Символизм в живописи и поэзии серебряного века Врубеля и Блока

Реферат

«Все в этом холсте в еще не завершившемся движении, хотя все в нем — уже произошло, все исчерпалось, ничего более — не будет. Демон низвергнут с высоты, на которую так дерзко посягнула его гордыня, но падение не приносит ему физической гибели, которая избавляет от страданий смертных, и мучительное бессмертие, оковы вечной жизни, которую он не в силах прервать — едва ли меньшая мука, чем само падение на эту прекрасную землю, которая отторгла его, как прежде — небо.

Здесь мало от лермонтовской поэмы — разве тот же мотив одиночества. У поэта Демон возвращается в свой прежний холодный мир: «надменный, / Один как прежде, во вселенной / Без упованья и любви…» [Там же. С. 46.]

У Врубеля же крушение надежд на обретение человеческого счастья оборачивается полной потерей физического и нравственного «я» при сохранении стократ усилившейся способности к страданию.

Конечно, параллели с судьбой и мироощущением самого Врубеля чрезвычайно соблазнительны. Ими трудно пренебречь, но вряд ли стоит ими увлекаться.

Каждое художественное произведение в какой-то мере автобиографично, но ни одно не может быть прямой аналогией — тем более, когда эта аналогия лежит на поверхности.

Впрочем, в картине и в самом деле немало внешнего и напоминающего о декадансе: и изломанная «пыточно-вывернутая» поза, и кровавый отблеск в распахнутых глазах, и орнаментально-вычурные узоры драгоценных перьев, распластанных на поверхности холста в соответствии с принятыми в модерне формами и ритмами, и угрюмый пафос страдания, и сам образ гибели, ставший предметом эстетического переживания.

Стремление Врубеля к большой форме разбилось, как Демон о землю, о вновь усилившуюся зависимость художника от внешней стилистики модерна. Цельности впечатления тщетно было бы искать в этой картине.

Врубель создал именно образ смерти как формы жизни, образ гибели, с которой жизнь не прекращается. Очищения, катарсиса — нет. Его нет не только для Демона, нет его и для художника.

Трагизм колорита, нечеловеческая боль в глазах демона — это иная мера художественной условности, чем изломанная поза, где изощренность сочетается с долей жестокого натурализма.

Эмоциональная, поэтическая, интеллектуальная линия картины последовательна так же, как линия пластическая.

7 стр., 3432 слов

М. А. ВРУБЕЛЬ «ДЕМОН» ( по картине)

... года по 1839 год, работа над образом демона художником длилась 12 лет. Врубель Михаил Александрович «Демон сидящий» начал писать в 1890 году, и ее увидел свет в 1891 году, картину «Демон летящий» ... зла над добром. И это сотворил он, тоскливо, но равнодушно взирающий на гибель земной жизни: «И все, что пред собой он видел, он презирал иль ...

Но даже не зная, с какой страстью и встревоженностью переписывал свою картину Врубель до последней возможности, смятение и неуверенность художника можно было бы прочитать в этом «алогизме».

Как знать, доведи Врубель «Демона поверженного» до стилистической целостности, стала бы картина столь мучительно, болезненно красноречивой. В этом смешении стилистики, в этом сочетании суетной изысканности (павлиньи перья крыльев) с возвышенной трагедийностью (лицо Демона; колорит), не скрыта ли главная сила воздействия картины?

В открытой справедливым укорам, так откровенно незавершенной, запутанной вещи не угадывается ли с пронзительной ясностью невозможность возвышенной очищающей трагедии, эпического обобщения в искусстве начала столетия?

Блок писал в «Возмездии»:

Двадцатый век… Еще бездомней, Еще страшнее жизни мгла

(Еще чернее и огромней Тень Люциферова крыла).

Пожары дымные заката

(Пророчества о нашем дне),

Кометы грозной и хвостатой Ужасный призрак в вышине,

И отвращение от жизни, И к ней безумная любовь, И страсть и ненависть к отчизне…

И черная, земная кровь Сулит нам, раздувая вены, Все разрушая рубежи, Неслыханные перемены, Невиданные мятежи…

(Блок А. Стихотворения. Поэмы / Сост., вступ. ст. и коммент. Н. П.

