Рассказ „Дочь Бухары”

Сочинение

Личность и судьба в прозе Людмилы Улицкой

Ирина Захариева

Людмила Улицкая

При восприятии литературы, как универсальной художественной антропологии, аналитический конкретизированный подход толкователя образности к произведению, вводимому в литературный обиход, дает возможность репициентам оценивать степень объективности его наблюдений.

Качества Л.Улицкой-прозаика, связанные с ее этической философией и распознанием сути человеческого существа, впечатляюще раскрываются в раннем рассказе „Дочь Бухары”. 1

сегодняшнее

жизненных

История обитателей „флигеля дореволюционной постройки” с прилегавшим к нему „небольшим садом” в отдаленном от центра районе Москвы начинается с хронологической ретроспекции, необходимой для введения владельца флигеля – старого доктора Андрея Иннокентиевича. Доктор-филантроп – носитель лучших российских традиций бескорыстного врачевания малоимущего населения района. Люди ценят великодушие доктора и неустанно пользуются им. От доверительных взаимоотношений доктора с местным населением веет чеховской и вересаевской литературностью, но не по линии стилизации, а в отношении тематической и этической преемственности.

Завязка семейной истории помечена концом мая 1946 года. Любопытствующее население наблюдает сцену возвращения с войны внука Андрея Иннокентиевича Дмитрия – продолжателя семейной династии врачей. Внука вырастил дед после смерти сына, заразившегося сыпным тифом в „тифозном бараке” в империалистическую войну.

Внук возвращается позже тех, „кому суждено было вернуться”, но его возвращение переживается очевидцами как счастливый конец волшебной сказки: „майор медицинской службы” подъезжает к родному дому на трофейной машине „опель-кадет” и привозит с собой красавицу-жену.

Внешнее впечатление от внука – портрет плакатного белозубого „воина-освободителя” – внешность, не располагающая к авторскому движению вглубь характера. Взгляд нарратора торопливо перемещается на спутницу Дмитрия – „очень молодую”, застенчивую женщину „невиданной восточной красоты”.

Внешний портрет той, которой местный люд даст кличку Бухара, построен на деталях, характеризующих не только ее внешность, но и натуру: медлительная походка, задумчивые „туманно-черные” глаза и „блестящие, несметной силы волосы”, отежелявшие ее маленькую голову. В отличие от „плакатного” военврача, портрет женщины таит в себе загадку.

5 стр., 2283 слов

Урок развития речи «Описание внешности человека»

... урока. Описание портрета. Описание внешности. Запишите число и тему урока. Учитель: Послушайте легенду, рассказанную когда-то древними греками. (Аудиозапись или чтение ученика). Будто в стране северного ветра, Живут счастливые люди., ...

В момент, когда владелец флигеля встречает молодых, они являются ему в солнечном озарении: „Свет после полумрака его комнаты был каким-то чрезмерным, неземным и стоял столбом – как это бывает с сильным ливнем – над майором и его женщиной”/с.232/.В самом характере описания встречи прочитывается знак пока неведомой, но неотвратимой судьбы.

В контрасте с описанием ослепительного явления Бухары старому доктору и местным жителям, жизнь уроженки среднеазиатской степи в московском флигеле, огороженном „глухим забором”, в дальнейшем подвергается жесточайшему испытанию.

жизненного события

Недавнее прошлое героини, отмеченное войной, рисуется как неомраченно светлое в личном плане. „Чудо военного времени” связывалось для юной медсестры с тем, что в больничных условиях госпиталя она встретила „своего первого и единственного в жизни мужчину”/с.237/. Ее обращенные к нему слова любовного признания на восточном языке звучали как „молитва”: „Имя Дмитрий было записано у меня на груди”/с.237/. Автор заставляет ощутить девственную чистоту той, что была прислана на фронт из патриархальной семьи, и ее отношение к любви как к религии.

Чувство влюбленных вскоре приносит плод, перевернувший всю жизнь героини. Дочка рождается инвалидом, и муж-врач воспринимает рождение Милочки как „невообразимый ужас”/с.236/.

перечеркивает

Событийное повествование раскрывает чудо материнства, и все, что относится к попавшей в безысходную беду женщине, вызывает сочувствие читателя.

