгромили бека Тагая, захватившего власть над Мордовией и совершившего опустошительный набег на Переяславль Рязанский. В 1367 году Дмитрий Константинович Суздальский и его брат Борис Городецкий разбили на реке Пьяне эмира Булат-Тимура, правившего в Волжской Булгарии. Силы русских князей теперь уже нужны были самим ханам – в 1370 году Дмитрий Константинович своей силой сверг правившего «в Болгарех» Асана и посадил на его место ставленника Мамая. Уже не татарский колпак можно было чаще увидеть на Руси, а русский шелом в ордынских землях.

Москва, однако, столкнулась с новой серьёзнейшей угрозой. Разбив ещё в 1362 году татар при Синих Водах, необычайно усилился литовский князь Ольгерд, захватывавший одну часть русской земли за другой. Это возродило притязания, казалось, давно смирившейся с поражением в борьбе за Великий стол Твери. Ольгерд был женат на сестре Великого князя Тверского Михаила Александровича, и тот стал действовать дерзко, рассчитывая на поддержку зятя. В Москве решили пресечь притязания тверского князя в корне, и последовал не очень этичный ход – выманенный в Москву на встречу с князем под гарантию митрополита Михаил был посажен под замок. Однако вскоре его пришлось выпустить по требованию Мамая, и тверской князь превратился в разъярённого поджигателя войн и смут. В 1368 году началась знаменитая Литовщина – четырёхлетняя война Литвы и Москвы, решавшая вопрос о том, какое государство станет новым центром объединения Русских Земель – православная Москва или языческая на тот момент Литва.

Бой Пересвета с Челубеем, предшествующий Куликовской битве. Репродукция с картины Михаила Авилова. Фото: Russian Look/globallookpress

Осенью 1368 года Ольгерд нанёс стремительный удар по самой Москве. Однако столкнулся с новопостроенным белокаменным Московским кремлём. Бессильно простояв три дня под городом, дожёгши не дожжённые самим Дмитрием посады и ограбив окрестности, Ольгерд вынужден был удалиться.

Михаил Тверской в 1370 году решил заручиться поддержкой не только Ольгерда, но и Орды в лице Мамая. Посетив темника, он «многи дары раздав и многи посулы рассулив» выпросил себе ярлык на Великое княжение Владимирское, бросив Москве прямой вызов. Мамай этим своим решением сделал первый шаг к собственной гибели – в Москве перестали рассматривать его как надёжного и удобного для себя внешнеполитического партнёра. Московские рати даже не дали Михаилу вернуться с новополученным ярлыком в Тверь – «не токмо не приаша его, но и переимали его по заставам и многыми пути гонялися за ним…». Назначенный Мамаем «Великий князь Владимирский» вынужден был снова просить помощи у литовского зятя.

Однако и второй великий поход Ольгерда на Москву, предпринятый вместе с братом Кейстутом, Михаилом Тверским и Святославом Смоленским, закончился провалом. Литовцы даже не смогли взять Волоколамск, при защите которого героически пал князь Василий Березуйский. Снова крепким орешком оказался Московский кремль. Простояв под его стенами восемь дней, Ольгерд обнаружил, что за его спиной собирается сила Владимира Андреевича Храброго (будущего героя Куликовской битвы) и Олега Рязанского, бывшего тогда союзником Москвы. Осознав стратегический тупик, Ольгерд запросил мира и предложил скрепить его браком своей дочери с Владимиром Андреевичем.

Разочарованный Михаил Тверской снова бросился в орду к Мамаю за поддержкой. Темник предложил ему ордынское войско для разгрома Руси. Однако править на костях Михаил Александрович не захотел (да и вряд ли долго он с репутацией разорителя Русской земли удержался бы).

В итоге тверской князь двинулся на Русь в сопровождении лишь мамаева посла – Сарыходжи, рассчитывая, что «татарской древней воли» будет достаточно, чтобы смирить своенравного московита. Ничего подобного.

К ярлыку не еду, а в землю на княжение на великое не пущаю, а тебе послу путь чист,

  • гордо ответил Дмитрий Иванович, дав ордынцам понять, что вопрос о том, кто великий князь на Руси, отныне не решается капризами беклярибеков и ханскими ярлыками.

Впрочем, от «дипломатии лисицы» наряду с «дипломатией льва» Москва тоже не отказалась. Сарыходжу заманили в Москву, обласкали, богато наградили. А вскоре сам Дмитрий Иванович двинулся в путь к Мамаю и осенью 1371 года вернулся в Москву с новым ханским ярлыком, выкупленным из орды сыном Михаила Тверского Иваном, превращённым, по сути, в московские заложники, и «со многыми должникы», то есть сделав обширные займы, дабы оплатить Мамаеву милость. Пока не закончено было дело с Литвой, конфликт с Ордой был не на руку.

Третий по счёту поход Ольгерда на Москву, в 1372 году, даже не дошёл до стен кремля. Русская рать преградила путь литовско-тверскому войску на Оке у Любутска, разгромив литовский сторожевой полк. Простояв несколько дней по разные стороны глубокого оврага, Москва и Литва решили заключить мир. За обоюдными обязательствами скрывалась простая политическая реальность – Ольгерд и Михаил Тверской вынуждены были признать Великое княжение отчиной московского князя Дмитрия Ивановича.

А где будет князь Михаило вослал в нашу очину, в великое княжение, намесники и волостели, и тех ны сослати доловь,

  • говорилось в перимирной грамоте.

Литва по итогам войны 1368-1372 годов вынуждена была признать гегемонию Москвы на Северо-Восточной Руси, Великое княжение – родовым наследием потомков Калиты, независимым от воли ханов, и отказаться от активной поддержки притязаний тверских князей. Сделать это Дмитрию Ивановичу удалось при сильной поддержке Церкви, причём не только Русской, но и Константинополя. В 1370 году патриарх Филофей Коккин отлучил от Церкви тех из русских князей, кто выступил союзниками Ольгерда и отказался принимать участие в войне Москвы против Литвы, интерпретируемой как крестовый поход:

вместе идти войною против чуждых нашей вере, врагов креста, не верующих в Господа нашего Иисуса Христа, но скверно и безбожно поклоняющихся огню.