Крыщук. — СПб.: Респект, 1996. — С. 163.)

В поэме Блока (точно также незаконченной — эпический жанр поэзии не уживался с эпохой, как и монументальная живопись) — та атмосфера, которая, пусть неосознанно, жила в сознании художника. Начинающаяся болезнь еще обострила его чуткость.

Из искусства Врубеля исчезали паузы, свершения, мгновения удовлетворенности — все почти его работы после «Демона поверженного» кажутся прерванными: и не потому, что они не завершены, но потому, что процесс постижения натуры и выражения своего восприятия у Врубеля уже не мыслится как завершающийся процесс — творческий акт становится непрерывным.

Заключение

Итак, имя Александра Блока было одним из самых магически притягивающих и значимых имен в русской поэзии. Еще при жизни поэта оно стало легендой.

Блок — поэт трудный для понимания. Стремление понять его поэзию неотделимо от стремления понять его жизнь. Одной из своих корреспонденток он советовал читать в сборниках стихов предисловия и комментарии, чтобы представлять в общих чертах, когда и чем жил писатель.

Переплетение личного и исторического превращает в конечном счете жизненный путь поэта в то, что потомки называли судьбой. Случается иногда, что, как листья с деревьев, многие произведения, устарев, будут разметены ветром лет, но и тогда судьба художника останется самым бесценным и потрясающим его произведением.

Картины петербургской жизни в стихах Блока еще напоминали порой бред внезапно пробудившегося человека [https:// , 25].

Герои «Распутий» и «Города» юродствуют, пляшут, хохочут и вдруг плачут, осознав ужас своего положения. В стихах поселяются «косматые, кривые и рогатые» существа.

В этом была для мистика своя закономерность: коли существует доброе начало, то должны быть и носители злого. И все же с каждым новым стихотворением все определеннее проступили черты самой жизни.

Утонченный индивидуализм рубежа веков не был средой, где возможности художника могли раскрыться вполне. Но индивидуализм этот был свойствен и самому Врубелю.

9 стр., 4191 слов

Жизнь и творчество М. Врубеля

Но он принадлежит к тем редким художникам, чье мироощущение концентрирует дух своего времени. Творчество М. Врубеля можно уподобить взволнованной исповеди, и тем не менее, оно полнее отображает сущность ... том, что их творцы чрезмерно увлеклись жизнью, а в том, что они, напротив того, не отражали её всецело. Огромный недостаток этих художников заключается в том, что они ...

Интимность, лиричность его художественного «я» не выдерживали монументализации, ломались о слишком острую грань столетий; распадались, как «Демон поверженный».

В «век девятнадцатый, железный / Воистину жестокий век», умея прозревать «эффект неуловимого горизонта», Врубель жил воспоминаниями о золотом веке и надеждой на его возвращение. Но своему времени он остался чужим.

№ 1. Блок А. Стихотворения.

Поэмы / Сост., вступ. ст. и коммент. Н. П.

Крыщук. — СПб.: Респект, 1996. — 368 с.

№ 2. Врубель М. / Сост. альбома, автор вступ. ст., летописи жизни и творчества

М. Ю. Герман. — Л.: Изд-во Аврора, 1990. — 264 с.

К. Д. История

Лит, 2000. — 320 с.

№ 4. Максимов Д. Поэзия и проза Александра Блока. — Л.: Сов. писатель, 1981. — 552 с.

А. И. Серебряный

Бондаренко. — СПб.: Предприниматель Громов Алексей Александрович, 1996. — 320 с.

№ 6. Смола О. Черный вечер. Белый снег. Творческая история и судьба поэмы А. Блока Двенадцать.

  • М.: Наследие, 1993. — 272 с.

№ 7. Энциклопедия символизма: Живопись, графика и скульптура.

Литература

[Электронный ресурс]//URL: https://litfac.ru/referat/vrubel-i-simvolizm/

Музыка / Сост. Ж. Кассу, П.

В. М. Толмачев

— 430 с.: ил.