Урок литературы в 9 классе «Тема поэта и поэзии в лирике А.С.Пушкина» план-конспект по литературе (9 класс)

Сочинение

Тема поэта и поэзии находила отклик в творчестве многих русских и зарубежных поэтов и прозаиков. Среди них был и А.С. Пушкин. Он выразил свое отношение к данной теме в следующих стихотворениях: «Пророк», «Поэт», «Разговор книгопродавца с поэтом», «Поэт и толпа», «Поэту», «Памятник» и другие. Однако все эти стихотворения были написаны в разный период творчества Пушкина. Согласно периодам менялось и отношение к теме поэта и поэзии.

Лицейский период характеризовался поиском поэтом собственного пути. Это выражалось в подражании Державину, Батюшкову, и, особенно, Жуковскому. В раннем стихотворении «Городок» мы видим образ поэта-избранника, который «к солнцу воспарит, превыше смертных станет». Подобный образ отражен и в переходном стихотворении «Лицинию» 1815 года. Пушкин изображает здесь поэта, стоящего выше земной власти, слушающего и служащего только истине.

Петербургский период начинается с переезда Пушкина в столицу, вхождения его в круг передовой молодежи и увлечения идеями будущего обновления и переустройства России. В стихотворении «Деревня» 1819 года, состоящего из одической и элегической частей, представлено понимание поэзии как труда, но если вначале стихотворения это труд умиротворенный и счастливый («льется дней моих неведомый поток на лоне счастья и забвенья»), то во второй части характер стиха меняется, становится более бунтарским. Пушкин утверждает, что поэт обязан «сердца тревожить», но жалеет, что этот дар дан ему в недостаточном количестве из-за чего он не может полноценно рассказать об ужасах «рабства тощего».

В период южной ссылки Пушкина настигло увлечение романтизмом, которое было последствием не только личных обстоятельств, но и общей увлеченности молодежью того времени данным направлением, вызванным разочарованностью в жизни и государстве. В стихотворении «Разговор книгопродавца с поэтом» поэт вспоминает о времени, когда «писал из вдохновенья, а не платы». Он уверен, что «восхищение глупца» не стоит трудов поэта, предпочитает восхищению света и гонорарам свободу. На доводы поэта умудренный книгопродавец отвечает: «Не продается вдохновение, но можно рукопись продать». В финале стихотворения поэт признает правоту книгопродавца, однако его слова написаны в прозе, что резко переносит читателя из мира возвышенного в приземленный. В стихотворении видна попытка осмысления не просто поэтических трудов, а анализ образа вдохновения, отношений дарования и славы. Пушкин новаторски показал реалистичное отношение к поэтическому творчеству.

15 стр., 7124 слов

Мой любимый писатель поэт пушкин

... моего любимого поэта И что вы думаете, дорогие мои читатели?! сочинения Любовь – неизменный спутник поэзии Пушкина. Любовная лирика является неотъемлемой частью его творчества. В ней поэт (в лицейский период) ... широкую известность благодаря пребыванию здесь и плодотворному творчеству великого поэта. Болдинское. Анализ стихотворения Пушкин «Если жизнь тебя обманет» Евпраксия Николаевна Вревская ( ...

В стихотворении «Пророк» автор сравнивает поэта с пророком. В отличие от других стихотворений, где Пушкин использовал для разговора об искусстве и поэзии античные образы, здесь за основу взят рассказ библейского пророка Исайи, видевшего Господа. Лирический герой произведения влачится по пустыне «томим духовной жаждой» и перед ним неожиданно появляется серафим – посланник Бога, который наделяет его «вещими зеницами» и сверхъестественным слухом. Однако, несмотря на дары, поэт остается лежащим в пустыне трупом и только Божий глас дарит ему цель, во имя которой он живет и творит, которая придает значение всему, что он чутко и точно видит и ощущает.

Таким образом, мы видим, что Пушкин видит предназначение поэта в том, чтобы правильно использовать подаренный Богом дар, «жечь им сердца людей», показывать всю правду жизни.