капризах генетики. Родители новорожденной Милы – с одной и с другой стороны — были носителями высокого интеллекта в череде поколений; их застигла зловещая случайность.

Потомственный доктор Андрей Иннокентьевич, скончавшийся вскоре после рождения правнучки, так и не узнал, „сколь рафинированная, перегоняемая многими столетиями в лучших медресе’ Азии кровь течет в жилах крохотной желтолицей и желтоволосой девочки”/с.235/. Отец Бухары был узбекским ученым и религиозным мусульманским мыслителем. Только младшей дочери, матери Милы, он не успел дать высшего образования – она окончила медицинское училище.

Подобно смертному приговору прозвучал для матери страшный диагноз врожденного недуга девочки – „классический синдром Дауна”/с.236/.

Улицкая, — биолог по образованию, многие годы занимавшаяся вопросами генетики, — с профессиональной компетентностью объясняет генетическую аномалию с непоправимыми последствиями: „…плотные сгустки наследственного вещества сошлись и, расходясь, случайным образом сцепились, и одна лишняя хромосома, или ее часть, отошла не в ту клетку, и эта микроскопическая ошибка определила существование этого порченого от самого своего зачатия существа…”/с.237/.

мать/дочь

эмпатический

Мать Милы с самого начала, по всей видимости, отбросила от себя все колебания и сомнения; дочку она восприняла как посланный ей природой болезненный „приросток” к своему материнскому организму. Мысль освободиться от части себя самой не приходила ей в голову: она „словно и не замечала неполноценности девочки”, и дом Милы, организуемый матерью, становится ее миром. В статье Е.Разовой „Дом. Экзистенциальное пространство” уделяется внимание территории дома как места, формирующего человека, — места душевного комфорта или же дискомфорта. 3 Бухара превратила дом в надежное убежище для Милы.

7 стр., 3387 слов

Стоит ли становиться банкротом Арбитражный управляющий и дочь ...

... копеек за рубль. Свои люди, и сочлись по-своему — обманщик обманул обманщика. Островский «Свои люди — сочтемся!» сочинение Александр Николаевич Островский ... Танцует плохо. Входит мать, Аграфена Кондратьевна. Мать и дочь скандалят. Дочь требует найти ей жениха. ... Свои люди — сочтемся!» . Первоначально название пьесы носило другое название — «Банкрот». Долгое время пьеса не могла добиться успеха. Так ...

верность/предательство

перевоплощается

неразвившуюся

Росла девочка „в счастливом одиночестве”. „Нескончаемо длинным” было ее детство. На восьмом году жизни „множество вещей она знала на вид, на запах и на ощупь. Только слов произносила немного…”/с.210/. В одиннадцать лет „ее трехлетний разум стал взрослеть”/с.241/. „Бессмысленная деятельность” по вырезанию цветочков из открыток напоминала „разумный и созидательный труд”. На альбомных листах она составляла „невообразимые комбинации” из лошадиных голов, автомобильных колес и женских причесок. В однообразных действиях истязалась „бедная творческая душа, загнанная непостижимой небесной волей в трудолюбивого уродца”/с.241/. Навыки творческого труда были искажены природой.

Мать поощряла дочкино „стремление к совершенству”. Но и в ее организме уже поселилось разрушение, и она ощущала его роковую работу. Исказился облик когда-то ослепительно прекрасной Алечки /так называл ее муж/: поблекшее лицо, потерявшие белизну зубы, темная одежда вместо прежних ярких шелковых платьев. „Она знала, что больна, и даже знала чем”/с.241/. Женщина пожинала плоды вынужденного безразличия к своей молодости и красоте, но читатель, воспринявший ее как деятельный характер, заинтригован вопросом дальнейших жизненных ходов героини.

Оказавшаяся в тисках судьбы Бухара начала поэтапно готовиться к неотвратимому будущему. Ей важно было продержаться еще шесть лет – до совершеннолетия дочери – и с этой целью она привезла с родины целебную траву и варила себе отвар. Питалась только рисом и сушеными абрикосами. Предпринимаемые ею действия были направлены на обеспечение жизнедеятельности Милочки после ее собственной смерти.