русско-ордынская война

Начинается русско-ордынская война, кульминационным пунктом которой станет Куликовская битва. Фото: Russian Look/globallookpress

Москва решилась на «розмирье» после того, как Мамай и очередной его хан Мухаммед Булак были изгнаны из Сарая. Видимо, после этого поражения темник попытался стребовать с Москвы экстраординарную дань, в которой ему категорически было отказано. Мамай отправил в Нижний Новгород тысячный отряд во главе с Сарайкой, рассчитывая принудить к выплатам нижегородцев, однако отряд был тестем московского князя перебит, а посол Сарайка взят в плен.

В ноябре 1374 года в Переяславле русские князья провели общий съезд, на котором было принято решение о совместной борьбе с татарами. Поводом для съезда стало крещение сына Дмитрия Ивановича – Юрия. Принимали участие в собрании и митрополит Алексей и игумен Радонежский – Сергий.

Единственным шедшим «не в ногу» оставался по-прежнему Михаил Тверской. На очередное выступление его подначили бежавший из Москвы сын последнего московского тысяцкого Иван Вельяминов и гость-сурожанин Некомат. Здесь мы сталкиваемся с темой заинтересованности итальянских торговых корпораций в ослаблении власти Москвы. Некоторые исследователи именно в этих интересах видят как причину антиордынской политики Мамая, так и интриг вокруг Твери. Вскоре, по интригам Вельяминова и Некомата (их обоих позднее князь Дмитрий покарает смертью), ордынский посол привёз Михаилу Тверскому очередной ярлык, и тот начал новую антимосковскую войну.

Ответом стало то, что на Михаила обрушилась вся образовавшаяся в 1374 году антиордынская коалиция русских князей. Тверь была осаждена огромными силами, и вскорости беспокойный тверской князь вынужден был покориться власти московского владыки. Михаил окончательно признал себя молодшим братом, Великое княжение – отчиной московских князей и принял обязательства по совместной борьбе с татарами. Показательна формулировка, с которой это было сделано:

А с татары оже будет нам мир, по думе. А будет нам дати выход, по думе же, а будет не дати, по думе же. А поидут на нас татарове или на тебе, битися нам и тобе с одиного всем противу их. Или мы поидем на них, и тобе с нами с одиного поити на них.

Как видим, московская дипломатия последовательно старалась провести принцип – Русская земля выступает в отношениях с татарами как единый субъект под гегемонией великого князя. Исключение татарской игры на внутренних противоречиях было важнейшей задачей московской дипломатии.

В 1377 году русская коалиция начала экспансию вглубь ордынских владений. Московские и нижегородские рати совершили поход «на Болгары». Установление московским князем контроля над Булгарской таможней на Волге имело тем большее значение, что на великой реке начали разбойничать новгородские ушкуйники. В 1374 году они пограбили Булгар и дошли даже до Сарая. Другой раз, в 1375 году, – набросились на русский город Кострому и разграбили его, а затем

достигли города Булгара и там распродали всех пленников-христиан, жителей Костромы и Нижнего Новгорода, продали бусурманам жён и девиц, а сами пошли в насадах по Волге вниз к Сараю, купцов христианских грабя и бусурманов побивая.

В современной литературе иногда любят представлять этих грабителей и работорговцев как «борцов за свободу против ордынского ига». Однако ограбление Костромы, находившейся во владении великого князя, этот образ разрушает. Москве было важно, чтобы больше такая распродажа русских людей не повторилась, поэтому в Булгаре решено было посадить великокняжеских представителей, при этом принудив к их принятию силой.

Красочное описание булгарского похода, в ходе которого обитатели будущего Казанского ханства решили отбиваться от русских с помощью артиллерии, сохранил рогожский летописец:

Нечестивые бусурманы вышли из города против них и приготовились к бою и начали стрелять, а иные с городских стен пускали гром, пугая наших воинов, а другие пускали самострельные стрелы, а иные выехали на верблюдах, всполошив наших коней. Но наши ничуть не испугались, а крепко встали на бой и единодушно устремились на противника и набросились на него. Враги же, окаянные, побежали в свой город… И наши возвратились, добившись, чего хотели, а даругу (сборщика налогов) и таможника посадили в городе, а суда и села и зимницы пожгли, и людей побили, и ушли с победой.

[Здесь и далее русский перевод текстов летописей – А. И. Плигузова.]

К сожалению, тем же летом по русской коалиции был нанесён тяжёлый удар. Из-за Волги в границы Нижегородской земли вторгся царевич Араб-шах. Выдвинувшееся, чтобы перекрыть ему, путь московско-новгородское войско несло свою сторожевую службу на реке Пьяне слишком расслабленно – «за Пьяной пьяны», как горько скаламбурил летописец, – и на него обрушился удар татар из Мамаевой орды, которых подвели к русскому войску тайными тропами мордовские князья. 2 августа 1377 года русское войско было почти полностью уничтожено. А 5 августа ордынцы ворвались в беззащитный Нижний Новгород и пошли облавой по всему княжеству

села жгучи и множество людей посекоша, а жены и дети и дивици в полон бещисла поведоша.

Дмитрий Донской. Фото: Yuriy Kaver/Russian Look/globallookpress

Дмитрий Константинович отомстил мордве жестоким и разорительным походом зимой 1377-78 годов. Приведшие татар на Пьяну мордовские князья были схвачены – «приведоша в Новгород и многими казньми разными казниша их и на льду волочаще их по Волзе псы травиша». Однако в июле 1378 года ордынцы овладели Нижним Новгородом снова. Фактически нижегородцы были выведены из коалиции тем, что страшно ослабели и разорились.

Другую рать Мамай направил против самой Москвы – сильное войско во главе с мурзой Бегичем двинулось в сторону молодой русской столицы, однако не сумело дойти даже до московских земель. Дмитрий Иванович продемонстрировал тот приём, который принесёт победу на Куликовом поле, – он стремительно выдвинул свои рати за Оку, к нему и Владимиру Андреевичу Храброму присоединился Владимир Пронский. 11 августа 1378 года на реке Воже, несущей свои воды по Рязанской земле, русская рать встретила татар и атаковала их на переправе, не дав развернуться в боевой порядок. Погибли шесть татарских князей-нойонов.