Характеристика второго петербуржского периода Пушкина

Судя по хронологии, мы находимся во втором Петербургском периоде Пушкина, после Михайловской ссылки, где по сложившейся традиции, источником которой был и сам Пушкин, его муза стала приобретать все более жизнеподобные черты, напоминающие собою Пушкинский реализм. Однако, некоторые темы в творчестве Пушкина начинают разрабатываться, опираясь на романтические традиции. И в первую очередь, это касается темы поэта и поэзии. Напомним, что в творчестве Пушкина именно темы поэзии приобретают характер того мира, в котором может осуществиться высшая степень человеческой свободы. Именно поэтому эта романтическая традиция становится важной подпоркой для осуществления тех замыслов, о которых пойдет речь. Прежде чем завести разговор о конкретных Пушкинских произведениях, напомним, что в поэзии романтиков, в поэзии Пушкинских учителей (Жуковского, Батюшкина), у гражданских романтиков (Рылеева) и ближайшего лицейского друга Пушкина В.К. Кюхельбекера тема поэта и поэзии приобретала особенный характер. Она выходила за рамки представлений о том, что можно мыслить себе поэтам и поэтическим творчеством. Поэт под пером романтиков приобретал облик идеального человека, который по-своему воспринимает окружающий мир.

Его поэтическое дарование – это не разговор о стихотворстве, это не разговор о писании стихов, это разговор об особом видении мира, об особом переживании мира, доступном отнюдь не всем. Поэты-романтики, безусловно, отделялись от толпы и превращались в достаточно одинокий, с одной стороны, а с другой – объединенный общим священным союзом круг людей, которые оказывались близки и родственны друг другу, скорее в таком духовном смысле. Не случайно, что Пушкин выбирает для развертывания темы поэта и поэзии некоторые метафорические ходы. В одном случае, перед нами возникает фигура поэта, метафорически представлена фигурой пророка, в другом случае – образом жреца. Между ними есть что-то общее, потому что и тот, и другой являются посредниками между миром богов и миром людей. Язык богов обычному человеку невнятен, потому что боги говорят на языке, недоступном обычному человеческому пониманию. Между миром божественного языка и миром людей с необходимостью возникает промежуточная фигура – фигура пророка, фигура жреца, миссия и цель которых сделать внятным и понятным тот язык хоть в какой-то мере, потому что до конца расшифровать и понять всю меру божественной идеи человеческому уму недоступно. Во всех Пушкинских стихотворениях сохраняется эффект недосказанности, некой тайны и недоступности обычному человеческому пониманию, потому что в концепции поэт сохраняет свою таинственность и непонятность обычному человеческому сознанию. Для того чтобы хоть как-то приблизиться к пониманию этих Пушкинских произведений, есть резон обратиться к прямым значениям и смыслам этих метафор, к которым обращается Пушкин.

1 стр., 432 слов

Предназначение поэта в поэзии, анализ стихотворения "Поэт" (Пушкин А. С.)

... возможность говорить правду, возможность следовать своему чувству. В 1827 году Пушкин пишет стихотворение «Поэт». Небольшое, но исполненное глубоким смыслом, размышлениями стихотворение показывает отношение автора к собратьям ... стремятся ее превратить в алмаз. Поэтому так важно, чтобы мы знали настоящую поэзию, чтобы мы ее понимали. Именно тогда мы будем понимать, почему наш великий ...

«Пророк Исайя»

Грамотному читателю XIX века, хорошо знакомому с библейской традицией, было понятно, что многие мотивы Пушкинского стихотворения восходят к тексту Ветхого Завета, а именно к книге пророка Исайи.

Рис. 1. Пророк Исайя ()

Поэтому есть резон обратиться к этому тексту, чтобы увидеть, что именно позаимствовал оттуда Пушкин и как он переработал текст данной книги. Есть также необходимость отметить то обстоятельство, что сама по себе фигура пророка в библейской традиции возникает неожиданным образом, в том смысле, что библейские пророки – это не какие-то выдающиеся личности, а обычные древнееврейские пастухи, на головы которых вдруг неожиданно сваливалась эта божественная миссия: идти и сказать еврейском народу необходимые слова Бога. Поэтому почти во всех библейских книгах обнаруживается один и тот же близкий сюжет, который нам знаком как избрание пророка. Это первое столкновение ничего не ожидающего человека с Богом. Именно это самое место и привлекло внимание Пушкина. Первое, что переживает Исайя, услышав голос Бога, это свою собственную нечистоту. Он, будучи обычным человеком, оказывается греховным, как минимум, первородным грехом. И когда он выясняет, что ему нужно нести Слово Божье, то первое, что он просит, это очистить его нечистивые уста от этого греха. И вот тогда появляется шестикрылый серафим, который берет уголь из жертвенника и прижигает им уста Исайи, снимая с него этот грех и делая возможным то, чтобы эти человеческие уста несли Слово Божье. А дальше Исайя слышит тот текст, который ему нужно нести к мятежному Израилеву дому: «Глазами смотреть будете и не увидите, ушами слышать будете и не услышите, ибо огрубело сердце народа сего, и не придут ко мне, чтобы я исцелил их»

Рис. 2. Пророк Исайя (Дж.Б. Тьеполо) (Источник)

Уже отсюда видно, что Пушкин какие-то мотивы этой книги использует в своем стихотворении, но в глубоко преобразованном виде.

