Мастер тончайшей душевной аналитики, напряженно чуткий к тому, как преломляются веяния текущей истории в судьбе личности, в самих ее помыслах и сокровенных страстях, Стендаль (1783—1842) вошел в историю мировой литературы как зачинатель социально-психологической прозы критического реализма XIX века.
Вехи пути.
Сделав первые пробы пера еще на рубеже XVIII—XIX веков, Стендаль вплоть до 1814 года переживает затянувшийся период литературного ученичества, от которого остались рукописные наброски и дневники. Еще полтора десятка лет, почти до конца эпохи Реставрации, длился период кристаллизации общественно-философских и литературно-эстетических воззрений Стендаля, когда он выступает с книгами о композиторах2 и живописцах (« Гайдна, Моцарта и Метастазио», 1815; « История живописи в Италии», 1817; «Жизнь Россини», 1823)’, с философско-психологическими эссе («О любви», 1822); книгами путевых заметок («Рим, Неаполь и Флоренция», 1817, и «Прогулки по
Риму», 1829); наконец, своего рода творческим манифестом-памфлетом «Расин и Шекспир» (1823—1825).
И лишь пройдя долгую школу подготовительных поисков, в канун революции 1830 года Стендаль вступил в пору зрелых писательских свершений, расцвета своего дарования, когда были написаны прославившие его вещи, среди которых: новелла «Ванина Ванини» (1829), «Красное и черное» (1830), книга очерков «Записки туриста» (1838), роман «Пармская обитель» (1839), ряд рассказов и повестей, вошедших посмертно в сборник «Итальянские хроники» (1855), а также множество неоконченных произведений, в частности роман «Люсьен Левен» (1834—1835) и две автобиографические повести — «Записки эгоиста» (1832) и «Жизнь Анри Брюлара» (1835).
Философия личности.
В последнем случае умение энергично и честно добиваться — не просто личная добродетель, но и гражданская доблесть. Подобным сопряжением лично-выгодного и граждански-полезного были отмечены, согласно Стендалю, времена недавней революции. И это рождало натуры искренние, самоотверженные, титанические; честолюбие толкало их на поприще служения благородному делу. Иная участь у тех, кого застигла пора пореволюционного прозябания, когда три хищника, перепуганные недавними потрясениями,— выморочное, умственно и сердечно убогое дворянство, ханжеское духовенство и бесстыжий в своей корысти торгаш — грызутся у кормушки за деньги, почести, власть. Героическая страсть не заглохла лишь в простолюдинах, хотя и их затронули растлевающие поветрия, отчего их погоня за счастьем нередко выливается в извращенное горячечное тщеславие.
Смысл имеет лишь жизнь прожитая ради других сочинение с аргументами
... Мы имеем возможность общаться с другими живыми существами,обмениваться с ними мыслями. Но просто наслаждаться жизнью, я считаю не достаточно. Жизнь человека ... почему»». Я согласна с автором, но лишь частично. Да, мы живём ради самого процесса жизни. Жизнь даёт нам ... жизни есть какой-то смысл и мы должны его понять. Великий Сократ говорил: «Непознанная жизнь не стоит того, чтобы быть прожитой». ...
Посреди этого исторического безвременья Стендаль ощущает и мыслит себя чужаком, принадлежащим к рассеянной по свету кучке «пылких душ», которые пробуют нравственно сопротивляться постылому настоящему, то оглядываясь на прошлое, чтобы
173
Оживить память о людях недюжинных, страстных в своих порывах и делах, то уповая на будущее в надежде, что оно заново придаст мощь, неподдельность и достоинство человеческому жизнечувствию. Стендаль — поборник гражданской свободы и раскрепощенности ума постоянно оборачивается назад, чтобы от имени вчерашней революции бросить презрительный укор сегодняшнему мироустройству, родовыми схватками которого она была. Стендаль — демократ тревожно усомнился в демократии, где верховодит буржуазный хам и стяжатель, прикрывающий собственную выгоду разглагольствованиями о равенстве, долге и благе. Стендаль — гуманист с горечью взирает на грехопадение человека в царстве трусливой подлости и мечется в тоске между мечтой о гордом, великодушном бунтаре и усталой жаждой забыться в тихом уединении, в стороне от пошлых страстишек, раздирающих век1.
«Правда, горькая Правда». Подобно тому как преобладающая манера добиваться счастья задана обстоятельствами страны и времени, так и искусство, убежден Стендаль, изменчиво, не терпит навеки застывших правил, нерушимых канонов, подсовывания современникам поделок, рассчитанных на вкус их предков. В споре с приверженцами классицизма Стендаль принимает сторону романтиков, выдвигая перед своими собратьями по перу задачу «давать народам такие литературные произведения, которые при современном состоянии их обычаев и верований могут доставить им наибольшее наслаждение», вместо того чтобы рабски подражать мастерам прошлого («Расин и Шекспир»).
И коль скоро французы после 1789 года пережили коренную ломку всего их бытия, им отныне не подходит театр в духе Расина, вполне уместный и оправданный когда-то, но с тех пор, по заключению Стендаля, устаревший. Скорее они ждут того крутого разворота народных судеб на подмостках, какой присущ хроникам и трагедиям Шекспира. Впрочем, и Шекспира надлежит не просто копировать, а перенять его умение волновать широкого зрителя.
Перекликаясь с и его соратниками по романтической школе и в своей неприязни к эпигонскому классицизму, и в почитании Шекспира, Стендаль, однако, подразумевает под словом «романтизм» нечто существенно иное, чем они. Для него истинные романтики — реалисты Мериме, Беранже , памфлетист П.-Л. Курье. «Правда, горькая правда», как гласит эпиграф к «Красному и черному»,— такова первая заповедь литературы в глазах Стендаля. Здесь все должно быть достоверно, просто и естественно, все похоже на то, что ежедневно наблюдаешь. Следует равно избегать как выспренних красот, условных перифраз, торжественного парения слога классиков, так и гротескной фантазии, пристрастия к броской экзотике Гюго или туманной гладкописи Шатобриана и Ламартина в излияниях их неотмирных
Стендаль. Встречи с прошлым и настоящим Татьяна Мюллер-Кочеткова,
... ниже. Какие еще материалы, связанные со Стендалем, появлялись в русских изданиях 20- ... нанесшей «решительный удар» приверженцам отживших литературных традиций. Стендаль отмечает перелом, который произошел в ... связь с их существованием». Достоинство сочинения Стендаля состоит, по мнению итальянского критика, ... […]». Как известно, вопрос о театре Шекспира был также животрепещущим для Пушкина, писавшего ...
1 О мировоззрении Стендаля см. в кн.: Реизов Б. Г. Стендаль. Философия истории. Политика. Эстетика. Л., 1974.
Нужна шпаргалка?
- Литературные сочинения!
[Электронный ресурс]//URL: https://litfac.ru/esse/po-stendalyu/