Поражение на Воже разъярило Мамая. Для начала он жестоко разорил Рязанскую землю, а затем начал накапливать силы для полноценной мести Москве. С этой целью Мамай заключил договор с Литвой в лице Ягайло, заступившего место умершего Ольгерда. Другие сыновья Ольгерда встали брату в открытую оппозицию, причём двое из них, Дмитрий Ольгердович и Андрей Ольгердович, перешли на сторону Москвы и сыграли вместе со своими сильными дружинами большую роль в Куликовской битве. Гражданская война в Литве неожиданно перенеслась на поле битвы Москвы и Орды на Дону.

Мамаю уже стало понятно, что Русь полностью вышла из-под контроля и нуждается в повторном «батыевом» завоевании.

Мамай нечестивый, люто гневаясь на великого князя Дмитрия о своих друзьях и любимцах и князьях, что были побиты на реке Воже, выступил с огромным войском, желая пленить Русскую землю.

Русские книжники прямо приписывают Мамаю сопоставление себя с Батыем и планы вроде таких:

Захвачу землю Русскую и разорю христианские церкви, и вместо их веры установлю свою и заставлю их поклоняться своему Мохаммеду, а где были церкви, там поставлю мечети и посажу баскаков по всем городам русским

(«Слово о житии и преставлении великого князя Дмитрия Ивановича, царя русского»).

Но это, конечно, в большей степени дань литературной традиции.

Здесь и заключается, пожалуй, главная проблема нашего знания о Куликовской битве. Абсолютное большинство историй, посвящённых ей, является плодом плетения словес русскими книжниками, которые знали базовый факт: ордынский князь Мамай двинулся на Русь с большой силой, в которую наряду с татарами входили фряги, черкесы и ясы, рассчитывая на помощь литовского князя Ягайло. Навстречу ему, собрав русские полки, выдвинулся великий князь Дмитрий Иванович, который осмелился переправиться через Оку и выдвинуться глубоко в Степь, где, переправившись через Дон, преградил путь Мамаеву войску, и после тяжёлой сечи, длившейся три часа и стоившей с обеих сторон множества жизней, татарская рать побежала, а русская одолела. Русские понесли большие потери, взяли богатую добычу, включая даже верблюдов, и вернулись в Москву. За двусмысленную позицию Дмитрий наказал Олега Рязанского, а Мамай проиграл борьбу в Степи с Чингисидом Тохтамышем и погиб.

Таково содержание краткой летописной повести о великой битве на Дону. А большинство других имеющихся в нашем распоряжении источников является расцвечиванием этой базовой истории всевозможными дополнительными историями и вставками. Вставки эти порой весьма цветисты, но степень их достоверности остаётся для историков предметом пререканий, поскольку, подобно всякому великому историческому событию, Куликовская битва обрастала легендами, а каждый знатный род старался вставить в куликовское предание своего предка в значимой роли.

Как следствие, куликовский эпос гораздо шире куликовского факта, чем и пытаются воспользоваться всевозможные околоисторические «крысы», пытающиеся поставить под сомнение и саму битву, и её обстоятельства, и даже её место – фоменковская версия наиболее нелепа, продемонстрировать её невежество не составляет труда, так как о битве на Дону говорят абсолютно все прямые и косвенные источники, о большинстве которых фоменковцы просто и не слышали. Например, московско-рязанский договор 1382 года, где прямо упоминается, что «князь великий Димитрий и брат, князь Володимер, билися на Дону с татары…», в связи с тем что на обратном пути некоторых возвращавшихся назад победителей рязанский князь пограбил.

Гораздо сложнее с «наросшими» на ядро известия о битве легендами. Проще всего с теми из них, которые включены только в «Сказание о Мамаевом побоище», поскольку это поздний памятник XVI века, хотя, возможно, и базирующийся на более ранних преданиях. Беда в том, что связанная и красочная картина битвы, которая пригодна для пересказа в детских книгах и романах, есть только в этом «Сказании». Оттуда берутся и посещение преподобного Сергия перед битвой, и гадание Боброка Волынского, и поединок инока Пересвета с ордынцем, и удар засадного полка, и князь Дмитрий, безвестным воином сражающийся в первых рядах на поле битвы…

Всё это невероятно поэтично, и с такой красивой легендой не хочется расставаться. Но в некоторых местах тенденция «Сказания» прямо-таки вредна. Например, оно стремится систематически принизить роль великого князя Дмитрия, предстающего как безответственный полководец. Ничего подобного в более ранних источниках нет.

Можно долго разбираться в хитросплетениях куликовской легенды, и могут сталкиваться разные точки зрения исследователей. Однако мы говорим сейчас о Куликовской битве прежде всего как о военно-политическом событии. И вот какой «сухой остаток» из современных научных исследований битвы мы можем вынести.

Рассказ о поражении Мамая. Древнерусская летопись. Фото: Yuriy Kaver/Russian Look/globallookpress

Разъярённый разгромом на Воже Мамай решил нанести Дмитрию сокрушительный удар. Он заключил договор с Ягайлой, на которого очень рассчитывал, запугал Олега Рязанского, который пообещал платить Мамаю дань и выказал по крайней мере внешнюю лояльность (при этом пересылаясь с Москвой о передвижениях татар, но не предупреждая Мамая о передвижениях русских).

Мамай мобилизовал силы своей орды, нанял итальянские и кавказские воинские контингенты и двинулся на Русь «в силе тяжце» – не менее 30 000 воинов. В устье реки Воронежа он распустил орду на кочёвку, ожидая подхода Ягайло и сбора на Руси урожая, который рассчитывал пограбить.

Когда в Москве стало известно о движении ордынцев, князь Дмитрий решил действовать быстро – именно этим объясняется сравнительная неполнота сил коалиции, собранных им для похода, – вполне вероятно, что многие контингенты и впрямь не успели прийти до выступления.

15 августа 1380 года русские рати, по современным оценкам 25 тысяч человек, собрались в Коломне на Оке. Однако выяснилось, что не имеет смысла, как в прошлый раз с Вожей, идти через центр Рязанской земли – Олег Рязанский был ненадёжен и разметал по всей своей земле мосты, затруднив передвижения и московских, и татарских ратей. Тогда русское войско перешло в устье Лопасни, переправившись там, прошло по рязанскому пограничью, рядом с землями удельного Пронского княжества, традиционного союзника Москвы.