Муза

В младенчестве моем она меня любила И семиствольную цевницу мне вручила. Она внимала мне с улыбкой — и слегка, По звонким скважинам пустого тростника, Уже наигрывал я слабыми перстами И гимны важные, внушенные богами, И песни мирные фригийских пастухов. С утра до вечера в немой тени дубов Прилежно я внимал урокам девы тайной, И, радуя меня наградою случайной, Откинув локоны от милого чела, Сама из рук моих свирель она брала. Тростник был оживлен божественным дыханьем И сердце наполнял святым очарованьем.

8 стр., 3791 слов

Образ поэта-пророка в лирике А.С.Пушкина и М.Ю. Лермонтова

... Вставка «Пушкин и Лермонтов» В стихотворении Лермонтова «Поэт» образ поэта сопоставляется с образом кинжала, и это сравнение отсылает нас к пушкинскому творчеству, к самому революционному стихотворению, которое Пушкин напишет на юге в 1821 году, «Кинжал». В этом ...

*****

Анализ стихотворения «Пророк»

Если речь идет о стихотворении «Пророк», то напомним, что в XIX веке в популярной хрестоматии, в которой печатались лучшие произведения русских поэтов, которую издавал Галахов,

Рис. 3. А.Д. Галахов ()

это стихотворение однажды было напечатано с примечанием – Исаий. Пушкин действительно перерабатывает книжку «Пророк Исайя», намекая тем самым, что в своем стихотворении он вовсе не стремиться создать поэтический облик библейского пророка. Или, по крайней мере, не только это, потому что обстоятельства заставляют думать, что перед нами метафора поэта и его поэтического служения:

Духовной жаждою томим…

И это уже новость, потому что если на библейского пророка эта божественная миссия сваливалась неожиданно, то Пушкинский лирический герой томим духовной жаждою. А это значит, что последующая встреча с серафимом и Богом возникает как ответ на его духовную жажду, на его переживания, на нехватку духовной опоры, духовного смысла своей жизни.

Рис. 4. Шестикрылый серафим (М.А. Врубель, 1905 г.) ()

Тогда в ответ на духовную жажду ему навстречу посылается шестикрылый серафим. Этот персонаж из духовной иерархии единственный раз упоминается только в книге «Пророк Исайя». Тогда с Пушкинским пророком происходит некое преобразование. Легко заметить, что преобразование касается тех самых частей, которые вспоминает Бог, предлагая Исайю свою пророческую миссию – глаза, уши и сердце:

Перстами легкими как сон, Моих зениц коснулся он. Отверзлись вещие зеницы, Как у испуганной орлицы. Моих ушей коснулся он,

И их наполнил шум и звон:, И он к устам моим приник,

И вырвал грешный мой язык, И празднословный и лукавый, И жало мудрыя змеи В уста замершие мои Вложил десницею кровавой. И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.

Если у Исайи этот шестикрылый серафим углем все-таки прикасался к губам, то в Пушкинском стихотворении он вдруг оказывается вместо сердца. В конце концов, эта удивительная метаморфоза заканчивается тем, что перед нами возникает совсем парадоксальный образ трупа, человек оказывается уничтожен в своем неком природном, человеческом, натуральном качестве. Все его органы чувств изменились. С точки зрения пророческой книги, они оказались очищены. И тогда этот лежащий труп голосом Бога воскрешается:

5 стр., 2238 слов

Зима белый снег пушистый в воздухе. Крестьянская поэзия. Анализ ...

... поэтов, представителей такого направления как крестьянская поэзия. В своих произведениях он воспевал простую и незамысловатую сельскую жизнь, с ее трудностями и редкими крупицами радости. Лирическое стихотворение «Зима» Суриковым ... детишки веселятся, забавляясь снегом лепят снежные комки. 5, 3 класс по плану, кратко История создания На долю Ивана ... достал. Слушаю я сказку,— Сердце так и мрёт; А в труб

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей».

И все равно остаются загадки. Одна из самых значительных это, конечно, то, что открылось пророку в процессе этого преобразования? Пожалуй, единственное место, которое что-то объясняет, это вот этот фрагмент:

И внял я неба содроганье,, И горний ангелов полет, И гад морских подводный ход, И дольней лозы прозябанье.