Событийность сближает текст рассказа с киносценарием. Причастность к искусству кино сочетается в тексте Улицкой с „деловым стилем”. Образовавшаяся стилевая контаминация заслуживает изучения языковедов-стилистов. Внешне персонажи оставлены действовать по своему усмотрению, но в нарративе различаются косвенная оценочность автора и ее размышления „по поводу” рассказываемой истории.Показательна сжатая, синтетическая форма психологизма, растворенного в событийности.При этом достигается взаимопроникновение разговорного и литературного пластов языка.

Бухара отдает дочь в школу для дефективных детей, а сама устраивается там медсестрой. Дома учит Милочку хозяйничать. В учебе высшим достижением дочери было распознание цифры пять /знака отличницы/ и своей буковки М /” – Мэ, метро, Мила! – говорила она и счастливо смеялась”/. Она способна радоваться, но не в силах осмыслить своей радости.

Любящая мать утешается наивными мыслями о превосходстве Милочки по сравнению с „идиотами этой страшной школы”. На семнадцатом году начинается половое созревание девочки – „на толстеньком туловище выросла грудь” /” – Мила большая, Мила тетя…”/.

После переведения Милы из школы на работу в мастерскую при психодиспансере Бухара, в свою очередь, поступает работать в регистратуру диспансера, чтобы и там не выпускать из виду дочь. Уход ее из профессиональной сферы был подобен расхождению с мужем: превыше всего в создавшихся условиях женщина ставит то, что связано с жизнедеятельностью дочери. Вырисовывается характер, фанатически подчинивший себя тому, что она считала своим материнским долгом.

Следующий ее предсмертный шаг – подготовка „законного” брака двух умственных инвалидов. Гриша Берман, сын профессора литературы, с одобрения своего отца, подружился с Милочкой и перебрался во флигель. Предварительно обдуманным ходом Бухара помогает еще одному обделенному природой существу обрести свое жизненное пространство и одновременно разделить одиночество Милочки.

А вот сценка сближения будущих супругов:

„– Угадай, что у меня во рту?

Милочка подумала немного и сказала:

  • Зубы.
  • Орешек, — засмеялся Григорий, вынул изо рта орешек и положил ей в руку”.

После того как мать внушила дочери, что рядом с ней будет муж Гриша, она уехала умирать на родину, в Фергану. За хозяйством следила давняя домашняя помощница Паша, а „ненастоящий” брак выглядел как настоящий. Необычные супруги казались довольными друг другом. Для взаимного общения они удовлетворялись несколькими фразами. В этом браке „была тайна, им самим неведомая…”/с.249/.

„Первое время Милочка, натыкаясь на вещи матери, говорила грустно: мамин фартук, мамина чашка… Но потом старая Паша все эти вещи прибрала подальше, и Милочка про мать больше не вспоминала”. Нет ее вины в том, что она не способна осознать даже потерю матери.

Добрый гений дома Паша, которая когда-то с предубеждением отнеслась к появившейся неизвестно откуда хозяйке, спустя годы признавала ее душевную мудрость: „…Бухара всех нас умней оказалась! Все, все наперед рассчитала!” /с.249/.

Добравшись до финала рассказа, непредубежденный читатель непременно задумается: какую великую душу и железную волю, какую самоотверженную натуру надо было иметь этой молодой женщине, чтобы целиком подчинить себя услужению неразумному существу, хотя бы и дочери… И в то же время, выводя Милочку на первый план заглавием рассказа, Улицкая утверждает самоценность любой человеческой жизни.

прекрасное

фабульности

писатель-антрополог.

незаменимые

Поддержание причинно-следственных связей , требующее хроникального изложения, сопряжено с углубленным авторским осмыслением изображаемого с опорой на частности. Аскетизм и минимализм, как черты стиля, оказываются предпосылками психологической полноты. Художественность Улицкой построена на антиномии: содержательность краткости. Обозначенная черта прозаика сближает ее с А.П.Чеховым. Формальная организация хроникального по внешним признакам текста реализует авторскую концепцию действенности слова.

действенным фактором

По странному стечению обстоятельств окончание этой статьи совпало для автора с потрясшим всех известием о смерти от рака Валентины Толкуновой. Не совпадают ли запечатленные Улицкой черты героини рассказа с героической натурой великой певицы, а следовательно найден типологически верный образ исключительной женской натуры.