Русская рать, объединившаяся с войсками дружественных литовских князей Ольгердовичей, выдвинулась вглубь земель, считавшихся в тот момент татарскими. К русским пришла грамота с благословением преподобного Сергия, ободрявшая на битву (вопрос о том, посещал ли Дмитрий Иванович Троице-Сергиеву обитель перед битвой или известие об этом посещении относится к битве на Воже, – остаётся среди историков дискуссионным).

Находившийся в тот момент на Кузьминой гати Мамай был захвачен врасплох. Противник двигался прямо на него, при этом значительная часть Мамаевой орды была распущена по кочевьям. Это внезапное изменение стратегической обстановки вынудило Мамая ринуться не назад, а вперёд, к Москве, рассчитывая по дороге соединиться с приближавшимся Ягайлой. Ордынский темник попытался обойти по правому берегу Дона русских, находившихся в этот момент на левом берегу.

Однако войска Дмитрия Ивановича стремительно перешли Дон (так московский князь и стал Донским) и преградили Мамаеву войску дальнейший путь, сорвав его соединение с литовцами. Темник был обречён на лобовое столкновение, причём вынужден был вступить в бой прямо с марша, возможно, не располагая значительной частью своих сил, которые он не успел собрать с кочевий. За счёт маневра русское войско достигло благоприятной стратегической позиции.

Преподобный Сергий Радонежский даёт своё благословение князю Дмитрию. Фото: Ostranitsa Stanislav / Shutterstock.com

Спекуляции в современной журналистике относительно того, что «нам не известно точное место Куликовской битвы, потому что археологами не найдено следов большого сражения», попросту невежественны. Никто не намеревался оставлять на поле «следы большого сражения», то есть ценные трофеи, для будущих археологов. Вокруг Куликова поля были поселения русских крестьян, так что если бы какую-то добычу не забрало русское войско – её забрали бы они. Удивительно скорее то, что на поле вообще что-то находится.

Место битвы для современных исследователей достаточно очевидно – она разворачивалась южнее Непрядвы при её слиянии с Доном. Русская рать расположилась так, чтобы между двумя небольшими речками Нижний Дубяк и Смолка, текущими на Куликовом поле, оставался достаточно узкий проход, который мешал бы татарам произвести охватывающий маневр. Фактически сама битва превратилась в столкновение двух тяжеловооружённых конных масс на достаточно узком пространстве. С обеих сторон применялся таранный удар тяжёлой кавалерии, лишь поддерживаемой лучниками. Такой способ ведения боевых действий лишил ордынцев большинства их традиционных преимуществ – маневренности, внезапности, возможности отступать и накатывать снова.

И вот сошлись оба войска великих на долгий час, и полки заняли всё поле, на десять вёрст вокруг, так много было воинов. И беспощадно рубились, и была страшная битва, и земля дрожала под ногами воинов, и от начала мира не было таких битвы у великих князей русских, как у этого великого князя Всея Руси,

  • рассказывает пространная летописная повесть.

Князь Дмитрий сражался сам в первых рядах, подавая воинам пример. Он, конечно, не скрывался под личиной простого воина. Напротив, был на самом виду. В какой-то момент русское войско начало ослабевать под татарским напором, но в этот момент в дело был введён русский резерв (возможно, действительно возглавлявшийся Владимиром Храбрым и Боброком или одним из них), который в позднейшей традиции превратился в «засадный полк». Все наши источники чётко приписывают поражение татар начавшейся среди них панике. В древних битвах паника была более значимым фактором, нежели оружие или стратегическое искусство. Точнее, сутью воинского искусства было именно посеять во врагах панику, что и удалось сделать русским.

Скорее всего, ввод резерва и послужил причиной этого перелома. Нематериальной же причиной русские летописцы видели чудо, явление небесных ратей на помощь русским. Нервы Мамая не выдержали, и он бежал с поля боя, а вслед за ним разбежалась, преследуемая русскими, и его рать. Русь, хотя и со страшными потерями, восторжествовала.

Без эпических деталей, внесённых «Сказанием о Мамаевом побоище», Куликовская битва, может быть, и смотрится более скучно, но зато не затемняется её политический смысл. Он состоял, как мы уже отметили ранее, в том, что Дмитрию Ивановичу нужно было убрать со своей дороги Мамая, который постоянно пытался передать Великое княжение то тверскому, то какому-то иному князю. И этой цели Дмитрий Донской полностью достиг – Мамая не стало.

На два года московский князь стал практически абсолютным гегемоном Руси. Олег Рязанский сперва был изгнан, а затем признал себя младшим братом. В Литве князь Кейстут отстранил ставшего польским королем Ягайлу от великого княжения и заключил с Москвой добрый мир. Но всю эту идиллию разрушили внезапный приход Тохтамыша в 1382 году, сожжение Москвы и возвращение в тяжёлую данническую зависимость от Орды.

Если смотреть через очки мифологемы «Куликовская битва как попытка свержения Ордынского ига», то можно начать повторять, что операция закончилась неудачно. Власть Тохтамыша оказалась даже тяжелее власти Мамая, которого, рассуждая в этой логике, не стоило и разбивать. Но совершенно иначе выглядит дело, если посмотреть на него со стороны политической стратегии Дмитрия Донского.

Тохтамыш не посмел отнять даже у разбитого московского князя Великое княжение. Его устроила выплата восьми тысяч рублей за два просроченных года своего ханства (эту сумму Дмитрий полностью собрал с Новгорода) и пребывание в заложниках наследника – Василия Дмитриевича, через несколько лет из Орды сбежавшего. Тверской князь Михаил Александрович, после пленения Москвы в очередной раз вспомнивший о Великом княжении, остался ни с чем.

Умирающий до срока, в 38 лет, в мае 1389 года великий князь Дмитрий Иванович мог взирать на дело жизни своей с полным удовлетворением. Он выиграл свою главную войну. В середине своей духовной грамоты – завещания, в перечислении оставляемых своим сыновьям городов и сёл, он как бы между делом подчёркивает:

А се благословляю сына своего, князя Василия, своею отчиною, великим княжением.