Казалось бы, перед нами некая картина мира, но обратите внимание, по крайней мере, то, что можно извлечь из Пушкинского текста, уже само по себе удивительно. Обычные люди все-таки видят море, а вот пророку открывается еще и «гад морских подводный ход», он видит морское дно. Обычный человек видит небо, а Пушкинскому пророку открывается ангелов полет, нечто выходящее за рамки человеческого зрения. Он видит некую картину мироздания сверху донизу. Причем как бы одномоментно, одновременно. Потому что когда мы смотрим на небеса, мы не видим, что происходит у нас под носом, под ногами, когда мы смотрим под ноги, мы не видим небес. И только пророку дана возможность видеть стереоскопическим образом одновременно все, что невозможно увидеть человеческому зрению. За всем за этим стоит еще одна более значительная библейская традиция. Видите ли, все мироздание – это творение Бога, в котором воплотилась его премудрость. Но опять же, в нашей обычной человеческой земной практике мы отнюдь не ощущаем нашу жизнь как исполненного божественного промысла, божественного смысла. Скорее наоборот, нам кругом видятся одни несоответствия, одни неприятности, зло, которое всякий раз мешает нам осуществить свою человеческую мечту. И нужно встать на какую-то странную, необычную позицию для того, чтобы через все несовершенство мира вот таким необычным, почти фантастическим образом, обнаружить за всем этим стоящую божественную гармонию и, разумеется, устыдиться своего собственного несовершенства. Более того, темой, которая пронизывает все это стихотворение от его начала до финальной строчки «Глаголом жги сердца людей», становится тема огня, тоже представлена разными метафорами. Сначала это шестикрылый серафим (с древнееврейского – огненный), потому что его функция как раз испепелять этим божественным огнем грехи мира. Это угль, пылающий огнем, который возникает вместо прежнего человеческого сердца в груди пророка. И наконец, миссией его – «глаголом жечь сердца людей». Становится понятно, что этот поэт-пророк должен производить с людьми почти такую же операция, какую произвел над ним серафим. Он должен заставить людей по-другому видеть, слышать, воспринимать окружающий мир. Но для того, чтобы это преобразование произошло, по существу каждый из нас должен убить в себе человека обычного и возродить духовного. В стихотворении «Пророк» все-таки его лирический герой ведет разговор от своего собственного имени «Я».

К другу стихотворцу

Арист! и ты в толпе служителей Парнаса! Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса; За лаврами спешишь опасною стезей, И с строгой критикой вступаешь смело в бой!

Арист, поверь ты мне, оставь перо, чернилы, Забудь ручьи, леса, унылые могилы, В холодных песенках любовью не пылай; Чтоб не слететь с горы, скорее вниз ступай! Довольно без тебя поэтов есть и будет; Их напечатают — и целый свет забудет. Быть может, и теперь, от шума удалясь И с глупой музою навек соединясь, Под сенью мирною Минервиной эгиды 1 Сокрыт другой отец второй «Тилемахиды» 2. Страшися участи бессмысленных певцов, Нас убивающих громадою стихов! Потомков поздных дань поэтам справедлива; На Пинде лавры есть, но есть там и крапива. Страшись бесславия!- Что, если Аполлон, Услышав, что и ты полез на Геликон, С презреньем покачав кудрявой головою, Твой гений наградит — спасительной лозою?

14 стр., 6644 слов

Тема поэта и поэзии в лирике пушкина (3)

... ­ных, нравственных и эстетических проявлений — это и является целью и заслугой истинной поэзии. Здесь искали: Как в лирике пушкина Раскрывается тема высокого назначения поэта http://sochineniye

Но что? ты хмуришься и отвечать готов; «Пожалуй,- скажешь мне,- не трать излишних слов; Когда на что решусь, уж я не отступаю, И знай, мой жребий пал, я лиру избираю. Пусть судит обо мне как хочет целый свет, Сердись, кричи, бранись,- а я таки поэт».

Арист, не тот поэт, кто рифмы плесть умеет И, перьями скрыпя, бумаги не жалеет. Хорошие стихи не так легко писать, Как Витгенштеину французов побеждать. Меж тем как Дмитриев, Державин, Ломоносов. 3 Певцы бессмертные, и честь, и слава россов, Питают здравый ум и вместе учат нас, Сколь много гибнет книг, на свет едва родясь! Творенья громкие Рифматова, Графова С тяжелым Бибрусом 4 гниют у Глазунова; Никто не вспомнит их, не станет вздор читать, И Фебова на них проклятия печать.