Памятник Дмитрию Донскому. Фото: Andrianova Tanya / Shutterstock.com

созидания мощного русского государства

Великое княжение навсегда стало наследственной принадлежностью одной династии, которая скоро превратиться из княжеской в царскую. Гегемония Москвы в Русских Землях навсегда будет закреплена славой куликовской победы, вскоре превратившихся в единое Русское национальное государство. И куликовская легенда, столь причудливо переплётшаяся с фактами, расцвела столь пышно именно потому, что русские люди ощущали: именно здесь, в побоище на Дону с Мамаем, свершилась историческая судьба русского народа.

Что читать о Куликовской битве:

Живая вода Непрядвы: Битва на Куликовом поле в свидетельствах современников и потомков. М., Квадрига, 2020 – сборник переведённых на русский язык летописных свидетельств.

Амелькин А. О. Повести о Куликовской битве («Литературные памятники»).

М., 1959.

Амелькин А. О. Селезнёв.Ю. В. Куликовская битва в свидетельствах современников и памяти потомков. М., Квадрига, 2011 — новейшее исследование всего, что связано с битвой.

Борисов Н. С. Дмитрий Донской. М., Молодая Гвардия, 2014 — новая биография в ЖЗЛ.

Горский А. А. Москва и Орда. М., «Наука», 2003 — исследование взаимоотношений московских князей и Орды.

Греков. И. Б. Восточная Европа и упадок Золотой Орды. М., «Наука», 1975 — исследование отношений в треугольнике Москва – Литва – Орда при Дмитрии Донском и Василии I.

Мейендорф, Иоанн. Византия и Московская Русь. Paris, YMCA-Press, 1990 — исследование международных культурных и церковных связей в эпоху Дмитрия Донского и влияния исихастов на московскую политику.

Прохоров Г. М. Повесть о Митяе. Русь и Византия в эпоху Куликовской битвы. Л., «Наука», 1978.

Тактика Дмитрия Донского в Куликовской битве , Залогом победы русских в Куликовской битве в значительной степени стала тактика Дмитрия Донского., Битва закончилась победой русских, но в этом сражении москвичи потеряли половину своего войска.

Раскопки на Куликовом поле, которые предпринимались в 19 — 20 веке показали, что на месте сражения оставались десятки людей. Москвичи похоронили своих павших в братской могиле к востоку от города. Над этой братской могилой была возведена деревянная церковь, а вокруг нее построен монастырь, который находится там и сейчас и называется Спасо-Андроников монастырь.

В 1420 годы вместо деревянной церкви был построен каменный Спасский собор.

Описание картины Ракши Поле Куликово

Юрий Михайлович Ракша – знаменитый художник ХХ века, кисти которого принадлежит около 200 прекрасных произведений. Его картины просто не могут оставить зрителя равнодушным. Одним из самых известных полотен художника является картина «Поле Куликово», написанная в 1980 году. Во время работы над произведением художник был смертельно болен. Работа состоит из трех частей: «Благословение на битву», «Предстояние», «Проводы ополчения».

Куликовская битва произошла в 1830 году и вошла в русскую историю, как одно из самых значительных ее событий. Во главе русских войск стоял Дмитрий Донской, который вел сражение с татарами под предводительством Мамая. Битва закончилась сокрушительным разгромом татарского войска и стала поворотной точкой в борьбе против монголо-татарского ига.

Боковую часть всей композиции занимает картина «Проводы ополчения», в центре которой изображены старые и молодые женщины. Молодая женщина обнимает ребенка, а скорбное выражение ее лица говорит о ее великом страдании за судьбы тех, кто отправился на войну. Другая женщина держится за голову и рыдает. Все присутствующие осознают, что может произойти в сражении, и сколько жертв оно может повлечь за собой. Лица детей также опечалены. Несмотря на столь юный возраст, они чувствуют горе и страх своих матерей. Женщины крепко обнимают своих чад, понимая, что в случае гибели мужей, никого ближе, чем их собственные дети, у них не останется.

Драматичность момента подчеркивается красотой солнечного дня, когда голубое небо и яркое солнце резко контрастируют с омраченными скорбью лицами. Ничто не может радовать этих людей, ведь в любую минуту с самыми близкими и родными может произойти беда.

Благодаря произведению Ю.Ракши зритель может погрузиться во времена давних сражений и жестокого противостояния русского народа против монголо-татарского ига. Художнику очень точно удается передать настроение того времени, отразить настоящие эмоции и чувства людей.

5 класс

Итоги Куликовской битвы

Итоги Куликовской битвы трудно переоценить. Это была первая серьезная попытка москвичей, да и вообще жителей северо-восточной Руси, избавиться от татаро-монгольского ига, и эту попытку, безусловно, следует признать удачной. Дело даже не в том, что Москве удалось освободиться от необходимости выплаты дани. Конечно, потом будут еще нашествия, и Москва еще на 100 лет останется под татаро-монгольским владычеством, но и самим себе, и татарам, москвичи доказали, что могут быть независимыми, могут побеждать даже такую мощную армию, какой была татаро-монгольская.

Дмитрий Донской разбил Орду не на Дону, и это не была битва «русских» с «татарами»?

Совсем недавно — в сентябре — страна отмечала и 630-летие победы Дмитрия Ивановича в Куликовской битве — поворотного момента для нашей государственности. О том, как современная наука оценивает события той эпохи, спецкор «КП» побеседовал с академиком РАН Анатолием Фоменко и профессором истфака МГУ Антоном Горским.