Положим, что, на Пинд взобравшися счастливо, Поэтом можешь ты назваться справедливо: Все с удовольствием тогда тебя прочтут. Но мнишь ли, что к тебе рекой уже текут За то, что ты поэт, несметные богатства, Что ты уже берешь на откуп государства, В железных сундуках червонцы хоронишь И, лежа на боку, покойно ешь и спишь? Не так, любезный друг, писатели богаты; Судьбой им не даны ни мраморны палаты, Ни чистым золотом набиты сундуки: Лачужка под землей, высоки чердаки — Вот пышны их дворцы, великолепны залы. Поэтов — хвалят все, питают — лишь журналы; Катится мимо их Фортуны колесо; Родился наг и наг ступает в гроб Руссо; 5 Камоэнс с нищими постелю разделяет; Костров на чердаке безвестно умирает, Руками чуждыми могиле предан он: Их жизнь — ряд горестей, гремяща слава — сон.

Ты, кажется, теперь задумался немного. «Да что же,- говоришь, — судя о всех так строго, Перебирая всё, как новый Ювенал, Ты о поэзии со мною толковал; А сам, поссорившись с парнасскими сестрами, Мне проповедовать пришел сюда стихами? Что сделалось с тобой? В уме ли ты иль нет?» Арист, без дальних слов, вот мой тебе ответ:

  • В деревне, помнится, с мирянами простыми, Священник пожилой и с кудрями седыми, В миру с соседями, в чести, довольстве жил И первым мудрецом у всех издавна слыл. Однажды, осушив бутылки и стаканы, Со свадьбы, под вечер, он шел немного пьяный;
  • Попалися ему навстречу мужики. «Послушай, батюшка,- сказали простяки, — Настави грешных нас — ты пить ведь запрещаешь Быть трезвым всякому всегда повелеваешь, И верим мы тебе: да что ж сегодня сам…» — «Послушайте, — сказал священник мужикам,- Как в церкви вас учу, так вы и поступайте, Живите хорошо, а мне — не подражайте».

И мне то самое пришлося отвечать; Я не хочу себя нимало оправдать: Счастлив, кто, ко стихам не чувствуя охоты, Проводит тихой век без горя, без заботы, Своими одами журналы не тягчит, И над экспромптами недели не сидит! Не любит он гулять по высотам Парнаса, Не ищет чистых муз, ни пылкого Пегаса, Его с пером в руке Рамаков 6 не страшит; Спокоен, весел он. Арист, он — не пиит.

6 стр., 2693 слов

Тема поэта и поэзии в лирике Пушкина и Лермонтова

... Поэт, Бог, природа в лирике А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова I. Вступление Отношения поэта с Богом и природой всегда волновали как Пушкина, так и Лермонтова, и находили выражение в их лирике. Это триединство воссоздано в стихотворениях, отра­жающих тему поэта и поэзии, и отчасти в пейзажной лирике. В ...

Но полно рассуждать — боюсь тебе наскучить И сатирическим пером тебя замучить. Теперь, любезный друг, я дал тебе совет. Оставишь ли свирель, умолкнешь или нет?.. Подумай обо всем и выбери любое: Быть славным — хорошо, спокойным — лучше вдвое. _____________

1 То есть в школе (Примеч. Пушкина).

2 Поэма В.К.Тредиаковского. 3 См. Державин, Ломоносов. 4 Подразумеваются С.А.Ширинский-Шихматов,гр. Д.И.Хвостов и С.С.Бобров — бездарные писатели-графоманы, приверженцы «Беседы любителей русского слова». 5 Жан-Батист Руссо — французский лирик. 6 Имеются в виду П.И.Макаров — критик, последователь Н.М.Карамзина.

*****

«Тема поэта и поэзии»

Когда речь идет о Пушкине и его произведениях, то в истории русской культуры и поэзии каждое из них могло сыграть свою собственную самостоятельную роль. То, что в Пушкинском творчестве выглядит вполне завершенным и гармоничным, в восприятии последующих поэтов могло разойтись в разные стороны. Имеется в виду, то обстоятельство, что, предположим, тема поэта и поэзии, развернутая в стихотворении «Пророк», в дальнейшем послужило развитию того направления в русской поэзии, которое принято называть гражданской поэзией. Оно и понятно, потому что в данном случае поэт выступал в качестве общественного деятеля, смысл деятельности которого заключался в попытке переделать окружающий мир. И это вполне вписывалось в определенную традицию, на которую тоже опирается Пушкин. В первую очередь, это традиции гражданской поэзии, гражданского романтизма (традиции Рылеева) и его лицейского друга Кюхельбекера, который в этот момент (в 1826 году) уже осужден по делу декабристов, и дальнейшая его судьба пока не определена. А с другой стороны, стихотворение «Поэт и толпа» окажется неким символом и основанием для развития диаметрально противоположного направления в развитии русской поэзии, того направления, которое мыслило себя и выстраивало себя в прямой оппозиции к социально значимому пониманию поэзии поэта. Это так называемое чистое искусство. И единственным в нашей традиции авторитетом и идеальным воплощением поэта в чистом его виде окажется поэзия А.А. Фета:

Не для житейского волненья,, Не для корысти, не для битв, Мы рождены для вдохновенья, Для звуков сладких и молитв.

Именно эти строчки станут своего рода поэтическим символом всего творчества Фета.

Рис. 5. А.А. Фет ()

Анализ стихотворения «Поэт и толпа»

А вот в стихотворении «Поэт и толпа» перед нами возникает несколько другая ситуация, иная картина. Это не лирический монолог, который разворачивается как бы от имени лирического персонажа. Это некая драматическая сценка, которая постает теперь уже в виде диалога, представленного, с одной стороны, жрецом, а с другой стороны, вот этой самой непросвещенной толпой. Более того, эту самую драматическую сценку Пушкин рисует, опираясь теперь на другую традицию – не ветхозаветную, не библейскую, не христианскую, а традицию античную, в данном случае грекоримскую. Это не случайно, потому что именно античность породила это особо культурное явление, которое принято называть диалогом. Поэтому не случайно этот диалог разворачивается между этими персонажами. Тема этого диалога с внешней точки зрения вроде бы как разворачивается в связи с тем, что обсуждается здесь песня жреца. Нужно полагать, что все-таки он передает некий голос, некую волю Бога, которую пытается передать людям. А с другой стороны, этот голос и эта песня оказываются толпе невнятными:

8 стр., 3709 слов

Образ поэта и тема творчества в лирике А. С. Пушкина

... к особенностям жанра. Образ поэта и тема творчества в лирике А. С. Пушкина 5 (100%) 1 vote На этой странице искали : образ поэта в лирике пушкина тема творчества в лирике пушкина образ поэта в творчестве пушкина тема творчества в лирике пушкина сочинение Сохрани к себе ...

Поэт по лире вдохновенной, Рукой рассеянной бряцал. Он пел

а хладный и надменныйКругом народ непосвященный Ему бессмысленно внимал.

С одной стороны, внимает, а с другой – бессмысленно, потому что не понимает, что поет. Но эта бессмысленная толпа пытается разобраться, в чем дело, пытаясь осмыслить в своих человеческих категориях то, что происходит на ее глазах:

И толковала чернь тупая:

«Зачем так звучно он поет? Напрасно ухо поражая, К какой он цели нас ведет? О чем бренчит? чему нас учит? Зачем сердца волнует, мучит, Как своенравный чародей? Как ветер, песнь его свободна, Зато как ветер и бесплодна: Какая польза нам от ней?»

Толпа пытается вытянуть один из критериев, по поводу которой можно было бы осмыслить песнь поэта, – польза. И вдруг в ответ слышит:

Молчи, бессмысленный народ,, Поденщик, раб нужды, забот! Несносен мне твой ропот дерзкий, Ты червь земли, не сын небес;, Тебе бы пользы всё — на вес

Кумир ты ценишь Бельведерский. Ты пользы, пользы в нем не зришь. Но мрамор сей ведь бог!.. так что же? Печной горшок тебе дороже: Ты пищу в нем себе варишь.

Становится понятно, что цель поэзии вовсе не польза, а какая-то другая. Какая пока не совсем еще понятно. Тогда вновь не унимается непросвещенная толпа. Ей все равно не дано будет понять, в чем дело. Она тогда попытается извлечь из этой песни поэта некий урок:

Нет, если ты небес избранник,

Свой дар, божественный посланник, Во благо нам употребляй: Сердца собратьев исправляй. Мы малодушны, мы коварны, Бесстыдны, злы, неблагодарны; Мы сердцем хладные скопцы, Клеветники, рабы, глупцы; Гнездятся клубом в нас пороки. Ты можешь, ближнего любя, Давать нам смелые уроки, А мы послушаем тебя.