Анатолий Фоменко — математик, но гораздо больше известен как один из создателей «Новой хронологии». Профессионалы оценивают это направление изучения истории неоднозначно, но Фоменко такие оценки не смущают. Он считает, что московский князь Дмитрий Донской громил ордынцев вовсе не на Дону. Да и речь вовсе не о войне русских с татарской Ордой. — Анатолий Тимофеевич, если, судя по вашей «Новой хронологии», в Куликовской битве сошлись совсем не «русские» и «татары», то кто же там воевал? И за что? — Вопрос очень интересный. Еще Лев Гумилев обратил внимание на то, что в войске Дмитрия были татары, а у хана Мамая — русские. Неправильно разделять это противостояние по национальному признаку. Битва была религиозной, а не конфликтом между народами. О битве сохранилось очень много сведений в летописях, в дубликатах, которые не были распознаны. Считается, что битва происходила в районе города Тулы, где музей и мемориал. Но, по нашему мнению, все происходило совсем не там. — А где же? — Не около Тулы, а на территории будущего города Москвы. Ее как столицы еще не существовало. На этом месте было небольшое поселение. Было много свободного места. И тут происходила Куликовская битва. Дата здесь не изменилась. — А фигуранты хоть те же? — Да. Но есть изменения в месте битвы и в сути. Почему историкам эта мысль кажется странной? По их мнению, Москва уже существует, и к XIV веку она — большой город. Здесь негде сражаться. По «Новой хронологии» выясняется, что Москва сложилась позже XII века. Она, видимо, возникла как крупное поселение только в конце XIV века. Именно после Куликовской битвы. До нас замалчивали, что впервые о том, что Куликовская битва происходила около Тулы, сказал помещик Нечаев. У него было там имение. Он увлекался историей. И впервые заявил, что она происходила на территории его поместья. Он провел раскопки, как считается. Нашел кольчугу, обломки мечей, наконечники стрел. До него об этом событии никто не знал. — А летописи? — В них говорится, что битва около реки Дон. Но это название может происходить от слова «дно». Много таких рек — Дунай, Днестр… И Москва-река могла тогда называться Дон. Нечаев объявил, что эти названия — Дон и Непрядва — относятся к территории у Тулы. Но река Непрядва до Нечаева — не было такого названия на картах России.

Анатолий Фоменко.

— А как до XIX века она называлась? — Названия Непрядва в тех краях до Нечаева не было. Надо взять любой подробный атлас до XIX века и посмотреть. Сходите в ГИМ на Красной площади, где есть экспозиция по Куликовской битве. Лежащая там кольчуга — работники музея говорят, что эта кольчуга относится к XVI веку. И положена как наглядное пособие. Это все очень странно. А еще Нечаев нашел кремневый пистолет. Это уж совсем смешно. — То есть доказательств битвы на Куликовом поле нет, а Куликовской битвы в Москве — есть? — Обратимся к русским летописям. Многие прямо говорят, что Куликово поле находилось именно в Москве. Например, известный архангелогородский летописец сообщает, что в Москве на поле Куличкове была встреча митрополита Киприяна, связанная с этим сражением. И недалеко от Сретенки в Москве есть место, до сих пор называется Кулишки. Возникает мысль, что московские Кулишки и есть след того, что именно в этих местах происходила битва. В старых текстах сообщается, что Кулишки существовали раньше Москвы. Именно на Кулишках до сих пор стоит церковь Всех Святых, которая, по преданию, была построена Дмитрием Донским в память воинов, убитых на Куликовом поле. Далее: в летописях говорится, что ставка Мамая была на Красном холме, откуда он созерцал битву. В Тульской области нет вообще никакого крутого холма. А в Москве есть — Краснохолмская набережная. Красный холм — это таганский холм. Высокое место недалеко от Яузы. И отчего бы не предположить, что Красный холм — это то место, откуда хан Мамай руководил битвой. В летописях сказано, что хан Мамай по пути на битву остановился на Кузьминой гати. Где это было? В Тульской области ничего похожего нет. Гать — это болото, сырое место. Но любой москвич скажет, что в столице есть район Кузьминки, Нагатино, расположенный на гати. Или говорится, что Дмитрий Донской вышел из Коломны. И войска двинулись на место Куликовской битвы. Нам сегодня объясняют, что Коломна довольно далеко от Москвы. Но на территории Москвы есть Коломенское. Оно расположено на другом берегу реки от Кузьминок и Нагатина, где шел хан Мамай. Очень известное место в русской истории. Здесь жили русские цари. Дмитрий Донской вышел на битву отнюдь не из Коломны, а из Коломенского. — Анатолий Тимофеевич, но ведь по всем источникам Дмитрий вышел из Коломны и в августе начал переправлять войско за Оку. Зачем ему из Коломенского топать до Оки, чтобы вернуться в Москву. И почему войска из Коломенского шли до Кулишек столько времени, когда там на коне час от силы скакать. — Никто не сказал, что войска бегом двигались. Речь шла не об одном дне. Донской устроил смотр войск перед битвой. Смотр — событие довольно крупное — происходил на обширном Девичьем поле, говорит летопись, около Девичьева монастыря. Где в Тульской области Девичий монастырь? В Москве искать не надо: знаменитый Девичий монастырь — на берегу Москвы-реки. Все эти названия, отраженные в летописях, до сих пор сохранены в названиях церквей, местностей, улиц, холмов и набережных Москвы. И еще один ответ, которого нет на Куликовом поле, — захоронения. Дмитрий Донской после победы стоял на поле боя 8 дней, хоронил. «Пока не отделили христиан от нечестивых. Тела в землю погребли, нечестивые брошены были зверям и птицам на растерзание». Где? Симонов старый монастырь с богатой историей. В нем до сих пор гробница двух знаменитых героев Куликовской битвы — Пересвета и Осляби. Мы утверждаем, что этот монастырь был поставлен на окраине Кулишек как усыпальница павших русских воинов. В 1994 году мы вошли на территорию монастыря и увидели картину, которая нас поразила. При нас монахи захоранивали в огромном деревянном ящике на территории церкви множество черепов и костей. Мы спросили, что это. Нам ответили, что недавно стали копать погреб и наткнулись на чудовищное скопление костей, черепов и надгробных плит. И у всех черепов были крепкие зубы молодых мужчин. Есть и еще масса доказательств, о которых более подробно написано в нашей книге.

Антон Горский.