Удивительное признание со стороны толпы. Во-первых, вдруг выясняется, что вся она наполнена кучей пороков, но совсем не возражает против того, чтобы поэты исправляли эти самые пороки. Все равно тема того, что какая-то польза, какой-то смысл в этой бессмысленной песне должен быть обнаружен. И вдруг в ответ поэт произносит нечто неожиданное:

Подите прочь

–какое дело Поэту мирному до вас! В разврате каменейте смело, Не оживит вас лиры глас! Душе противны вы, как гробы. Для вашей глупости и злобы Имели вы до сей поры Бичи, темницы, топоры;

Довольно с вас, рабов безумных! Во градах ваших с улиц шумных Сметают сор,

полезный труд!

Но, позабыв свое служенье, Алтарь и жертвоприношенье, Жрецы ль у вас метлу берут? Не для житейского волненья, Не для корысти, не для битв, Мы рождены для вдохновенья, Для звуков сладких и молитв.

Только в самом последнем ответе поэта возникает отсылка его к фигуре жреца, к фигуре посредника между миром Богов и миром людей. Возникают символы этого жреческого служения – алтарь, жертвоприношение. И если вам не понятно, в чем смысл божественного дела жреца, то в его обязанности вовсе не входит непросвещенной толпе растолковывать это. Загадка все равно остается неразгаданной, если только не представить себе самого очевидного. Цель поэзии – поэзия, цель художества – художество, самодостаточного внутри себя, не требующего никакого оправдания для своего существования.

К Жуковскому

Благослови, поэт!.. В тиши парнасской сени Я с трепетом склонил пред музами колени. Опасною тропой с надеждой полетел, Мне жребий вынул Феб, и лира мой удел. Страшусь, неопытный, бесславного паденья, Но пылкого смирить не в силах я влеченья, Не грозный приговор на гибель внемлю я; Сокрытого в веках священный судия 1 Страж верный прошлых лет, наперсник муз любимый И бледной зависти предмет неколебимый Приветливым меня вниманьем ободрил; И Дмитрев слабый дар с улыбкой похвалил; И славный старец наш, царей певец избранный 2. Крылатым гением и грацией венчанный, В слезах обнял меня дрожащею рукой И счастье мне предрек, незнаемое мной. И ты, природою на песни обреченный! Не ты ль мне руку дал в завет любви священный? Могу ль забыть я час, когда перед тобой Безмолвный я стоял, и молнийной струей Душа к возвышенной душе твоей летела И, тайно съединясь, в восторгах пламенела,- Нет, нет! решился я — без страха в трудный путь, Отважной верою исполнилася грудь. Творцы бессмертные, питомцы вдохновенья!.. Вы цель мне кажете в туманах отдаленья, Лечу к безвестному отважною мечтой, И, мнится, гений ваш промчался надо мной!

3 стр., 1123 слов

По литературе. Стихотворение А. С. Пушкина «Поэту»

... огня поэзии. Стихотворение «Поэту» написано в форме сонета. Слово «сонет» в переводе с итальянского sonare означает «звучать». Как правило, состоит из четырнадцати стихов, построенных по строгой строфической ... сомнения в «любви народной» у поэта и не было, а его сонет – лишь ответ на выпады политических противников, преследующих корыстные цели. Пушкин дает поэту совет: «Живи один». Я думаю, ...

Но что? Под грозною парнасскою скалою Какое зрелище открылось предо мною? В ужасной темноте пещерной глубины Вражды и зависти угрюмые сыны, Возвышенных творцов зоилы записные Сидят — бессмыслицы дружины боевые. Далеко диких лир несется резкий вой, Варяжские стихи визжит варягов строй. Смех общий им ответ; над мрачными толпами Во мгле два призрака склонилися главами 3 Один на груды сел и прозы и стихов — Тяжелые плоды полунощных трудов, Усопших од, поэм забвенные могилы! С улыбкой внемлет вой стопосложитель хилый: Пред ним растерзанный стенает Тилимах; Железное перо скрыпит в его перстах И тянет за собой гекзаметры сухие, Спондеи жесткие и дактилы тугие. Ретивой музою прославленный певец, Гордись — ты Мевия надутый образец! Но кто другой, в дыму безумного куренья, Стоит среди толпы друзей непросвещенья? Торжественной хвалы к нему несется шум: Он — он под рифмою попрал и вкус и ум; Ты ль это, слабое дитя чужих уроков, Завистливый гордец, холодный Сумароков, Без силы, без огня, с посредственным умом, Предрассуждениям обязанный венцом И с Пинда сброшенный, и проклятый Расином? Ему ли, карлику, тягаться с исполином? Ему ль оспоривать тот лавровый венец, В котором возблистал бессмертный наш певец, Веселье россиян, полунощное диво?..4 Нет! в тихой Лете он потонет молчаливо, Уж на челе его забвения печать, Предбудущим векам что мог он передать? Страшилась грация цинической свирели, И персты грубые на лире костенели. Пусть будет Мевием в речах превознесен — Явится Депрео 5, исчезнет Шапелен.