Князю нужен был ярлык от хана, а об освобождении Руси он мог лишь мечтать

Доктор исторических наук, профессор исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова Антон ГОРСКИЙ имеет иную, отличную от Анатолия Фоменко точку зрения на Куликовскую битву. — Антон Анатольевич, долгое время личность Дмитрия Донского рисовалась у нас лубочными красками. А в постсоветский период его начали обвинять чуть ли не в прислужничестве Орде. Так кем же он был — борцом или прислужником? — Личность Дмитрия Ивановича в нашем историческом сознании недооцененная. Его главным деянием всегда представляли победу на Куликовом поле. Борьбу за свержение ордынского ига. Достиг он этой цели? Как известно, зависимость от Орды была ликвидирована лишь спустя около ста лет. Если следовать логике, князя надо признать неудачником. Но дело в том, что Дмитрий Иванович, конечно, надеялся, что наступит время, когда можно будет в Орду дань не платить. Однако главная его цель была другой — закрепить за собой и потомками великое княжение Владимирское. Политическую систему Северо-Восточной Руси можно обрисовать так: было несколько небольших княжеств, где правили династии, и центральное, крупнейшее княжество, Великое Владимирское, правителя в которое назначал своим ярлыком хан Орды. Великим князем мог стать тверской, московский, суздальский князья. Получив в дополнение к своему княжеству Владимирское, он сразу получал и верховную власть над всей Северо-Восточной Русью.

Когда отец Дмитрия, Иван Иванович, занимавший и московский, и владимирский стол, умер (в 1359 г.), первое, с чем столкнулся Дмитрий, — хан передал ярлык на великое княжение другому князю — суздальскому. — А зачем было стремиться на Владимирский стол? Вся дань татарам шла через него, и можно было, как сейчас принято говорить, «организовать финансовые потоки и откатить» себе? — Дань была фиксированной. Представление, что какую-то часть дани утаивали, неверно. Вообще ресурсы великого княжества Владимирского были большими сами по себе. А в совокупности с Московским это была в несколько раз большая территория, чем любого другого княжества. А это и финансовые ресурсы, и военные. — Дмитрий Иванович ведь совершал поступки, которые современной моралью вряд ли были бы одобрены. Например, походы на другие русские города… — Да, он захватывал тверского князя Михаила Александровича, а позже и его сына, выкупленого из Орды. Но и Михаил действовал сходными методами, ездил в Орду, жаловался на Дмитрия, выпрашивал себе ярлык. Затем ездил в Литву к своему зятю Ольгерду, женатому на его сестре. И Ольгерд совершил по инициативе Михаила три похода на Москву. В средствах тогда не стеснялись. В этом смысле Дмитрий далеко не самый жестокий правитель был. — А Орда, перекидывая Владимирский ярлык от одного князя к другому, не давала вырасти на Руси той самой силе, которая могла бы бросить ей вызов? — Конечно, Орда провоцировала распри между русскими князьями, чтобы никто не усилился. Мамай дважды передавал ярлык на великое княжение тверскому князю. И в конце концов в 1374 году началась военная конфронтация Москвы и мамаевой Орды. Закончилось это Куликовской битвой, разгромом Мамая. — Насколько подтверждена история о том, что Дмитрия на Куликовскую битву благословлял Сергий Радонежский? — Что касается благословения в результате поездки Дмитрия в Троице-Сергиев монастырь, то оно упоминается в «Житии Сергия Радонежского» начала XV века. Но там не сказано, что эта поездка была перед Куликовской битвой. Просто пришло войско Мамая, и перед сражением с ним Дмитрий едет к Сергию. Есть точка зрения, что эта поездка имела место перед битвой на Воже в 1378 году, когда был разбит Бегич, сподвижник Мамая. После битвы на Воже — между 1378 годом и возвращением в Москву митрополита Киприана в 1381 г. — отношения между Дмитрием и Сергием были прохладными, поскольку Сергий вопреки воле Дмитрия поддерживал Киприана как претендента на митрополию. Что касается Куликовской битвы, надежным можно считать известие из «Пространной летописной повести о Куликовской битве», где говорится, что пришла грамота с благословением от Сергия, когда войска стояли на Дону. — А как же тогда иноки Пересвет с Ослябей и поединок Пересвета с Челубеем?

— Эти исторические личности — реальные участники Куликовской битвы. Пересвет в ней погиб. Но не на поединке… Поединок появляется только в «Сказании о Мамаевом побоище», а это не летопись, а художественное произведение, созданное более чем столетие спустя. Погиб он, как свидетельствуют ранние источники («Задонщина», летописная повесть), в гуще битвы. Ослябя остался жив, он упоминается и позже. Из ранних источников следует, что Пересвет и Ослябя были не монахами Троицкого монастыря, а, скорее всего, митрополичьими боярами. Ослябя стал иноком, но позже… — Насколько великим, масштабным была Куликовская битва? Какие силы там участвовали с разных сторон? — Как правило, средневековые источники дают цифры, искажая их в сторону преувеличения. Что касается Куликовской битвы, наиболее достоверные ранние источники таких данных не содержат. А в поздних даются и сотни тысяч, чуть ли не до миллиона воинов. Но никаких сотен тысяч быть в принципе не могло. Просто по возможностям того времени. Иван Грозный в походе на Полоцк в 1563 году собрал 60 тысяч со всей территории России. Через три с небольшим века после Куликовской произошла Полтавская битва. Возможности другие, большая территория государства. Там армия Петра составляла 42 тысячи человек. Откуда сотни тысяч мог собрать Дмитрий Донской? Максимально возможная цифра — 20 — 30 тысяч с каждой стороны.

Так изобразил «Куликовскую битву» художник Адольф Ивон.

— А как быть с теми, кто говорит, что, раз на поле Куликовом нет никаких находок, либо ее не было, либо она не там была? — Находки есть, они постепенно пополняются по мере того, как проводятся археологические исследования, которые и сейчас идут. Мы место битвы знаем примерно. Есть точки зрения, что битва была вообще на другом берегу Непрядвы. Это обширная территория, и на разных участках проводятся раскопки. А оружием никто не разбрасывался на поле битвы. Оно ценилось очень высоко. Его собирали после каждой битвы победители. — А через два года после Куликовской битвы Москву взял Чингисид Тохтамыш и разграбил и пожег ее, убив жителей. И Русь еще 100 лет платила дань… — Результаты нашествия Тохтамыша несколько преувеличиваются. Москва была разорена, но Тохтамыш не разбил Дмитрия в открытом бою и очень быстро ушел из Москвы. А через год Тохтамыш уже отдал ярлык на великое княжение Владимирское Дмитрию, хотя у него в Орде просил его Михаил Тверской. Именно тогда, скорее всего, хан признал великое княжение Владимирское принадлежностью Московского княжеского дома. Дмитрий Иванович добился таким образом цели, к которой шел всю свою жизнь, и в завещании своем передавал великое княжение Владимирское как отчину своему сыну. Чего не могли делать ни его отец Иван Иванович, ни дед Иван Калита. А в перспективе была создана территориальная основа будущего единого государства Российского, которая потом только прирастала.

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА Точка отсчета России

Хан Тохтамыш

Через два года, в 1382 году, в Москву приходит армия хана Тохтамыша., В летописях сказано, что в результате этого нашествия погибло не менее 200 тысяч человек.

Самому Дмитрию Донскому, правда, удалось спастись. Он, как раз, в это время находился на севере страны, собирая войско для того, чтобы оказать Тохтамышу отпор. Но две столь крупные битвы, как Куликовская, конечно, в то время Русь осилить не могла. После походов Тохтамыша Москва снова стала платить дань татарам, но теперь уже прекрасно понимала, что выплата этой дани зависит только от уровня сил московского князя и татарского хана.

Записки историка

Дмитрий Донской был достойным продолжателем дел своего деда Ивана Калиты. Все годы его правления прошли в борьбе за объединения страны под одной властью, за освобождение от татарского угнетения, за мир внутри Руси.

Дмитрий Донской – молодые годы

Отец Дмитрия, великий князь Иван Красный, скончался, когда мальчику исполнилось девять лет. Опекуном и надёжным советчиком маленького князя, стал митрополит Алексий. Человек, как описывают историки, умный, авторитетный, с сильным характером. Он воспитал Дмитрия таким же, готовым к борьбе в непростых условиях.

С одной стороны – постоянный контроль и необходимость платить дань татарским ханам, с другой – угроза военного вторжения армии литовских князей, постоянная вражда внутри страны. В одиннадцать лет юному князю пришлось ехать в Орду, утверждать свою власть. Правящий хан Золотой Орды всегда пользовался распрями русских князей и умело манипулировал их желанием захватить власть. Поначалу, на Великое княжение было разрешено вступить Дмитрию. Но его политика укрепления России не нравилась в Орде и это право передали Дмитрию Константиновичу Суздальскому.

Вот тут Дмитрий Иванович и показал, что власть у него так просто не заберёшь. Он силой подтвердил свои права. Изгнал князя Суздальского из Владимира. Надо сказать, что князь Дмитрий Константинович, был человек разумный. Он понимал, что молодой соперник силён, целеустремлён и интересы страны ставит на первое место. Наперекор ханским приказам, желавшим столкнуть лбами двух князей, он признал Дмитрия Ивановича и принял его власть. Этот союз скрепили браком. Дмитрий Иванович женился на дочери князя Суздальского, Евдокии. Она на протяжении всей жизни была его верной подругой, родила двенадцать детей и воспитывала их в духе любви к Родине.

Укрепление Руси

Талантливый политик и полководец – качества, тесно связанные в те далёкие времена, когда Великий князь Дмитрий Иванович подчинил своей власти нижегородского князя, рязанского и тверского. Именно правители этих городов всегда спорили за власть на Руси. Более маленькие княжества, такие как Углическое и другие, были присоединены под главенство Москвы. Даже Новгород Великий не спорил с властью Дмитрия.

Навёл он порядок и на литовской границе. Князь Ольгерд неоднократно пытался захватить Москву. Постоянно совершал набеги на различные русские княжества. Под его контролем находились Киевские, Черниговские земли, а хотелось ещё и Московских. В ноябре 1368 года состоялась битва под Москвой на реке Тросна. В результате, Дмитрий Иванович окончательно отбил желание у Ольгерда добиваться Москвы.

Но главным врагом, конечно, были татарские ханы. Уплата непомерной дани, постоянный контроль, угроза вторжения и разорения, всё это веками висело над Русью. Спасения от ига не было. Укрепив свое положение внутри страны, великий князь решил бороться с татарами. Первая победа была одержана русскими над сильным войском мурзы Бегича. Хан Мамай прислал войско, чтобы показать силу контроля над русскими землями. Полностью разгромив татар, необходимо было срочно готовиться к наступлению основных сил противника.

Куликовская битва

Это событие в истории России и в наше время не потеряло своего значения. На берегах реки Дон родилась победа, доставшаяся нелегко. За неё великий князь получил своё прозвище Донской, под ним и остался в истории. Не было в то время полководца, способного организовать не только отпор, но и победу над многотысячным неприятельским войском.

План самой битвы был проработан Дмитрием Донским до деталей. Он применил много военных хитростей. Сам участвовал в битве как простой воин, причем в первых рядах. Своё знамя и одежду отдал боярину Михаилу Бренко. Уловка, на которую попались татары, уничтожить великого князя и знамя, чтобы ослабить моральный дух русского войска. Мамай бросил огромные силы на прорыв и достижение этой цели, но только увяз в русской обороне. Боярин геройски погиб и татары, считая битву выигранной, ослабили напор, но русские воины знали, правду. Дмитрий сражался и был примером для своих соратников. Ему удалось, правильным расположением отрядов, свести к минимуму натиск татарской конницы. Он поставил, на первый взгляд, слабые пешие силы перед врагом. Когда конница ринулась растоптать незащищённых людей, перед ними возникла естественная преграда, невидимая сначала – два глубоких оврага. Лошадям и всадникам приходилось медленно спускаться и подниматься, а наверху их уже поджидали русские отряды. У Дмитрия хватило выдержки до последнего момента не вводить в бой запасной полк. Мамай не знал о его существовании и бросил в бой основные силы. Сражение длилось уже много часов, все устали и свежие войска решили ход сражения. Бегство татарской армии было неконтролируемым и стремительным, бежал и Мамай. Вскоре он был убит в Крыму своим соперником.

Итоги

К сожалению, не удалось полностью сбросить гнёт татар. Но победа показала, что, объединившись, русские могут освободить свою страну. Какое-то время Дмитрий прекратил платить дань, но затем внутренние междоусобные войны вновь ослабили страну и сопротивляться натиску не было возможности.

Умер Дмитрий Донской в возрасте 39 лет. Есть версия, что на его здоровье сильно повлияла тяжёлая контузия во время Куликовской битвы. Похоронен в стенах московского Кремля.