И что ж? всегда смешным останется смешное; Невежду пестует невежество слепое. Оно сокрыло их во мрачный своп приют; Там прозу и стихи отважно все куют, Там все враги наук, все глухи — лишь не немы, Те слогом Кикона печатают поэмы, Одни славянских од громады громоздят, Другие в бешеных трагедиях хрипят, Тот, верный своему мятежному союзу 6, На сцену возведя зевающую музу, Бессмертных гениев сорвать с Парнаса мнит. Рука содрогнулась, удар его скользит, Вотще бросается с завистливым кинжалом, Куплетом ранен он, низвержен в прах журналом, При свистах критики к собратьям он бежит… И маковый венец Феспису ими свит. Все, руку положив на том «Тилемахиды», Клянутся отомстить сотрудников обиды, Волнуясь восстают неистовой толпой. Беда, кто в свет рожден с чувствительной душой! Кто тайно мог пленить красавиц нежной лирой, Кто смело просвистал шутливою сатирой, Кто выражается правдивым языком И русской глупости не хочет бить челом!.. Он враг отечества, он сеятель разврата! И речи сыплются дождем на супостата. И вы восстаньте же, парнасские жрецы, Природой и трудом воспитанны певцы В счастливой ереси и вкуса и ученья, Разите дерзостных друзей непросвещенья. Отмститель гения, друг истины, поэт! Лиющая с небес и жизнь и вечный свет, Стрелою гибели десница Аполлона Сражает наконец ужасного Пифона. Смотрите: поражен враждебными стрелами, С потухшим факелом, с недвижными крылами К вам Озерова дух взывает: други! месть!.. Вам оскорбленный вкус, вам знанья дали весть — Летите па врагов: и Феб и музы с вами! Разите варваров кровавыми стихами; Невежество, смирясь, потупит хладный взор, Спесивых риторов безграмотный собор…

Но вижу: возвещать нам истины опасно, Уж Мевий на меня нахмурился ужасно, И смертный приговор талантам возгремел. Гонения терпеть ужель и мой удел? Что нужды? смело в даль, дорогою прямою, Ученью руку дав, поддержанный тобою, Их злобы не страшусь; мне твердый Карамзин, Мне ты пример. Что крик безумных сих дружин? Пускай беседуют отверженные Феба; Им прозы, ни стихов не послан дар от неба. Их слава — им же стыд; творенья — смех уму; И в тьме возникшие низвергнутся во тьму. _____________________________________

1 Карамзин. (Примеч. А. С. Пушкина.) 2 Державин. (Примеч. А. С. Пушкина.) 3 Имеются в виду В. К. Тредиаковский и А. П. Сумароков. 4 Ломоносов. (Примеч. А, С, Пушкина.) 5 Буало. 6 А. А. Шаховской.

*****

«Пророк» и декабристы»

История создания стихотворения «Пророк» сама по себе может выглядеть в качестве отдельной истории. Напомним, что Пушкин написал это стихотворение, когда до него дошла весть о восстании декабристов. Сидя в Михайловском, ему было известно о готовящемся восстании от приехавшего его однажды навестить И.И. Пущина. Поэтому когда известие о восстании дошло до Пушкина, то ближайшие Пушкинские друзья, находящиеся в гуще событий, сообщали ему о событиях, которые разворачивались в Петербурге. Было очевидно, что львиная доля декабристов, рассказывая Николаю I о том, откуда они извлекали свои вольнолюбивые идеи, совершенно откровенно называли Пушкина, цитировали его стихи. Поэтому, как могла развернуться дальнейшая Пушкинская судьба, для самого Пушкина была проблемой и загадкой. И вот по этому случаю он и сочиняет «Пророка», ведь толчком к написанию этого стихотворения станет известие о трагическом поражении восстания декабристов, о Пушкинских друзьях, пострадавших в этой истории. Тут есть резон вспомнить Кюхельбекера, в творчестве которого образ поэта в первую очередь соприкасался с обликом пророка и традицию которого продолжает Пушкин. В общем, Пушкин готовил достойный ответ императору. Правда, попозже многие конкретные исторические обстоятельства, связанные с созданием этого стихотворения, были исключены Пушкиным из текста «Пророка», и сам он приобрел более широкий, универсальный, символический смысл, чем сама история.